Нин Янь прекрасно понимал, какой ценностью в этом мире обладают боевые техники.
Весь уезд Цинцан кишел всевозможными бандами и группировками, но их бойцы в большинстве своём владели лишь показушными приёмами для уличных драк. Настоящие боевые искусства преподавались только в трёх местах: Академии Вэйу, Обществе Чэнь-Чжоу и школе Сяоюань.
Академия Вэйу предъявляла строгие требования к таланту и происхождению учеников. Общество Чэнь-Чжоу и вовсе было создано двумя великими кланами — Чэнь и Чжоу — и чужаков принимало крайне неохотно.
Единственным исключением была школа Сяоюань: плати — и проходи, никаких лишних вопросов.
Хотя нет, одно ограничение всё же было. Цена.
Она была заоблачной.
Даже если не брать в расчёт вступительный взнос в десять лянов серебра, одни только ежегодные три ляна на лекарственные травы были целым состоянием. В те времена на три ляна семья из пяти человек могла безбедно прожить целый год. Можно было лишь догадываться, какими огромными были расходы у настоящего бойца.
А если обучение не приносило плодов, все вложенные деньги сгорали без следа. В лучшем случае такой неудачник мог устроиться охранником в караван, в худшем — возвращался в родную деревню возделывать землю. Это мало чем отличалось от его прошлой жизни, где люди тратили миллионы на обучение за границей, чтобы потом вернуться на родину и работать за семь-восемь тысяч в месяц.
Поэтому, будь у него хоть малейшая возможность, юноша ни за что не стал бы тратить такие деньги на вступление в школу Сяоюань.
Вот только за пределами этих трёх великих школ найти хоть какую-то стоящую технику было практически невозможно. А даже если бы и удалось, ему, простому сироте, она бы точно не досталась.
Но теперь... теперь всё изменилось.
Глядя на тонкий листок бумаги в своих руках, парень чувствовал, как в груди разгорается пламя надежды.
— Старик Ли, ты все иероглифы на этом свитке разобрать можешь?
— Что за шутки? Да я, между прочим, целый год в школе отучился! Я тебе не то что прочту — я тебе каждое слово растолкую! — с гордостью заявил старик, потрясая драгоценным листком.
Нин Янь с заискивающей улыбкой обратился к нему:
— Я-то в школах не бывал... Может, научишь меня?
— Ох, что-то поясницу ломит. Видать, от долгого копания... — картинно согнулся старик Ли, потирая спину.
Парень тут же подскочил к нему и принялся услужливо разминать старику спину, да так умело, что тот довольно закряхтел.
— Ну как, годится?
— Стерпимо.
— Так что насчёт техники?
— Ладно-ладно, слушай и внимай мудрости моей.
— Итак, «Кулак Куньюнь». Для начала постижения нужно уяснить принцип руки. Это значит, что ты должен внимательно изучить линии на своей ладони...
Так началось обучение, где «учитель», едва знавший грамоту, наставлял «ученика», который не умел читать вовсе. Один осмеливался учить, другой — учиться.
К тому времени, как солнце поднялось в зенит, у старика Ли пересохло во рту. Запинаясь и подбирая слова, он наконец закончил свой «перевод».
Увидев, что Нин Янь сидит не шевелясь, с отсутствующим взглядом, пожилой дровосек вдруг почувствовал укол совести. Некоторые иероглифы он и впрямь не знал, но понадеялся на старый учительский совет — угадывать по похожим частям. «Даже если и ошибся, то несильно», — успокаивал он себя.
И всё же... практиковать боевые техники без наставника было опасно.
Поборов гордость, старик решил отговорить мальчишку:
— Слушай, Нин... Может, ну его? По-моему, этот «Кулак Куньюнь» не такая уж и сильная техника. Да и без учителя тренироваться — верный способ покалечиться. Вдруг что не так пойдёт? Давай лучше...
— Я освоил его.
— Освоил, и хорошо, что освоил... Постой, что?! Ты его освоил?!
Старик Ли вытаращил глаза, на его лице застыло полное недоверие.
Видя его реакцию, Нин Янь молча поднялся на ноги и, к полному изумлению старика, выполнил серию плавных, но мощных движений, от которых в воздухе засвистел ветер.
Старый дровосек ошарашенно замер, его мир перевернулся.
«Неужели я... гений преподавания? Может, ежедневный труд в поле похоронил мой истинный талант? Может, мне стоило открыть свою школу боевых искусств и набирать учеников?»
Нин Янь тем временем завершил демонстрацию и, нахмурившись, посмотрел на отпечаток своей ладони, оставшийся на твёрдой, утоптанной земле. Глубина — дюйма два, не больше.
«Сила удара явно не соответствует описанию...»
Он прекрасно понимал, в чём дело. Судя по объяснениям старика, техника «Кулак Куньюнь» предназначалась для настоящих мастеров боевых искусств. Те, кто овладел ею, культивировали в себе внутреннюю энергию Юань. С её помощью мощь любого приёма возрастала многократно — один удар ладонью мог расколоть каменную плиту.
Он же, хоть и постиг саму форму, был лишён этой энергии. Его тело оставалось телом обычного человека, так что неудивительно, что удар получился таким слабым.
«Похоже, без школы Сяоюань всё-таки не обойтись», — тихо вздохнул молодой дровосек.
Только там его могли научить развивать внутреннюю силу, что было необходимо для становления истинным бойцом. А «Кулак Куньюнь», как бы искусно он им ни владел, не мог помочь ему перешагнуть этот порог. Придётся всё-таки копить деньги.
***
После утреннего «урока» старик и юноша в глубокой задумчивости побрели домой.
Они жили в одном переулке, в ряду ветхих, приземистых домишек. Их лачуги стояли совсем рядом, разделённые лишь опустевшим домом Фан Хуа.
Пробираясь через заваленный мусором проулок, они издалека увидели, как несколько головорезов из банды Чёрного Волка бесцеремонно роются в их домах. Сердца обоих рухнули вниз.
— Что вы делаете?! Какое право вы имели вламываться в мой дом?! — гневно закричал Нин Янь.
На шум сбежались соседи.
Бандиты один за другим вышли из домов.
— Твою мать, орёт-то как, чуть барабанные перепонки не лопнули, — главарь, верзила со шрамом на лице, лениво поковырялся в ухе. Его хищный взгляд медленно прошёлся по Нин Яню и старику Ли. — Так это вы соседи Фан Хуа?
— Допустим, и что с того?!
— Тело Фан Хуа исчезло. Что вы об этом знаете?
Старик Ли шагнул вперёд, заслоняя собой парня, и сурово спросил:
— Когда вы забирали мальчишку, он был жив и здоров. Может, это вы сперва объясните, почему он умер?
— Почему? — бандит со шрамом, Чжан Шо, презрительно усмехнулся. — Потому что он был преступником! Два дня назад шестой ученик мастера Юаня, Сюй Чжао, предал школу Сяоюань. Он не только обманом втёрся в доверие к дочери мастера, чтобы выкрасть «Истинный Закон Юаньшэн» и «Кулак Куньюнь», но и ранил своих братьев по оружию, после чего сбежал из города. Наша банда Чёрного Волка получила приказ от мастера помочь в поиске предателя. Мы прочесали всю округу и выяснили, что Фан Хуа видел Сюй Чжао, а значит, мог знать, где тот скрывается. Вот только допроса этот сопляк не выдержал и скоропостижно скончался. А теперь его тело пропало. Наверняка ему кто-то помог, и этот кто-то связан с предателем. Вы, случайно, не его сообщники?
Чжан Шо впился в них взглядом. Шрам на его лице, похожий на сороконожку, дёрнулся, придавая ему ещё более жуткий вид. Остальные бандиты медленно сходились, беря старика и юношу в кольцо.
Но старик Ли неожиданно взорвался яростной тирадой:
— Какого хрена вы несёте?! Я старый, немощный человек! Да вы скорее мой труп таскать будете, чем я чей-то! Совсем ополоумели?! Если хотите обвинить невиновных, так убейте меня прямо сейчас, к чему эти дурацкие предлоги? Эй, люди добрые, посмотрите! Посмотрите, как банда Чёрного Волка вершит своё «правосудие»!
Увидев, как лица соседей помрачнели от гнева, Чжан Шо заметно смутился.
Он помолчал, а затем процедил сквозь зубы:
— Сегодня я поверю тебе на слово. Но не дай бог мне найти хоть одну зацепку. Уходим.
Лишь когда бандиты скрылись из виду, руки старика начало бить мелкой, неудержимой дрожью.
— Нин, парень... ноги не держат, подсоби.
Нин Янь тут же подхватил его под руку и помог дойти до дома.
Войдя внутрь, он помог старику навести порядок после погрома и спросил:
— Ничего не пропало?
Старик Ли, обессиленно опустившись на деревянную табуретку, горько усмехнулся:
— А что у меня красть? Одно барахло. Ты лучше к себе сходи, проверь.
— У меня тоже... Чёрт! Мой кролик!
Нин Янь пулей вылетел из дома старика и бросился к себе.
Но в его лачуге не было никакого кролика. На полу валялось лишь несколько клочков белой шерсти.
— Какой ублюдок украл моего кролика?! — взревел он в ярости. — Это дело я так не оставлю! Кровь за кровь! Кровь за кровь!!!
Выпустив пар, парень с горящими глазами направился к своему нужнику. Убедившись, что вокруг никого нет, он осторожно поддел половицу в углу и извлёк из тайника чёрный тканевый мешочек.
Дважды пересчитав содержимое, он облегчённо выдохнул. Все двенадцать лянов серебра были на месте. Эти деньги — его единственный путь в мир боевых искусств. Он не мог их потерять.
«Вот бы найти этого Сюй Чжао и забрать у него «Истинный Закон Юаньшэн»... Тогда бы не пришлось платить школе Сяоюань», — мелькнула у него отчаянная мысль. — «Да хотя бы и «Кулак Куньюнь»... настоящий».
Молодой дровосек покачал головой, отгоняя несбыточные мечты, и аккуратно спрятал мешочек обратно.
До вступления в школу Сяоюань ему не хватало всего одного ляна серебра.
И он должен был заработать его как можно скорее.
http://tl.rulate.ru/book/147918/8306417
Готово:
И да, скорее всего язык другой. Кто в принципе сказал, что в совершенно другом мире с совершенно другой логикой и эволюцией, будет китайский или какой-то из языков которые есть у нас на планете