Как жарко…
Кожу словно пронзали тысячи игл, вызывая жгучую, огненную боль.
Сюй Фань очнулся от невыносимой жажды, горло пересохло до боли.
Он с трудом разлепил тяжелые веки, но тут же зажмурился от ослепительного солнечного света.
Вокруг простиралась растрескавшаяся земля, а в воздухе витал запах пыли и сухой травы.
Это был не тот мир, который он знал.
В голову хлынул хаотичный поток воспоминаний. Душа современного офисного работяги и память девятнадцатилетнего крестьянского сына переплелись и слились воедино.
Материк Сюаньцан.
Смертные и Бессмертные Наставники.
Город Цинъян.
Сюй Фань, старший сын в семье Сюй.
А за ним — еще пятеро вечно голодных младших братьев и сестер, вечно хмурые родители и двое дедушек с бабушками, которые уже давно не вставали с постели.
Вся семья… не ела уже три дня.
Их изможденные, землистого цвета лица и потухшие глаза навсегда врезались в его память.
Невиданное прежде бремя ответственности всей своей тяжестью легло на его плечи.
— Фань-эр, ты очнулся?
Донесся до него чей-то хриплый голос.
Сюй Фань поднял голову и увидел идущего к нему мужчину, худого, словно обтянутый кожей скелет. Это был отец его нового тела, Сюй Чан.
Его темное лицо избороздили глубокие морщины, а во взгляде застыла беспросветная тоска.
— Тело… еще держится? — спросил Сюй Чан, глядя на бледное лицо сына. Он шевельнул губами, но в итоге лишь тяжело и протяжно вздохнул.
— Эх… В этом году на урожай, боюсь, снова можно не рассчитывать. Это небо…
В этот момент по меже мимо них проходил какой-то крестьянин. Он искоса взглянул на отца с сыном.
Это был их родич из клана, Сюй Третий.
— О, так это старшенький Сюй Чана? Уже от голода на доску похож, а все еще есть силы в поле выйти?
Сюй Третий сплюнул на землю, в его голосе сквозило неприкрытое презрение.
— Я давно говорил, не можешь прокормить — нечего было столько ртов плодить.
Он покачал головой, нарочно повысив голос:
— Чем больше плодитесь, тем беднее становитесь, а чем беднее — тем больше плодитесь! Ваша семья — просто гнездо нищеты! Рано или поздно все с голоду передохнете, и род ваш прервется! Даже предков своих опозорили!
От этих слов Сюй Чан невольно сжал кулаки.
Но в конце концов он все же разжал их, лишь ниже опустив голову и молча снося все унижения.
А что он мог сделать?
Что мог сказать?
Сюй Фань быстро вжился в роль. Жизнь офисного работяги в прошлом научила его терпению.
Но когда он посмотрел на сгорбленную спину отца, а затем на самодовольное лицо Сюй Третьего, из глубины души поднялась необъяснимая ярость.
Однако он ничего не сказал.
В эту эпоху, когда человеческая жизнь стоила дешевле травы, достоинство было роскошью. Единственной правдой было выживание.
Он не мог позволить родителям и дальше жить в таком отчаянии, не мог допустить, чтобы его братья и сестры умерли от голода.
Он должен что-то сделать!
Он должен изменить их судьбу!
На глазах у ошеломленных Сюй Чана и Сюй Лайфу Сюй Фань, пошатываясь, поднялся на ноги и схватил старую, щербатую мотыгу.
Мотыга была тяжелой. Его руки дрожали от слабости, он едва мог ее удержать.
— Фань-эр, ты что делаешь?! Ты же еще не оправился! — в панике крикнул Сюй Чан.
Сюй Фань не ответил.
Он стиснул зубы, высоко занес мотыгу и с силой опустил ее!
«Дзынь!»
Руки пронзила острая боль, тело качнулось, а перед глазами замелькали золотые искры.
— Ха-ха-ха! — раздался пронзительный хохот Сюй Лайфу. — И с такими силенками работать собрался? Иди домой, молока попей! А то еще помертвеешь прямо в поле, накличешь на деревню беду!
Сюй Фань не обращал на него внимания.
Перед его мысленным взором стояли исхудавшие фигурки братьев и сестер, полные надежды и беспомощности глаза родителей, дедушек и бабушек.
Раз…
Еще раз…
Он механически повторял одно и то же движение. Вскоре его грубая, вся в заплатках, одежда промокла от пота, а в глазах начало темнеть.
И в тот самый момент, когда ему показалось, что он вот-вот потеряет сознание…
Перед его глазами возникла полупрозрачная голубая панель.
【Вы впервые в жизни взялись за мотыгу, познали тяготы труда и открыли панель мастерства】
【Мастерство земледелия +1】
Короткая строчка текста неподвижно висела в воздухе, видимая только ему.
Движения Сюй Фаня резко замерли.
Он подумал, что ему показалось.
Он с силой зажмурился и снова открыл глаза — голубая панель никуда не делась.
«Галлюцинация? Или… золотой палец?! Стандартный набор попаданца?»
Подавив волнение, он с сомнением и надеждой снова поднял мотыгу и ударил по земле у своих ног!
【Мастерство земледелия +1】
Надпись на панели обновилась, доказывая, что это не было иллюзией!
Это правда!
Ему показалось, что он видит надежду на выживание, видит будущее, в котором вся его семья сыта!
— Ха… ха-ха…
Сюй Фань не смог сдержать тихого смеха. Он смеялся и смеялся, пока в глазах не защипало.
Словно обезумев, он принялся размахивать мотыгой, обрушивая удар за ударом на землю все быстрее и быстрее.
【Мастерство земледелия +1】
【Мастерство земледелия +1】
…
【Имя: Сюй Фань】
【Навык: Земледелие (Новичок 128/200)】
Сюй Фань смотрел на панель и безумно хохотал:
— Ха-ха-ха!
Это — надежда на будущее!
Сюй Чан испугался, видя состояние сына. Он тут же бросил свою работу и в несколько шагов подбежал к нему, протягивая руку, чтобы потрогать его лоб:
— Фань-эр, ты… ты что, от голода умом тронулся?
— Хватит работать, отец что-нибудь придумает, сходит еще раз к старику Чжану на краю деревни, попросит в долг немного зерна…
— Отец, я в порядке, — Сюй Фань перестал смеяться.
Он оперся на мотыгу, его грудь тяжело вздымалась, он жадно хватал ртом воздух.
В порядке?
Как он мог быть в порядке!
Сюй Чан смотрел на бледное лицо сына, на его потрескавшиеся, шелушащиеся губы, и его сердце сжалось от боли, а глаза покраснели.
Он знал своего сына как облупленного.
Сюй Фань с детства был послушным, но характер у него был мягкий. Когда он вел себя так, почти как одержимый?
— Ах ты, непутевый! Жизни не жалеешь! — в голосе Сюй Чана послышались нотки гнева, и он протянул руку, чтобы отобрать у Сюй Фаня мотыгу.
Но на этот раз ему это не удалось.
Мотыга словно вросла в руки Сюй Фаня.
Сюй Фань чувствовал, что по мере освоения навыка земледелия каждый его взмах становился все более правильным и экономичным.
Это не было иллюзией.
Тяжелая прежде мотыга стала легче.
— Отец, поверь мне хоть раз.
Сюй Чан замер.
Он посмотрел на сына. В его некогда потухших глазах теперь будто горел огонь.
Этот взгляд был незнакомым, но в то же время вселял в него странное спокойствие.
Он, сам не зная почему, разжал руки.
— Ты… ты полегче, — пробормотал Сюй Чан, отступая на пару шагов.
Стоявшему в стороне Сюй Третьему уже давно надоело это представление, и он язвительно съязвил:
— Играйте, играйте дальше. Такая трогательная сцена отцовской любви. Кто не знает, подумает, что в вашей семье в этом году сам первый ученый империи появится.
— На этих нескольких клочках паршивой земли даже Бессмертный Наставник ничего не вырастит!
Сюй Фань не обращал на него внимания.
Он выровнял дыхание и, вспоминая внезапно появившиеся в голове знания, инстинктивно принял правильную позу.
Сила шла от поясницы, передавалась в плечи, а затем в руки.
«Дзынь!»
【Мастерство земледелия достигло максимума. Навык повышен: Земледелие (Умелец 0/500)】
Теплый поток прошел по телу, быстро снимая усталость и боль в мышцах.
Он почувствовал, как его сила и выносливость возросли!
Сюй Фань выпрямился. Его спина, прежде немного ссутулившаяся, теперь была идеально ровной.
Он снова посмотрел на семейное поле, и теперь все виделось ему иначе.
Он мог определить, где почва хуже всего, а где земля сухая лишь на поверхности, но в глубине еще хранит немного влаги.
— Это… — стоявший рядом Сюй Чан чуть не вытаращил глаза.
Он протер их, не веря тому, что видел.
Еще мгновение назад его сын выглядел так, будто вот-вот упадет в обморок, а теперь его словно подменили.
Он не только порозовел, но и весь его дух изменился.
Насмешки Сюй Третьего застряли у него в горле.
Что он только что увидел?
Последние несколько ударов мотыгой Сюй Фань нанес с такой точностью, будто проработал в поле несколько десятков лет. Его движения были даже… отточеннее, чем у лучших пахарей в деревне!
Это… это все тот же болезненный старший сын семьи Сюй?
http://tl.rulate.ru/book/147750/8134399
Готово:
[— Чем больше плодитесь, тем беднее становитесь, а чем беднее — тем больше плодитесь!]
Не то чтобы в древние времена был выбор, кроме воздержания или инфантицида. А такая экзотика как сильфий, которые обеспечивал безопасное предохранение, в итоге стоил серебром по весу