Счетовод Ли Даму, без сомнения, был самым беззаботным человеком во всей этой суматохе.
Даже молодой господин Чжан уже лишился своего безмятежного настроения.
Он, который больше всех желал, чтобы его отец вернулся попозже, теперь с нетерпением посылал людей в поместье на горе Феникса на поиски Чжан Юньи.
А счетовод Ли был совершенно спокоен и свободен.
Теперь его главным заданием было не проверка счетов, а развлечения с девушкой Сяотань.
Это было задание, которое ему дал Ян Цань, и оно ему очень нравилось.
После очередного «утомительного труда» счетовод Ли, пошатываясь, выплыл из комнаты.
Он чувствовал, что в последнее время слишком много трудился, и завтра ему следовало бы отдохнуть.
— Ах, девушка Цинмэй.
Внезапно Сяо Цинмэй с унылым лицом подошла с противоположной стороны галереи, и счетовод Ли с улыбкой поздоровался с ней.
'Эта девушка бывала в спальне управляющего Яна, так что с ней нужно быть вежливым'.
— О, это господин Ли.
Цинмэй с грустным видом ответила.
'Общаться с этими крестьянами, которые говорят невпопад и начинают с прадедов, — это так утомительно'.
Она потёрла ноющие скулы и помахала маленькой ручкой, которая затекла от письма.
Увидев её движения, счетовод Ли невольно удивился. 'Управляющий Ян… так силён?'
'Посмотрите, как он измотал девушку Цинмэй'.
— Ты чего уставился? — Сяо Цинмэй сердито взглянула на него и с удивлением спросила.
— О, ничего-ничего. Кхм, девушка Цинмэй… вы устали.
— Эх, ещё бы. Конечно, я устала.
— Хотя я и сама согласилась, но управляющий Ян не должен же использовать меня, как скотину.
Сяо Цинмэй недовольно проворчала, а счетовод Ли слушал её с замиранием сердца.
'Такие дерзкие слова, разве можно их так просто говорить?'
'Ты смеешь говорить, а я — нет'.
Ли Даму теперь испытывал к Ян Цаню полное благоговение.
'Этот управляющий Ян слишком хитёр, я ему не ровня'.
'Если не можешь победить — присоединяйся. Стану его верным псом'.
Таков был жизненный принцип господина Ли.
…
Теперь в поместье Фэнъань из важных персон, которых Ян Цань ещё не приглашал «на чай», оставались только члены семьи Чжан и начальник буцюй Кан Чжэнъян.
Поместье Фэнъань было большим поместьем и могло выставить около пятисот воинов-буцюй.
«Начальник буцюй» — это была должность из армии предыдущей династии, которую унаследовали Восемь Кланов. Так называли командиров частных армий могущественных родов.
Поскольку буцюй по своей природе были армией, ими не могли командовать управляющие поместьями или главы городов и крепостей.
Поэтому они находились в прямом подчинении у глав кланов и глав ветвей.
Назначение и увольнение начальников буцюй, а также их повседневное управление, решали они.
Но буцюй в мирное время были крестьянами, а в военное — воинами.
Поэтому, с другой стороны, они всё же подчинялись управляющим поместьями.
Таким образом, начальнику буцюй неизбежно приходилось часто общаться с управляющими поместьями.
К тому же, между кланами войны случались редко, и отношения между начальником буцюй и управляющим становились ещё теснее.
Иногда воины-буцюй становились наёмниками управляющего и помогали ему в его тёмных делах.
Но, как бы то ни было, воины-буцюй и их начальник по-прежнему были теми людьми в деревне, которые меньше всего зависели от управляющего.
Начальник буцюй Кан Чжэнъян в этот момент с улыбкой поглаживал «плуг Ян Цаня».
Выражение его лица было таким же, как в двадцать с небольшим, когда он гладил гладкую кожу своей жены.
Это был уже второй «плуг Ян Цаня», который он заполучил.
То, что он смог достать целых два таких плуга в то время, когда они были нарасхват, объяснялось лишь тем, что он был начальником буцюй.
В семье Кан было трое братьев и четыре сестры — тоже большая семья.
С появлением этого нового плуга, даже если в каждой семье Кан освободится всего один работник, то их можно будет собрать вместе для какого-нибудь дела.
Кан Чжэнъян уже всё продумал. Он соберёт освободившихся людей из своей семьи и семей друзей, а также родственников близких ему воинов-буцюй.
Таким образом, он сможет, опираясь на свою семью, создать небольшой торговый караван.
Собрав средства со всех сторон, он отправится торговать с племенами сяньби.
Купить в городе Тяньшуй железные котлы, соль, чай, ткани и продать их племенам сяньби.
А у племён сяньби выменять на них войлочные ковры, мёд, воск и даже лекарственные травы, такие как дудник и астрагал, и продать их в Тяньшуе.
Путь недлинный, а поместье Фэнъань будет промежуточным пунктом. На этом можно заработать.
Он как раз собирался послать сына за братьями и зятьями, чтобы обсудить свой план, как в доме появился незваный гость.
Это был Леопардовая Голова, Чэн Дакуань.
Чэн Дакуань и Кан Чжэнъян были хорошо знакомы. Они были двумя самыми сильными бойцами в поместье Фэнъань и знали друг друга с детства.
Двадцать с лишним лет назад они оба претендовали на должность командира отряда буцюй, но в итоге её получил Кан Чжэнъян.
Леопардовая Голова, разозлившись, уехал в поместье на горе Феникса и стал стражником.
За долгие годы службы Леопардовая Голова добился большего, чем Кан Чжэнъян.
Но теперь он снова был никем и по положению уступал Кан Чжэнъяну.
Но, сидя со скрещенными ногами на кане в доме Кана, он не чувствовал ни малейшего стыда.
Наоборот, сидевший напротив Кан Чжэнъян был погружён в тяжёлые думы.
— Ты, по фамилии Кан, наш господин Ян многого не просит.
— Просто, когда Чжан Юньи вернётся в поместье, ты будешь открыто ему подчиняться, а тайно — слушать приказы нашего господина Яна.
— И тогда всё у тебя останется, как было, и господин Ян тебя не тронет.
Кан Чжэнъян с мрачным лицом молчал.
Леопардовая Голова скривил губы:
— Ты, по фамилии Кан, в драке ты мне не ровня.
— Как ты тогда получил должность командира, за столько лет, ты, наверное, уже понял.
— Тот Чжан считал, что тебя легче контролировать, поэтому и порекомендовал тебя нашему тогдашнему начальнику буцюй.
Кан Чжэнъяну стало не по себе, и он сурово сказал:
— Зачем ты мне это говоришь?
— Что, хочешь старые счёты свести?
Леопардовая Голова сказал:
— Я просто говорю тебе, что этот Чжан Юньи тебе ничем не обязан.
— Сейчас его старая семья Чжан в большой беде, так что не губи себя.
— Иначе, когда Чжан Юньи падёт, ты думаешь, тебя это не коснётся?
Кан Чжэнъян с сарказмом ответил:
— Как коснётся? Как тебя, разжалуют до низов?
— Ты… — Леопардовая Голова в ярости вскочил, его волосы и борода встали дыбом.
Но, вдруг что-то вспомнив, он снова холодно усмехнулся и сел.
— Если ты не поймёшь по-хорошему, то, когда Чжан Юньи падёт, новым начальником буцюй стану я, Леопардовая Голова.
Кан Чжэнъян не обратил внимания на его угрозу, немного подумал и медленно сказал:
— То есть, то, что вы захватили управляющего Чжана, — это не приказ главы клана?
— Конечно, нет. Если бы это был приказ, зачем бы я к тебе пришёл?
— Но ты думаешь, что теперь, когда дело зашло так далеко, и за спиной стоит молодая госпожа, которую поддерживает семья Со, глава клана станет защищать этого Чжан Юньи?
Конечно, не станет. Расправа с этими управляющими, помеченными печатью второй ветви, была в интересах главы клана.
Зачем ему защищать Чжан Юньи?
В поместье Фэнъань Чжан Юньи был местным царьком, но в поместье на горе Феникса — всего лишь деревенским богатеем, который везде ищет выгоду.
Помолчав долгое время, Кан Чжэнъян наконец поднял голову.
— Сегодня ты пришёл без предупреждения.
— Поэтому я тебя не угощаю. В другой раз.
Хотя Леопардовая Голова и не был образованным, но смысл слов Кан Чжэнъяна он понял.
— Ха-ха-ха, парень, в драке ты мне не ровня, а вот голова у тебя работает лучше, чем у меня.
— Была бы у меня такая голова, я бы не потратил столько лет, чтобы дослужиться до начальника стражи.
Кан Чжэнъян с каменным лицом нанёс ему удар в самое сердце:
— Ты — бывший начальник стражи. А сейчас — никто.
…
На следующий день после того, как Кан Чжэнъян согласился сотрудничать с Ян Цанем, Чжан Юньи, которого с нетерпением ждали в зернохранилище все большие и малые управляющие, наконец, «вернулся».
В поместье Фэнъань было две вооружённые силы, и Ян Цань не смел их игнорировать.
Загнанный в угол Чжан Юньи вполне мог пойти на открытый конфликт.
'Люди из Срединных равнин могут бежать в Луншан, так разве люди из Луншана не могут бежать в Срединные равнины?'
Если бы он пренебрёг этой опасностью, то мог бы легко потерпеть поражение там, где не ожидал.
Теперь воины-буцюй, которыми командовал Кан Чжэнъян, были на его стороне.
Самая сильная вооружённая сила в поместье Фэнъань была в его руках.
А другой вооружённой силой в поместье Фэнъань были охранники, которых лично отбирал и обучал Чжан Юньи.
Ян Цань и не думал их вербовать, и, на первый взгляд… никак не остерегался.
Чжан Юньи был доставлен открыто, а затем, на глазах у этих охранников, его затолкали в зернохранилище.
Как управляющий поместьем Фэнъань, Чжан Юньи имел свои привилегии.
Например, в том зернохранилище, где его держали, он был один.
— Господин Ли, что случилось? Почему управляющий Ян арестовал управляющего?
— Неужели… неужели господин глава клана хочет расправиться с нашим управляющим?
Девушка Сяотань, бледная от ужаса, вцепилась в рукав Ли Даму. Глаза её были полны слёз.
Она, конечно, не испытывала никаких чувств к Чжан Юньи, хотя и спала с ним.
Просто всё её существование зависело от семьи Чжан.
Если семья Чжан падёт, что станет с ней, маленькой женщиной?
Лицо Ли Даму было мертвенно-бледным, и он, стиснув зубы, проговорил:
— Хорош Ян Цань, хорош управляющий Ян, он и меня обманул!
Ли Даму похлопал девушку Сяотань по руке и успокоил:
— Не бойся, это не глава клана хочет расправиться с управляющим Чжаном. Если бы это был он, то не было бы столько хлопот.
Услышав это, Сяотань обрадовалась:
— Так… может, мы пошлём кого-нибудь с жалобой к главе клана?
Ли Даму холодно усмехнулся:
— Управляющий взял с собой двенадцать лучших воинов и не смог добраться до поместья на горе Феникса.
— Теперь он в плену, ты думаешь, кто-то другой сможет добраться до горы Феникса?
Лицо Сяотань изменилось:
— Господин Ли, что же делать?
Ли Даму с мрачным лицом сказал:
— Это явно проделки молодой госпожи старшей ветви.
— Ты же видела, люди, которых использует управляющий Ян, все от молодой госпожи.
— Раньше они ещё притворялись какими-то поощрителями земледелия, изобретателями плугов, тьфу!
— Но ты не слишком беспокойся.
Ли Даму притянул к себе Сяотань, обнял эту хрупкую девушку и нежно успокоил:
— Даже если с семьёй Чжан что-то случится, я, Ли, тебя защищу.
— Ты — маленькая служанка, думаю, этот управляющий Ян не станет тебя особо притеснять.
Сяотань, с трудом подавив отвращение, поцеловала Ли Даму и с нежностью произнесла:
— Тогда… я полностью на вас полагаюсь, господин.
— Не беспокойся, не беспокойся.
— Но, господин Ли, наш управляющий, он действительно вот так падёт?
— Падёт? Да что там падёт!
Лицо Ли Даму исказилось от страха, и он, отчётливо произнося каждое слово, сказал:
— Сяотань, ты не знаешь.
— Судя по этому Ян Цаню,
— Внешне он учтив и вежлив, как благородный муж, а в душе — змея, настоящий волк.
— Скрывает когти, прячет клыки, как молчаливый отшельник, а когда нападает — не отпустит, пока не убьёт.
— Удары его — как раскаты грома, каждый — сокрушает сердце и душу.
— Замыслы его — коварны и жестоки, каждое дело — искореняет дотла.
— Ни змеиный яд не сравнится с его коварством, ни отрава — с его жестокостью.
— Жизнь человеческую он ни во что не ставит, а небесный закон — как старую обувь отбрасывает.
Сяотань, бледная от ужаса, вскрикнула:
— Господин Ли, что вы такое говорите?
Счетовод Ли зловеще произнёс:
— Чжан Юньи обречён! Семье Чжан — конец
http://tl.rulate.ru/book/147906/8215792
Готово:
