Ферма в западной части деревни, хоть и была простой, занимала немало места.
Территорию огородили толстыми деревянными кольями и разделили на несколько зон.
С одной стороны находился свинарник, с другой — курятник, а между ними — большой пустырь, где животные могли гулять.
Когда Сюй Фань пришел, его мать, Янь Юаньни, стояла подбоченившись и с тревогой на лице смотрела на хрюкающих в свинарнике поросят.
— Фань-эр, наконец-то ты пришел. Посмотри-ка, почему эти поросята, которых прислал помещик Чэнь, такие вялые?
— И траву толком не едят, и воду не пьют, все как один, словно побитые морозом баклажаны.
Янь Юаньни была крестьянкой, и разведение кур и свиней было для нее привычным делом.
Однако эта партия скота, присланная семьей Чэнь, хоть и была отменной породы, оказалась очень уж изнеженной, и женщина, всю жизнь разводившая простых деревенских свиней и кур, оказалась в тупике.
Рядом с ней, у курятника, сидели на корточках двое малышей — пятый брат Сюй Жуйцзэ и шестая сестра Сюй Вэньвэнь.
В отличие от апатичных поросят, в курятнике царила полная гармония.
Более сотни цыплят тихо сидели, образовав круг.
А в самом его центре, гордо выпрямив грудь, стояли семь Каменных певчих куриц, чей окрас был ярче, а сами они — на целый круг крупнее остальных цыплят.
Они походили на императоров в курином царстве, и все обычные цыплята подсознательно держались от них на расстоянии.
Боялись подойти, но и не смели отойти далеко.
— Цып-цып!
Сюй Жуйцзэ протянул свою маленькую ручку, подражая куриному писку.
И тут произошло нечто странное.
Семь гордых Каменных певчих куриц разом повернули головы в сторону Сюй Жуйцзэ и, перебирая короткими ножками, сами направились к нему.
Одна из них, самая смелая, легонько потерлась своей маленькой головкой о палец мальчика.
— Братик, ты им нравишься, — тихонько прошептала рядом Сюй Вэньвэнь своим тонким, нежным голоском.
Она ничего не говорила, лишь тихо напевала нескладную мелодию.
Мелодия была простой, но в ней чувствовалась умиротворяющая сила.
Даже самые беспокойные цыплята, услышав ее пение, стали еще тише, и даже несколько хилых поросят, казалось, навострили уши и посмотрели в их сторону.
[Вы заметили врожденную способность Сюй Жуйцзэ к Единению. Навык «Прозрение талантов» +20.]
[Вы ощутили умиротворяющую силу в голосе Сюй Вэньвэнь. Навык «Прозрение талантов» +20.]
В глазах Сюй Фаня промелькнула радость.
Он подошел и погладил малышей по головам.
— Вы отлично справляетесь. Позаботьтесь об этих курах и свиньях, я поручаю их вам.
— Правда? — глаза Сюй Жуйцзэ заблестели. — Старший брат, я могу заставить их ходить строем!
— Да, старший брат верит в тебя.
Сюй Фань с улыбкой ответил, а затем подошел к семи Каменным певчим курицам.
Навык «Прозрение талантов» снова активировался.
[Каменная певчая курица (Птенец)]
[Состояние: разум дремлет, родословная слабо пробуждена]
[Оценка: в крови содержится малая толика родословной древнего зверя «Золотокаменного Пэна». Питается металлами и камнями, голос подобен звону колокола, мясо плотное, содержит следы духовной энергии. Под влиянием талантов «Повелитель зверей» и «Врожденное сердце цитры» активность родословной медленно возрастает.]
«Так и есть!»
Родословная этих семи Каменных певчих куриц уже начала пробуждаться под влиянием талантов Жуйцзэ и Вэньвэнь.
Исходящее от них давление, берущее начало в глубине их крови, было достаточно, чтобы вселять страх и покорность в обычных кур и свиней.
Вот и истинная причина вялости поросят.
Они не болели, они были напуганы!
— Мама, не волнуйся, — повернувшись к Янь Юаньни, сказал Сюй Фань. — Они не больны, просто испугались этих кур.
— Испугались кур? — с недоверием переспросила Янь Юаньни. — Свиньи боятся кур? Я всю жизнь скотину держу, но о таком чуде еще не слыхивала.
Сюй Фань не стал ничего объяснять. Он попросил Жуйцзэ и Вэньвэнь отойти подальше.
Затем подошел к свинарнику, достал из-за пазухи несколько черных, похожих на камешки предметов и бросил их в корыто.
Это была смесь обычных трав и корма, которую он насытил духовной энергией.
[Вы пытаетесь создать особый корм. Навык «Травяная диетология» +10.]
Несколько поросят, почуяв этот запах, сперва замялись.
Но затем, словно подстегнутые, они ринулись вперед, зарылись головами в корыто и принялись с чавканьем жадно есть.
От их недавней вялости не осталось и следа.
Янь Юаньни смотрела на это, разинув рот. Она протерла глаза и пробормотала:
— Боже мой… Фань-эр.
— Ты… ты это опять в какой-то книге вычитал?
— Это обычный корм, просто приготовлен по-особенному, — небрежно бросил Сюй Фань.
Он, конечно, не собирался говорить, что просто добавил в корм немного духовной энергии.
Этой капли было достаточно, чтобы нейтрализовать давление родословной Каменных певчих куриц и укрепить организм поросят.
— Впредь свиней и кур нужно держать подальше друг от друга, — Сюй Фань указал на другой конец фермы. — Свинарник перенесем туда, а здесь будут только куры.
Затем он обратился к Жуйцзэ и Вэньвэнь:
— А вы двое каждый день будете патрулировать курятник с этими семью генералами, разговаривать с другими цыплятами, петь им песни, чтобы все были послушными.
— Хорошо! — малыши восприняли это как игру и звонко ответили.
Разобравшись с делами на ферме, Сюй Фань направился к тренировочной площадке у входа в деревню.
Начиналась послеполуденная тренировка личной гвардии.
Ему нужно было применить еще более жестокие методы, чтобы отобрать по-настоящему годных бойцов.
На этот раз отсеивать будут не просто за медленный бег.
Когда он подошел к площадке, Ло Бу, заложив руки за спину, расхаживал перед строем, сверля взглядом тридцать бойцов.
Те хоть и стояли, но походили на стаю перепуганных перепелок: кто-то втянул шею, кто-то не знал, куда девать руки и ноги, а сам строй был кривым и неорганизованным.
Его взгляд скользил по каждому, и те крестьяне и беженцы, на кого он смотрел, невольно выпрямляли спины.
Они никогда не видели ничего подобного.
От Ло Бу исходила такая аура смерти, будто он только что выбрался из горы трупов. Одно его присутствие давило на них так, что было трудно дышать.
— Кучка слабаков! — безжалостно рявкнул Ло Бу. — Стоять ровно не можете! Вы сюда что, вышивать пришли?
Он подошел к худощавому юноше и пнул его по голени.
— Ноги прямо, живот втянуть, грудь вперед!
Юноша пошатнулся и едва не упал, на его лице смешались страх и гнев.
— Что? Недоволен? — Ло Бу приблизился к нему почти вплотную, его голос был ледяным. — На поле боя, если будешь так стоять, враг ударит ножом, и твои кишки по земле размажутся!
Юноша побледнел от ужаса и, с трудом сдерживая боль, больше не смел возражать, изо всех сил пытаясь встать ровно.
Таким вот грубым способом Ло Бу преподал этим новобранцам первый урок.
Он даже не взглянул на него снова, переходя к следующему. Его холодный голос разнесся по всей площадке:
— Следующий! У кого неправильная стойка?
Все отчаянно пытались поправить свою осанку, боясь стать следующей мишенью.
http://tl.rulate.ru/book/147750/8254930
Готово:
