Готовый перевод Exile after Divorce? Empty the Scumbag Husband First! / Изгнание после развода? Сначала избавьтесь от мужа-подонка!: 70: Есть немытым? Это действительно работает?

Когда чиновники-сопровождающие увидели, что дикий кабан ранен и почти не может сопротивляться, они набросились на него!

Ослеплённые жаждой мяса, они нанесли ему несколько ударов, и кабан вскоре перестал двигаться.

Однако эти чиновники воспользовались возможностью, чтобы набить свои карманы. Они решили, что сами будут есть мясо кабана, а остальным придётся обменивать его на серебро.

Точно так же, как покупать припасы на почтовой станции.

Тем, у кого не было серебра, они выдавали долговую расписку, перечисляя задания, которые нужно было выполнить, чтобы погасить долг.

Айрин ясно видела, что эти чиновники планировали хорошо нажиться по прибытии в Ухэн.

У людей из поместья Дядюшки были связи в Ухэне, так что кто-нибудь определённо заплатил бы за них серебром.

Те, у кого не было связей, стали бы для них бесплатной рабочей силой — всё в пользу чиновников.

Кто мог устоять перед редким мясом дикого кабана?

Все ринулись обменивать его на мясо.

Тем временем, Айрин нацелилась на потроха кабана. Заметив приближающегося Ци Наньфэна, она притворилась, что не видит его, и позвала Цуй Чжу.

— Чжу-эр, позже сходи, попроси у господина немного свиных кишок, желудка и потрохов. Помни, не мой их, просто так свари, а потом отдай моему старшему брату, это отличное укрепляющее средство для мужчин! Придаёт энергии и обогащает кровь, по действию похоже на оленьи рога.

— Госпожа, есть немытым? Это действительно эффективно?

— Естественно, если хорошо промыть, эффект пропадёт. Я бы большинству людей этого не сказала.

Госпожа Лю всё ещё ждала, когда её сын принесёт что-нибудь хорошее, они даже печь растопили.

Вместо этого они увидели вонючие свиные потроха и не до конца очищенные кишки. Сдерживая тошноту, они недоверчиво произнесли:

— Наньфэн! Это то, что ты купил? У нас и так было мало серебра, а ты купил это…

Ци Наньфэн не хотел слушать её нравоучения и сам бросил всё это в котёл.

Его недомогание, должно быть, было из-за поддельного лекарства, которым его накормила та тигрица!

Айрин разбирается в медицине, так что её слова должны быть правдой.

Как только он съест это, он наверняка вернёт себе бодрость и станет прежним!

Думая об этом, он, несмотря на отвратительный запах из котла, зажмурился и проглотил всё одним махом.

Зажав нос, он съел всё за один присест.

Но как только он отпустил руку, резкий запах ударил ему в нос, желудок скрутило. Как бы он ни старался, он не мог переварить эту мерзость, заполнившую его рот!

Его тут же вырвало.

Остальные смотрели на него с презрением, словно он собирался вывернуть наизнанку все свои внутренности.

Совершенно измученный, он рухнул на землю, чувствуя себя ужасно, желая вырвать себе желудок.

Жуань Цзяо издалека видела лишь его недомогание, не зная причины.

Из беспокойства она, избегая людей, подошла утешить его, но, уловив запах, тут же пожалела об этом.

Она проклинала свою неудачу, думая, как её угораздило связаться с этим человеком!

Но, оглядев группу, она поняла, что Ци Наньфэн был единственным, кто мог дать ей хоть какую-то надежду. Теперь, когда старая госпожа ушла, и всем в поместье Дядюшки управляла госпожа Ван, у неё не было надежды изменить свою судьбу.

Если она не найдёт покровителя, то по прибытии в Ухэн проведёт всю жизнь в тени госпожи Ван.

Пока она думала об этом, Ци Наньфэн увидел её, у него мелькнула мысль. Он встал, сделал глоток воды, улыбнулся ей и повёл к ближайшему кусту.

Он нарочито сказал:

— Цзяо-эр, я знаю, ты заботишься обо мне. Хоть я сейчас и в упадке, но как только доберусь до Ухэна, я обязательно снова поднимусь! К тому времени я позволю тебе наслаждаться роскошью вместе со мной.

Жуань Цзяо в душе презирала его, но всё же почувствовала тайную радость и кокетливо произнесла:

— Господин, вы меня не обманываете?

— Я видел все трудности, которые ты перенесла в пути, и я знаю, как ты ко мне добра. Я, Ци Наньфэн, не неблагодарный человек.

— Каждый, кто ко мне добр, получит мою благодарность, а те, кто нет — я веду счёт в своём сердце!

Жуань Цзяо знала, что он говорит об Айрин, и, прикрыв лицо в жесте застенчивости, спросила:

— Моё лицо теперь такое, вам действительно всё равно?

Ци Наньфэн был тронут, тут же наклонился, чтобы поцеловать её в щёку, поспешно схватил её маленькую руку и подвёл её под себя.

В укромных кустах они предались безрассудной близости, но, несмотря на все ласки, Ци Наньфэн не реагировал. Чем больше он старался, тем больше беспокоился!

Неужели… он действительно больше не сможет, как раньше?

Он не хотел в это верить и хотел доказать обратное.

Жуань Цзяо, видя, что они уже так увлеклись, а он, мужчина, всё ещё безразличен, забеспокоилась, что их могут обнаружить, и быстро вышла из рощи.

Не успела она заговорить, как Ци Наньфэн быстро оправдался:

— Цзяо-эр, здесь слишком много людей, я ничего не почувствовал. Как только найду подходящую возможность, я обязательно оценю тебя по достоинству.

Жуань Цзяо не была дурой. Что бы ни было причиной отсутствия реакции, она не хотела это выставлять напоказ.

Поэтому она развернулась и ушла, оставив Ци Наньфэна одного в расстройстве.

Почему! Почему!

Он не хотел быть как евнух, он был мужчиной! Мужчиной!

В этот момент Айрин тоже заметила Жуань Цзяо, с бледным лицом вернувшуюся к толпе, и взглянула в том направлении, откуда она пришла, смутно разглядев кого-то в кустах.

Не нужно было долго думать, это, должно быть, был её бесполезный бывший муж.

Но, учитывая, что его несколько дней мучила та тигрица, его настроение, должно быть, упало до предела, как у муравья на раскалённой сковороде?

Иначе как бы он смог съесть эти вонючие потроха?

Хотя немного свиных кишок было потрачено впустую, ей удалось купить немного печени и желудка дикого кабана, а также целую заднюю ногу.

За это время даже Жуань Цинсун стал необычайно искусен в кухонных делах.

Особенно после того, как живот госпожи Чэнь заметно округлился, он стал особенно осторожен, и всё, что она ела, готовил сам.

Те свиные желудки и печень он тщательно промыл.

Впереди было небольшое озеро; пробив небольшую дыру во льду камнем, можно было мыть.

Айрин сначала поставила тушиться свиной желудок, затем установила ещё одну печь, достала из своего пространства свежий перец чили и приправы и обжарила печень.

Затем она нашла длинный, тонкий камень, использовала его как гриль и жарила на нём свежесрезанное мясо кабана.

Когда оно приготовилось, она макала его в сухой порошок чили.

Чиновники-сопровождающие тоже приготовили кашу из мяса кабана, так что она заодно купила несколько мисок для семьи, и у них были и основные блюда, и гарниры.

Они давно не ели нормально. Свежая свинина не имела неприятного запаха, наоборот, текстура была плотной, а ароматы наполняли ноздри, это нельзя было описать простым словом «вкусно».

Даже господин Жуань не мог остановиться, непрерывно хваля:

— Мянь-Мянь, я и не знал, что у тебя такой талант. Может, когда доберёмся до Ухэна, откроем таверну или что-то в этом роде.

Госпожа Чжан покачала головой:

— То место, Ухэн, пустынное и холодное, там ничего нет. Если мы переживём ссылку, я буду довольна.

Айрин ободряюще улыбнулась:

— Папа, мама, не волнуйтесь. Мы пережили это трудное путешествие, почему же бояться жить в Ухэне?

http://tl.rulate.ru/book/149201/8565957