Готовый перевод Apocalypse: I found an invulnerable area at the very beginning. / Апокалипсис: Я обрел неуязвимую область в самом начале: Глава 1. Обретение непобедимости в начале!

— Проклятье! — голос, сорвавшийся на хрип, резанул ночную тишь. — Ваш разведотдел чем вообще занимается?! Говорили же — один Губитель Царства Духа! Откуда взялся второй?!

В ответ раздался треск статических помех, сквозь который пробился усталый мужской голос:

— Чу Жань, мы сами только что узнали. Губители внедрили «крота» в наши ряды. Это он слил дезинформацию. Держись. Убежище уже выслало Мо Юня тебе на подмогу. Через полчаса он будет в точке, что показывает твой маячок!

Под холодным взглядом луны, на пронизывающем ветру, женщина в тёмном плаще резким движением оборвала связь на воротнике. Изящные брови сошлись на переносице.

— Через полчаса… Можете сразу готовиться забирать мой труп.

Бросив взгляд на лабиринт тёмных улиц, она наугад ринулась в один из проулков, вновь наращивая скорость. Но жестокий голод ударил по вискам, сознание на миг помутилось, и она, споткнувшись, едва не рухнула на землю.

— Теперь понятно, почему столько людей переметнулось к Губителям… — прошептала она, сжимая зубы. — Этот голод… он невыносим!

Дрожащей рукой она извлекла из складок плаща обломок чёрного брикета и сунула в рот. Несколько коротких, размеренных вдохов, чтобы унять дрожь в теле, — и её силуэт вновь растворился во тьме.

***

В нескольких кварталах от неё, в глухом закоулке, из окна маленького домика пробивался слабый огонёк. Просачиваясь сквозь запылённое стекло, он ложился на брусчатку тусклым пятном, но даже его скромного света хватало, чтобы разогнать толику окружающего мрака.

Это была крохотная, почти квадратная лачуга. Две ветхие деревянные створки двери были плотно прикрыты. Над ними висела грубая вывеска с несколькими криво намалёванными буквами: **«ЛАВКА»**.

Сбоку, на стене, примостилась ещё одна табличка, размером с ладонь: **«ОСТОРОЖНО, ЗЛАЯ СОБАКА»**.

— Знаешь ли ты, Су Сяо, сколько существует градаций поварского искусства? — раздался изнутри голос, нарушая ночную тишину. — Божественно, великолепно, вкусно, сносно… и твой.

Внутри, за столом, сидел аляскинский маламут. Звучно причмокивая, он орудовал ножом и вилкой с ловкостью, немыслимой для зверя. Трудно было вообразить себе картину сюрреалистичнее: огромный пёс, чинно восседающий за столом, словно человек, и поглощающий свой ужин. И хоть он без умолку ворчал, сочные куски говядины один за другим отправлялись прямиком в его пасть.

— Скажи спасибо, что вообще кормят, — раздался ленивый голос с другой стороны.

Напротив входа, за старым прилавком, в потёртом кресле-качалке развалился молодой парень. Кресло жалобно скрипело в такт его неспешным покачиваниям. На вид ему было лет двадцать. Белая майка, истёртая почти до прозрачности, короткие шорты до колен и пара розовых шлёпанцев на ногах. От долгой носки 42-й размер которых давно превратился в 38-й.

Су Сяо опустил газету и искоса взглянул на пса, ведущего себя как человек. Его взгляд на мгновение задержался на тающем в лапах маламута стейке.

— И вообще, с какой стати все твои прихоти оплачиваются с моего счёта?

Маламут отломил кончик палочки для еды и, используя её как зубочистку, принялся выковыривать застрявшие в зубах волокна мяса. Взгляд его был сама невинность.

— А что я могу поделать? Я всего лишь воплощение Системы! Не заставишь же ты собаку идти зарабатывать деньги, верно?

Су Сяо нахмурился.

— Раз не можешь зарабатывать, может, хотя бы есть поменьше будешь?

— Что естественно, то не безобразно! — фыркнул маламут, делая вид, что не расслышал.

http://tl.rulate.ru/book/148672/8304906