Воспользовавшись этой возможностью, монстры, ранее вытесненные из своих мест обитания, хлынули в Древний лес. Оказавшись в значительном меньшинстве, зиногры, хоть и продолжали передвигаться группами, терпели поражение за поражением, быстро сокращая свою активную территорию.
Каждый день в бою падали крупные хищные виверны. Экосистема Древнего леса, некогда на грани коллапса из-за присутствия Хамелеоса, теперь стремительно восстанавливалась благодаря постоянным столкновениям между этими хищниками.
Массовая гибель плотоядных монстров обеспечила обильной пищей более мелких хищных и всеядных существ, которым больше не нужно было охотиться на немногих оставшихся мелких эндемиков.
По мере сокращения популяции крупных хищников травоядные монстры на различных охотничьих угодьях получили достаточно пространства и времени для размножения. В этой относительно безопасной среде их численность росла с поразительной скоростью.
Естественно, по мере роста их популяции рос и ареал их передвижения. Семена и косточки фруктов, не переваренные травоядными, разносились с их помётом в другие места. В этих плодородных и тёплых условиях семена быстро прорастали, укоренялись в почве и заполняли прогалины в лесу.
Для Логана эта развивающаяся среда была поистине удовлетворительной.
Средние и нижние ярусы Древнего леса были охвачены хаосом, но все стороны, казалось, пришли к молчаливому согласию: никто из них не трогал верхний ярус.
Конечно, это было ещё и потому, что верхний ярус Древнего леса мало что мог предложить — его среда подходила только для летающих существ.
Со временем, по мере возвращения всё большего числа коренных обитателей леса, жизнь для сокращающейся популяции зиногр становилась всё труднее.
Но именно в этот кризисный момент Логан наконец увидел неуловимого вожака зиногр.
Их первая встреча произошла на близлежащем охотничьем угодье. Вожак был на охоте, и хотя его размеры не сильно превышали размеры обычного зиногра, одно ключевое отличие бросалось в глаза — его молнии мерцали слабыми отблесками золотого света.
Трещины испещряли панцирь и чешую по всему его телу. Пара роговидных выступов на голове, напоминающих волчьи уши, была намного крупнее, чем у обычного зиногра. Но при ближайшем рассмотрении они не были особенно острыми. Напротив, они имели блёклый, пепельный оттенок.
Судя по одному лишь внешнему виду, это был явно закалённый в боях воин. Треснувшие пластины и разбитая чешуя были знаками славы.
Но Логан знал правду: тело этого зиногра уже находилось в опасно изношенном состоянии.
Так не должен был выглядеть вожак стаи зиногр.
Чешуя могла отпадать и отрастать, повреждения панциря — сбрасываться и заменяться. Чтобы зиногр оставался в таком состоянии, было всего две возможности.
Первая: сильное недоедание. При нехватке пищи тело будет экономить энергию, отдавая приоритет боевой готовности. Чешуя будет заменяться только тогда, когда её износ серьёзно поставит под угрозу его защитные способности.
Это явление было наиболее очевидно у Ратиан из Пустошей Дикого Шпиля, которые в одиночку воспитывали своё потомство. Эти матери часто откладывали линьку, пока их детёныши не могли выжить самостоятельно, или пока им самим не приходилось отправляться в Древний лес на поиски своего партнёра, Раталоса.
Вторая причина: годы постоянных сражений. Слишком много ран, слишком много повреждений, пока потребляемая энергия не превышала ту, что тело могло накопить. Восстановление больше не могло происходить изнутри — его приходилось форсировать с помощью внешних сил.
Очевидно, именно в таком состоянии и находился вожак зиногр.
Стая зиногр не раскололась из-за внутренних распрей; вместо этого вожак намеренно отослал молодого зиногра — того, у кого был потенциал стать королём, — чтобы он увёл часть стаи, включая молодняк, обратно на их исконную территорию. Этот молодой должен был стать семенем следующего поколения.
Это также объясняло, почему тот зиногр тогда остановил остальных от нападения на Логана и Аки. Они знали, что у них нет шансов победить.
Между монстрами не существует такого понятия, как «взаимопонимание». Их разум не знал прощения.
Вид тех двух сильно обглоданных туш травоядных мог спровоцировать Логана и Аки. Если бы они решили нанести ответный удар во время миграции стаи, особенно нацелившись на уязвимый молодняк, что тогда?
Поэтому вожак зиногр решил уступить и покинул то охотничье угодье.
Отослав часть стаи, вожак остался в Древнем лесу с оставшимися. Его цель: положиться на жизненную энергию силовых линий леса и поставить всё на одну последнюю авантюру.
Если он выиграет, он оправится от своих ран, и его сила сможет достичь новых высот.
Если он проиграет, это будет означать не просто смерть вожака. Остальные зиногры, теперь лишённые направляющей силы, полностью распадутся.
Одинокий зиногр имел тот же экологический статус, что и Анджанат. Стая без вожака была бы разорвана на куски разъярёнными коренными монстрами Древнего леса. Выжившим пришлось бы либо найти путь обратно к Великому Ущелью…
…или же поджать хвосты и приспособиться, научившись выживать, как и любой другой зверь в экосистеме, и занять своё место в местной пищевой цепи.
http://tl.rulate.ru/book/148358/8246730
Готово:
