Глава 289. Люпин и Мистер Уизли
Люпин машинально поправил свою широкополую шляпу. Должно быть, это общая хворь всех британских волшебников средних лет — трепетное отношение к собственной шевелюре. Даже Люпин, обычно не слишком заботившийся о своей внешности, не был исключением.
Посему торговля шампунями в магической Британии всегда была делом прибыльным, особенно если товар обладал какой-нибудь изюминкой.
Взять, к примеру, Флимонта Поттера, жившего в прошлом веке. Он создал Разглаживающее Средство для Волос «Проще Простого» от Поттера с потрясающим эффектом, на котором быстро построил известное семейное предприятие.
Золотые Галлеоны, вырученные от продажи формулы, сделали семью Поттеров баснословно богатой.
Те груды Золотых Галлеонов, что хранились в сейфе Гарри, были лишь долей его отца, и даже спустя столько лет они всё ещё складывались в небольшую золотую гору.
Или вот другой наш старый знакомый, Златопуст Локонс. Помимо продажи книг, он основал собственный бренд шампуня, утверждая, что в каждом флаконе содержится цельная Скорлупа Яйца Оккамия.
А как известно, Скорлупа Яйца Оккамия состоит из чистейшего серебра.
Поэтому, в сравнении с Разглаживающим Средством для Волос «Проще Простого» от Поттера, его шампунь стоил целое состояние, и рядовой волшебник не мог себе его позволить. Оттого и спрос на него был невелик.
Однако, насколько знал Сайрен, у шампуня от Локонса всё же имелись преданные покупатели. После того как обман Златопуста был раскрыт, оставшиеся запасы его шампуня за год выросли в цене втрое.
Каждый раз, вспоминая об этом, Сайрен досадливо морщился... Эх, надо было ему на Втором Курсе закупиться этим шампунем! Сейчас бы получил тройную прибыль — куда выгоднее, чем продавать Наклейки!
Хотя нет, сейчас не время для подобных мыслей...
Когда Сайрен вновь обратил свой взор на происходящее, Люпин уже вовсю беседовал с Мистером Уизли.
— Говорю тебе, тебе давно следовало развеяться, особенно после... того случая.
Сайрен моргнул, пытаясь понять, о каком «случае» говорил Мистер Уизли: о событиях десятилетней давности или о недавнем ошеломляющем повороте в деле Сириуса Блэка и Питера Петтигрю.
Но Люпин, похоже, всё понял.
— Спасибо, Артур, — произнёс он. — Ты, должно быть, ждёшь здесь уже целую вечность.
— Признаться, давненько, — шутливым тоном ответил Мистер Уизли. — Я-то думал, вы вернётесь ещё утром. Задержись вы ещё немного, и я, пожалуй, уже ушёл бы.
— Это я немного задержался.
— Ничего, ничего, ещё не так уж и поздно.
— Ах да, ты ведь тоже любишь Квиддич, не так ли? — вдруг встрепенулся Мистер Уизли, словно что-то вспомнив. — Кто-то мне рассказывал, что в школьные годы вы с Блэком не пропускали ни одного матча и всегда приходили на Квиддичное Поле болеть за Джеймса. Вы так яростно размахивали флагами, что неизменно становились центром всеобщего внимания.
— Скоро как раз состоится Чемпионат мира по Квиддичу, и мне удалось достать несколько билетов. Могли бы сходить вместе.
Люпин вежливо улыбнулся, но в его улыбке сквозила лёгкая неловкость.
На самом деле, он никогда не был большим поклонником Квиддича. А на стадион во время каждого матча приходил лишь из дружбы. Он и Сириус Блэк взбирались на ограждения и на глазах у всех преподавателей и студентов размахивали флагами с кричащими лозунгами — всё ради друга.
— Спасибо, Артур, но я пока не могу дать тебе ответ, — тихо проговорил Люпин. — Прежде всего, я хочу дождаться окончания Слушания по делу Сириуса.
— Да, конечно... Разумеется.
...
Сайрену не давало покоя странное чувство — уж не показалось ли ему, что эти двое были излишне вежливы друг с другом?
Лишь после того, как Мистер Уизли проводил их через Летучую Сеть из Министерства Магии в Дырявый Котёл, Сайрен не выдержал и спросил:
— Профессор Люпин, вы с Мистером Уизли были знакомы раньше?
— Да, — кивнул Люпин. — Мы оба состояли в Ордене Феникса... О, это организация, которую давным-давно основал Директор Дамблдор для борьбы с Таинственной Личностью и его Пожирателями Смерти. Сейчас она уже распущена.
— Помню, Артур и Молли были одними из первых, кто откликнулся на призыв. Мы же присоединились уже после окончания школы, несколько позже них.
— Значит, вы были добрыми друзьями? — предположил Сайрен. — Он, кажется, пришёл специально, чтобы встретить вас.
— Хм... — Люпин приоткрыл рот, и на его лице отразилась некоторая нерешительность. Лишь спустя мгновение он продолжил: — На самом деле, в те времена мы и парой слов-то не обменялись.
— Ты, наверное, не знаешь, но тогда в магической Британии царил настоящий хаос. Все члены Ордена Феникса с утра до ночи были заняты борьбой с Пожирателями Смерти, времени на пустые разговоры и воспоминания попросту не было.
— Я же большую часть времени проводил с Сириусом и Джеймсом. Тогда наши отношения с Мистером Уизли были примерно такими же, как у тебя сейчас с Оливером Вудом.
— С Оливером Вудом? — переспросил Сайрен, на мгновение растерявшись.
— Семикурсник-Гриффиндорец, — пояснил Люпин. — Капитан Команды по Квиддичу.
Тут до Сайрена дошло. Знакомы, но не близки.
— Но его поведение... — Сайрен запнулся. — Совсем не похоже на общение с малознакомым человеком.
— Честно говоря, я и сам не совсем понимаю, в чём дело, — признался Люпин. — После того как история о Сириусе и Питере получила огласку, ко мне многие обращались, желая узнать подробности из первых уст...
— Но Артур, конечно, не из их числа. Он, должно быть, просто хотел меня утешить.
Такое объяснение вполне соответствовало сложившемуся у Сайрена образу Семьи Уизли.
И Мистер Уизли, и Миссис Уизли были волшебниками с большим сердцем. Вероятно, в их глазах грядущее Слушание, на котором решалось, кто же из двоих — Блэк или Петтигрю — был настоящим предателем, ставило их общего друга Люпина в мучительное положение. Они решили, что он, должно быть, страдает.
И вот, получив письмо от Билла, Мистер Уизли поспешил в Министерство, чтобы поддержать его... Да, скорее всего, так всё и было.
Вот только Мистер Уизли не учёл одного: Люпину не приходилось метаться между двух огней. Он с самого начала знал правду и твёрдо стоял на стороне Сириуса Блэка.
Ведь Питер Петтигрю, терзаемый нечистой совестью, уже сбежал, а значит, на этом Слушании он никак не мог появиться.
Хотя... возможно, Министерство Магии намеренно вносило сумятицу.
В этот момент Сайрен заметил на соседнем столике свежий номер «Ежедневного Пророка».
На первой полосе красовались два броских портрета. Один — уже знакомое, искажённое криком лицо Сириуса Блэка, то самое, что было на плакатах о розыске.
Другой же снимок, с Питером Петтигрю, выглядел куда более пристойно. На нём он ещё не был таким мерзким и лысеющим — должно быть, фотография была сделана вскоре после выпуска из школы.
Одного взгляда на эти два изображения было достаточно, чтобы понять: Сириус Блэк по умолчанию выставлялся злодеем.
Сайрен никак не мог взять в толк, что задумало Министерство Магии. Неужели им так не хотелось признавать ошибку, допущенную много лет назад?
...
(Конец главы)
http://tl.rulate.ru/book/148783/8766080
