Коллапс внутри флота распространялся, подобно цепной реакции.
Первыми из строя вышли автоматизированные оружейные платформы. Турели ближнего боя, словно обезумевшие звери, принялись беспорядочно вращаться, поливая раскалённым свинцом броню соседних кораблей и бегущих по палубам техников.
Крышки ракетных шахт судорожно открывались и закрывались, будто спазматически сжатые челюсти. Время от времени шальной электрический импульс подрывал ракету прямо в пусковой установке, и чудовищный взрыв разрывал очередной корабль надвое.
Но самая страшная участь постигла солдат, чьи тела были изъедены скрап-кодом.
Их собственные импланты превратились в орудия пыток. Оптические протезы проецировали на сетчатку извивающиеся галлюцинации, слуховые усилители вливали в уши сводящий с ума рёв, а нейронные ускорители заставляли конечности биться в неконтролируемых конвульсиях.
Солдаты выкрикивали бессмысленные обрывки фраз и палили из оружия в товарищей или разрывали их на части усиленными протезами в первобытной ярости. Мостик, коридоры, палубы — каждый уголок кораблей превратился в кровавую бойню, где смешавшаяся с машинным маслом кровь рисовала на металлических стенах причудливые узоры.
Даже офицеры с минимальным количеством имплантов не смогли избежать общей судьбы. Скрап-код проникал в их нервную систему через любые подключённые к сети устройства — от систем климат-контроля до личных терминалов, — пробуждая самые тёмные инстинкты.
Синтаро Такаяма только успел выхватить свой табельный меч, пытаясь восстановить порядок, как его интеллектуальный модуль внезапно ушёл в обратную перегрузку. Сноп иссиня-голубых искр вырвался из рукояти, пронзил ему грудь и мгновенно превратил в обугленный труп, рухнувший на пол обезумевшего мостика.
Однако самой смертоносной переменной в этом хаосе стал модифицированный штурмовик с тактической ядерной боеголовкой на борту.
Скрап-код полностью захватил его систему управления. Пилот в кабине разразился истерическим хохотом, колотя кулаками по покрытому цифровым мусором экрану, а затем с силой нажал на кнопку сброса.
Боеголовка отделилась от пилона, но не устремилась к заданным координатам в Найт-Сити. Её система наведения, искажённая скрап-кодом, была полностью дезориентирована. Смертоносное оружие начертило в небе причудливую дугу и ринулось вниз, в самое сердце флота — к авианосцу «Белый Кит» и окружавшим его фрегатам.
— Нет! — исторгли последние крики отчаяния те немногие, кто ещё сохранял рассудок, но их слабые голоса тут же потонули в рёве взрывов и безумном вое.
В оргии саморазрушения весь флот приблизился к своему самому ироничному финалу.
Ёринобу Арасака, пробиваясь сквозь охватившее корабль безумие, отчаянно рвался к аварийному выходу. Лишь малое количество имплантов жизнеобеспечения и связи в его теле позволило ему сохранить остатки разума. Однако косвенное воздействие скрап-кода через корабельные системы всё равно раскалывало голову на части, наслаивая на реальность искажённые фантомы и нашёптывая в уши богохульные слова.
Когда он уже почти добрался до спасательной капсулы, взрыв поблизости заставил авианосец резко накрениться. Ёринобу с силой швырнуло на металлическую переборку. В момент сокрушительного удара головой он успел заметить сквозь иллюминатор ослепительный шар света, стремительно раздувающийся в центре эскадры…
Ядерный заряд взорвался в самом сердце флота. Пятьсот килотонн чистой энергии разрушения высвободились на предельно близком расстоянии.
Первым пришёл всепожирающий белый свет, словно весь мир погрузили в плавильную печь. Следом ударила чудовищная волна, с оглушающим рёвом вдавив поверхность океана. Три эсминца и пять фрегатов, оказавшиеся в эпицентре, испарились в одно мгновение, не оставив после себя даже обломков.
Корабли подальше ударная волна разорвала на куски. Толстая броня сминалась и рвалась, как бумага, а ломающиеся остовы кораблей издавали пронзительный скрежет. В воздух взметнулись мириады металлических осколков и человеческих останков, которые затем дождём обрушились в море.
«Белый Кит» уцелел лишь благодаря своим гигантским размерам и некоторому удалению от эпицентра, но борт, обращённый к взрыву, был полностью уничтожен. Взлётную палубу сорвало, обнажив пылающий скелет внутренних конструкций. Надстройка мостика искорежилась, и из каждой пробоины валил густой чёрный дым. В огромную брешь в борту хлынула вода, и этот несокрушимый символ морского могущества Арасаки начал необратимо крениться.
В хаосе тонущего авианосца Ёринобу Арасаку выбросило в ледяную воду. Пронизывающий холод на мгновение вернул ему сознание, но тяжелейшее сотрясение и непрекращающееся ментальное давление быстро вновь погрузили его в беспамятство. Его тело безвольно качалось на волнах среди обломков.
Когда ударная волна улеглась, на поверхности океана остались лишь горящие остовы кораблей, плавающий мусор и толстый слой маслянистой плёнки, смешанной со смертоносной радиационной пылью. Несколько уцелевших судов, тяжело повреждённых, беспомощно качались на волнах. В каналах связи больше не было слышно безумных криков — лишь треск статических помех и редкие отголоски взрывов.
Некогда непобедимый флот Арасаки был полностью уничтожен в припадке самоубийственного безумия, вызванного скрап-кодом и увенчанного ядерным взрывом.
В тишине временной мастерской в Найт-Сити алые оптические линзы Чэнь Юя отражали изменения на тактическом экране. Плотное скопление сигналов, обозначавшее флот Арасаки, с ошеломляющей скоростью гасло и рассеивалось, пока не осталось лишь несколько тусклых, мерцающих точек — последнее свидетельство существования обломков.
Зловещее зелёное свечение в глазницах Сервочерепа на его плече полностью погасло, и он вернулся в своё обычное безмолвное состояние. Выпущенный им импульс скрап-кода, в точности исполнив приказ на уничтожение, был вновь усмирён могучей волей Чэнь Юя и запечатан в глубинах специального контейнера.
Весь процесс был настолько коротким, что его можно было бы и не заметить, и настолько эффективным, что от этого бросало в дрожь. Если бы Чэнь Юй вовремя не отозвал импульс, позволив ему свободно распространяться по сети, всего за несколько минут этот скрап-код заразил бы всю цифровую инфраструктуру планеты — от наземных сетей до орбитальных станций и даже колоний на Луне. Ничто не уцелело бы.
— Угроза устранена, — синтезированный голос Чэнь Юя был как всегда ровным, но в глубине оптических линз еще оставался холодок. — Запись: инициирован запрещённый протокол «Зловещее эхо», результат соответствует ожиданиям. Целевая единица «Боевая группа „Белый Кит“ корпорации Арасака» полностью лишена боеспособности и стратегической ценности.
Он отвёл взгляд от тактического экрана и вновь сфокусировался на парящем в воздухе чертеже Пространственного телепортера, но отдельный вычислительный поток в его сознании продолжал анализ ситуации. Флот Арасаки уничтожен, но это была уже третья крупномасштабная провокация со стороны корпорации за последнее время. От ядерной атаки до нынешнего штурма в духе «почётной гибели» — безумие и упрямство этой организации перешли все допустимые границы.
— Переоценка уровня угрозы, — спокойно произнёс он, и его алые оптические линзы чуть заметно дрогнули. — Арасака доказала, что обладает волей и возможностями для постоянного вмешательства в исследовательский процесс. Стандартное сдерживание и локальные зачистки не способны искоренить угрозу.
Он лёгким касанием металлического пальца вызвал на консоли план по призыву рыцарей из Дома Нирл. Изначально это была лишь одна из мер по уничтожению военных сил Арасаки, но теперь стало очевидно, что действовать нужно куда решительнее.
— Необходимо в корне разрушить организационную структуру Арасаки, — в его синтезированном голосе прозвучала холодная решимость. — Уничтожение всех военных баз и исследовательских центров — лишь первый шаг. Нужно гарантировать, что они не смогут восстановиться.
Он бросил взгляд на угасающие сигналы в отдалённой акватории. Там ещё могли остаться выжившие, вроде Ёринобу Арасаки. Если позволить им существовать и дальше, они станут источником новых проблем в будущем.
— Запись новой директивы: присвоить задаче «Полное устранение угрозы Арасака» высший приоритет. Сразу после завершения расширения пространственного портала начать систематическую ликвидацию всех активов корпорации по всему миру.
Лишь после того, как эта директива была внесена в протокол, последний отголосок гнева в его сознании угас, преобразовавшись в чёткий и безжалостный план действий. Безумства Арасаки исчерпали и без того скудный запас терпения этого Магоса. Теперь он думал не о том, как отразить следующую атаку, а о том, как навсегда избавиться от этой проблемы.
В мастерской по-прежнему раздавался ровный гул работающего оборудования, но теперь всё внимание Чэнь Юя было сосредоточено на двух параллельных целях: продолжать работу над Пространственным телепортером и готовиться к полному искоренению раковой опухоли под названием Арасака.
http://tl.rulate.ru/book/148385/8900956
Готово:
