249
Хруст—!
Шипастые плети сжались, заставив рыцарей исказиться в предсмертной муке.
Музетт, который уже предвкушал превращение пленников в дюллаханов или мутантов, внезапно нахмурился.
В его расчеты вмешалась совершенно непредсказуемая переменная.
— Ой? Что это за гадость такая?
Вж-жух—! Всплеск—!
Мартель, пребывая в состоянии полного отрешения, небрежно повела мечом по шипастым зарослям, словно смахивая назойливую паутину.
Плети, наполненные демонической энергией, были мгновенно перерублены.
И Музетт, и освобожденные рыцари уставились на нее, округлив глаза от шока.
— С-Святая Меча! Как вы это сделали?
— Хо-хо, просто расслабьте руку и слегка коснитесь — оно само режется.
— А? Но мы даже царапины не смогли на них оставить…
— Тц, ну и хилая нынче пошла молодежь.
Пока рыцари краснели от стыда, Мартель заговорила снова.
— Итак, кто в ответе за эту грязную выходку?
— Вон он!
Рыцари в унисон указали на Музетта.
Мартель изучала его мгновение, прежде чем внезапно вскрикнуть:
— Ах ты негодник! Кто научил тебя творить такие бесчинства? Мать? Отец?
— Это абсурд! Она дважды применила Божественный Меч — у нее не должно было остаться сил даже стоять на ногах!
Музетт досконально изучил прошлые битвы Мартель.
Даже на пике своего могущества она редко использовала Божественный Меч более двух раз подряд.
Так почему же она всё еще стояла, совершенно не затронутая усталостью, даже в своем придурковатом состоянии?
Пока Музетт смотрел на нее в неверии, она зашагала прямо к нему, поучительно грозя пальцем.
— Эх, даже уродливые люди могут жить по-доброму, но ты? Ты творишь ужасные вещи, вот почему тебя никто не любит!
— Замолчи, старая карга!
Свист—! Хлыщ—!
Музетт сгустил Демоническую энергию в шипастые хлысты и с животной силой обрушил их на Мартель.
Подобные лозе плети оставляли глубокие шрамы на твердой земле, демонстрируя свою чистую разрушительную мощь.
Однако ни один удар не достиг Мартель.
— Это невозможно! Как такое происходит?!
Она шла медленно, опираясь на свой меч как на трость — и всё же каждый выпад проходил мимо нее.
Даже когда он корректировал прицел, хлыст упрямо забирал в сторону.
Музетту казалось, что он сражается с призраком.
— Проклятье! Что, черт возьми, происходит?!
Если бы здесь присутствовал Шарук, он бы мгновенно осознал: Мартель использует едва уловимые, но невероятно точные потоки ветра от меча, чтобы менять траекторию хлыстов.
Но Музетту не хватало мастерства, чтобы воспринять подобные движения.
Когда она подобралась совсем близко, его лицо исказилось от ужаса.
— Н-назад! Не подходи ко мне!
Ш-шух—!
Мартель проскользнула мимо плетей, сократив дистанцию в мгновение ока.
С легкостью подняв клинок, она опустила его мягким, завершающим движением.
Зрение Музетта внезапно раздвоилось.
На короткий миг он испытал сюрреалистичное ощущение того, как его собственное тело разрезается вертикально пополам.
И в этот миг он осознал две вещи.
Первая: его только что располовинили.
Вторая: он не стоил даже того, чтобы на него тратили удар Божественного Меча.
— Проклятье… надо было просто бежать…
С чувством глубокого сожаления его сознание угасло, погрузившись во тьму.
— Ура-а-а! Демон мертв!
— Святая Меча спасла нас!
Рыцари, вне себя от радости из-за чудесного спасения, торжествующе закричали.
Однако, когда Мартель внезапно рухнула на землю, они в тревоге бросились к ней.
— Святая Меча! Вы в порядке?!
— Не ори так, малявка. Я просто чувствую легкую слабость.
Огрызнувшись на рыцаря, который пытался её поддержать, она огляделась с обеспокоенным выражением лица.
— Но где же Клод?.. Надеюсь, он поел как следует…
......
— На этот раз я покончу с ним!
Варгас впился взглядом в Филиппа, его налитые кровью глаза были полны жажды убийства.
Одним движением он высвободил свою самую мощную атаку.
Из десятков зеркал, окружавших Филиппа, одновременно выстрелили бесчисленные Клинки Демонической Энергии.
— Умри, чертов Апостол Кузнеца!
Варгас был уверен, что Филиппа изрежут на куски под его собственные истошные вопли.
И всё же—
БА-БАХ—!
— А-а-аргх! М-мои глаза—!
Внезапная вспышка ослепительного света изверглась от Филиппа, заставив Варгаса инстинктивно зажмуриться и отпрянуть.
Пока он дергался, темные клинки, вышедшие из зеркал, рассеялись в небытии.
Филипп ухмыльнулся, глядя на эту сцену.
— Поздравляю, Варгас. Ты официально стал первым демоном Латеррана, схлопотавшим светошумовую гранату.
Светошумовая граната, которую взорвал Филипп, была одним из видов оружия против нежити, разработанных им во время пребывания в столице.
— Я слышал, что мертвецы слабы против света.
Для создания гранаты требовались металлы, испускающие интенсивную вспышку при окислении, такие как магний.
В поисках подходящих материалов Филипп обратил внимание на Огненный Камень — компонент, который дварфы использовали для создания своего патентованного пороха «Дыхание Дракона».
При смешивании Огненного Камня с определенными реагентами и воздействии воды он взрывался ярчайшей вспышкой — служа идеальной заменой магнию.
С помощью виконта Монсены, эксперта в алхимии, Филипп успешно разработал светошумовые гранаты.
А с содействием Либерты он даже наполнил их толикой божественной силы.
Впрочем, до сего момента он воздерживался от их использования, так как кузнецы дварфов дали ему лишь ограниченное количество порошка, позволив изготовить всего несколько штук.
— Проклятье! Ты смеешь пускать в ход такие дешевые трюки?!
Разъяренный Варгас отчаянно пытался отыскать Филиппа, который исчез после подрыва гранаты.
— Скрываться бесполезно! С сотнями зеркал, связанных с моим подпространством, найти тебя не составит труда!
Как он и хвастался, Варгас быстро вычислил местоположение Филиппа.
Но стоило ему приготовиться к удару—
Бам—! Бам—!
Взорвалась еще одна светошумовая граната.
— Кх-х! Крысеныш!
Варгас, всё еще находясь внутри зеркального подпространства, был вынужден снова закрыть глаза.
А поскольку вспышка отражалась от сотен зеркал, интенсивность света увеличивалась в разы, усугубляя его положение.
Его способность мерцающих зеркал полагалась на тьму и иллюзии.
С ослепляющими вспышками, постоянно искажающими его обзор, он не мог использовать свою силу должным образом.
— Проклятый ублюдок! Он тянет время, пока Святые не завершат барьер!
Две Святые, Либерта и Марин, заканчивали возведение божественного барьера с поразительной скоростью, превосходя даже десятки верховных жрецов.
Осознав, что больше не может позволить себе терять ни секунды, Варгас прорвался сквозь свое подпространство и явился прямо на поле боя.
— Хватит этих жалких уловок!
— О? И кто же тут это говорит, так заведясь из-за «жалкой уловки»?
Филипп выстрелил из дробовика в приближающегося Варгаса.
Бам—!
Варгас телепортировался, с легкостью уклонившись от снопа картечи.
Появившись позади Филиппа, он обрушил вниз Темный Клинок.
Однако прежде чем удар достиг цели, Терри уже успел вмешаться и блокировать его.
— Ты пальцем не тронешь моего господина!
— Обычный человек?! Кх-х—!
Терри ловко отразил темный клинок и немедленно контратаковал Рейантом, полоснув Варгаса по торсу.
Это была лишь легкая царапина, но сила Святого Меча заставила рану гореть так, словно её прижгли огнем.
— Теперь прими и мои клинки!
Пользуясь моментом, Сирия активировала свои способности Татуированного Воина и бросилась на Варгаса с беспрецедентной скоростью, кромсая его своими парными мечами.
Пока он уклонялся от её атаки, на него обрушился град выстрелов Энди.
Варгас едва успел парировать пули своим Темным Клинком—
Но в этот самый миг—
Ш-шух—!
Резкая, обжигающая боль вспыхнула в его боку.
— Грязный полукровка!
— Ха… ха…!
Хенсон, несмотря на то что всё его тело было покрыто ранами, бросился вперед и нанес глубокий порез в бок Варгаса.
Рана не была смертельной — но гордость Варгаса пострадала куда сильнее.
— Ты смеешь… ТЫ СМЕЕШЬ!
В этот момент Варгас принял решение.
Его больше не волновали последствия.
Неважно, плетет ли интриги фракция Брукса на Южном континенте или отнимут ли они его положение первого слуги Бога-Демона—
Всё это больше не имело значения.
Единственное, что имело вес — уничтожение этого проклятого Апостола-кузнеца и его шайки вредителей.
Скрежеща зубами, Варгас направил всю Негативную Пространственную Энергию, которую накопил, в свою врожденную способность.
— КРРРРА-А-А-А-А-АХ!
Его волосы встали дыбом, налитые кровью глаза светились ужасающим сиянием.
Вихрь Демонической Энергии взметнулся вокруг него, выходя из-под контроля.
— Ч-что это, черт возьми?
— Это уже не просто показуха…
Демоническая энергия, извергающаяся из тела Варгаса, была настолько мощной, что отряд Филиппа едва мог устоять на ногах, не говоря уже о контратаке.
— Дело дрянь.
Филипп видел подобное раньше.
Он вспомнил время, когда Король Демонов Шарук впал в неистовство, увидев ранение своей дочери, Кары.
— Сейчас может быть даже хуже, чем тогда.
Энергия, исходящая от Варгаса, была еще темнее и хаотичнее, чем у Шарука.
На этот раз за спиной не было Кассия, не было верховного мага 8-го круга, чтобы поддержать его.
Но бегство не было выходом.
— Плевать. Идем ва-банк.
Либерта и Марин почти закончили возведение божественного барьера.
Как только они активируют Великий Священный Барьер, он выжжет всё в Восточной Артерии, уничтожив и нежить, и самого Варгаса.
БА-БАХ—!
Словно извержение вулкана, взрыв теней вырвался из тела Варгаса.
Это была высшая способность клана Архидемонов — та, которую он не мог применить до сего момента из-за нехватки Демонической Энергии.
«Техника Теневого Клонирования».
Эта способность считалась одной из сильнейших в Преисподней, потому что каждый клон был столь же могущественен, как и оригинал.
Архидемон прошлого, владевший этой техникой, считался сильнейшим в истории Исподней.
— Ка-ха-ха! Я убью вас всех!
Черные фантомы хлынули вперед, мгновенно вступая в бой с отрядом Филиппа.
— Берегись! Г-а-а-а!
— Проклятье! Они слишком быстрые!
Скорость клонов была подавляющей, оставляя Филиппу едва ли секунду на реакцию с помощью Бригантии.
Самые слабые среди них — гвардейцы и даже рыцари уровня Эксперта — были вырезаны в одно мгновение, кровь брызнула в воздух.
Только воины калибра Терри и Сирии, отточившие боевые навыки до предела, могли выдержать этот натиск.
— Их слишком много!
— Не паниковать! Сосредоточьтесь!
Терри доблестно сражался, рассекая нескольких теневых клонов Рейантом, но ситуация оставалась отчаянной.
На каждого уничтоженного клона на его место вставал новый.
Хуже того — пока отряд Филиппа отбивался, сам Варгас уже нацелился прямо на Филиппа.
— Умри, мусор!
— Тц—!
Звон—! Треск—!
Филипп судорожно блокировал яростные атаки Варгаса своей палицей-прикладом, но пропускал больше ударов, чем отражал.
Единственное, что оставляло его в живых — Священный Доспех.
Без него его бы уже давно разорвали на куски.
— Черт. Броня держит, но удары вышибают дух.
Точно так же, как бронежилет не спасал от внутренних повреждений при попадании пуль, удары Варгаса посылали ударные волны сквозь тело Филиппа.
Мышцы выли от агонии, и он чувствовал, что несколько его костей либо треснули, либо уже сломаны.
— Филипп!
Либерта, всё еще возводящая барьер, закричала в отчаянии.
Видя Филиппа избитым и окровавленным, она инстинктивно попыталась броситься к нему—
— Нет, Либ! Сначала закончи барьер!
— Но—!
Её обычно холодное и собранное лицо дрогнуло от муки.
Филипп заставил себя улыбнуться, несмотря на боль.
— Еще не конец. Верь мне.
Это было не просто утешение для Либерты.
Это было провозглашение самому себе.
Потому что в этот момент в его сознании сформировался отчаянный, но вполне рабочий план.
Он был безрассудным.
Он был опасным.
Но…
— К черту всё. Или пан, или пропал!
http://tl.rulate.ru/book/148632/11352000
Готово:
