Готовый перевод Having understood the language of animals, the evil secondary heroine followed the scenario of the heartbreaker / Поняв язык зверей, злая второстепенная героиня следовала сценарию сердцеедки: Глава 22

— Ты… ты несешь чушь! — Ван Синьюэ трясло от ярости. — За мной толпы бегают!

Цзян Юань спокойно встретила ее гневный взгляд и широко усмехнулась:

— У тебя на зубах листик салата.

Ван Синьюэ тут же прикрыла рот.

Улыбка на губах Цзян Юань стала еще шире.

Цао Лаотин исподтишка бросила на Цзян Юань злобный взгляд и про себя выругалась: мелкая дрянь, язык как бритва.

Дэн Жуй, видя, как Цзян Юань заткнула Ван Синьюэ, не оставив ей ни слова для ответа, внутри ликовала.

Но при Цао Лаотин и ее муже она не могла показывать радость слишком явно.

Сделав вид, что отчитывает, она сказала:

— Цзян Юань, нельзя быть такой невежливой.

— Бабушка, тетя вовсе не грубит, — раздался детский, мягкий и серьезный голос. Круглое личико Чжаньчжаня было предельно сосредоточенным. — Это они первыми обидели маму!

— Да, брат прав! И тетя тоже права! — тут же подхватила Момо, усердно кивая маленькой головкой.

Цао Лаотин не хотела больше спорить с Цзян Юань и потому ловко перевела разговор на близнецов Цзян Де.

— У Де-то какие послушные дети выросли.

— Все благодаря Де, — с улыбкой подхватила Дэн Жуй.

— Одной тянуть двоих детей — это же какая тяжесть, — Цао Лаотин пристально посмотрела на Цзян Де, и в ее глазах мелькнул расчет. — Да и мужчину найти непросто. Услышат, что с двумя детьми, сразу нос воротят. Тяжело ей живется.

Цзян Де молча слушала, не отвечая.

Дэн Жуй и Цзян Дашань переглянулись.

— Я же ее с детства знаю, — продолжала Цао Лаотин с напускной жалостью. — Так мучается, сердце кровью обливается!

— Да уж, и не знаешь, чем ей помочь, — вторил ей муж, Ван Хуэй.

— Можно познакомить сестру Де с кем-нибудь, — подала голос Ван Синьюэ.

Глаза Цао Лаотин загорелись, она хлопнула в ладоши:

— Вот именно! У меня как раз есть двоюродный брат, ищет жену.

Семья Цзян:

…

Так вот, к чему все это велось.

— Мой двоюродный брат человек честный, и внешность у него приличная, и машина есть, и дом, — с воодушевлением продолжала Цао Лаотин. — Единственный минус — он разведен и с сыном. Но Де ведь тоже разведенная и с двумя детьми, так что они отлично подходят друг другу.

У Дэн Жуй не было ни малейшего желания родниться с Цао Лаотин, поэтому она промолчала.

Цзян Дашань тоже ничего не сказал.

Сама Цзян Де сжала губы, лицо оставалось холодным и отстраненным.

— Что же вы все молчите? — засмеялась Цао Лаотин. — Это же прекрасная возможность.

Вдруг заговорила Цзян Юань:

— Тетя Цао, а сколько лет вашему двоюродному брату?

У Дэн Жуй сердце екнуло.

Ей не хотелось думать о собственной дочери плохо.

Но сегодняшнее поведение Цзян Юань казалось слишком уж подозрительным.

Она вдруг сама позвала Цзян Де на ужин… Неужели сговорилась с Цао Лаотин и решила подыскать для сестры жениха?

— Да он всего лет на десять старше Де, — лицо Цао Лаотин расплылось в улыбке. — Не зря говорят: мужчина постарше — заботливее к жене.

— Без «лет на десять», — спокойно сказала Цзян Юань. — Конкретнее.

Взгляд Цао Лаотин чуть дрогнул.

— Ну… чуть за сорок. Недаром же говорят, в сорок один мужчина — цветок.

— А где у него дом? — с ленивой усмешкой спросила Цзян Юань.

— В родных местах, трехэтажный дом отстроил.

— А машина какая?

— Недавно купил электрический мопед, самый дорогой в магазине.

Цзян Юань подвела итог:

— Значит, деревенский домик, разваленный электросамокат и возраст почти на двадцать лет больше, чем у моей сестры.

Ни капли лица не пощадила.

Сердце Дэн Жуй наконец-то отпустило.

Ее дочь оказалась не такой уж плохой, как она боялась.

— Какой еще разваленный! — вспыхнула Цао Лаотин. — Самый дорогой, несколько тысяч стоит!

— Смешно, — Цзян Юань закатила глаза. — И с такими условиями вы еще смеете приходить ко мне домой? Какие розовые сны! Моя сестра — выдающаяся женщина, не всякий мусор достоин даже упоминания.

— Выдающаяся? — презрительно фыркнула Цао Лаотин. — Какая же приличная девушка беременеет до свадьбы?

— Родила двоих, а мужика и след простыл. Небось перебрала слишком многих и сама не знает, кто отец!

Дэн Жуй резко вскочила:

— Цао Лаотин!

Лицо Цао Лаотин побледнело, она поспешно прикрыла рот, осознав, что ляпнула лишнее.

— Дэн Жуй, милая сестрица, я не это имела в виду, ты не так пойми…

Едва слова слетели с ее губ, как стакан воды плеснулся ей прямо в лицо.

Тонкие пальцы Цзян Юань сжимали стакан, голос был ледяным, а в глазах сверкал холод:

— Такой грязный рот нужно промыть.

Цао Лаотин в ужасе вскочила.

— Цзян Юань, ты переходишь все границы! — закричала Ван Синьюэ.

— Это я перехожу границы? — на губах Цзян Юань появилась насмешливая улыбка. — Если вы сейчас не уберетесь, дальше будет хуже.

С этими словами она посмотрела на Блюберри.

Умной кошке не нужны приказы.

Блюберри мгновенно поняла хозяйку. Голубые, словно кристаллы, глаза сузились, задние лапы резко оттолкнулись —

кошка описала в воздухе красивую дугу и безошибочно приземлилась в объятия хозяйки.

Цзян Юань прижала к себе пушистый комок и с вежливой улыбкой посмотрела на Цао Лаотин:

— Тетя Цао, моя кошка днем случайно на вас пописала. Кто знает, может, в следующий раз она случайно пописает вам прямо на лицо.

Лицо Цао Лаотин мгновенно перекосилось.

Стиснув зубы от злости, она нехотя увела мужа и дочь.

Цзян Юань вышла к двери и, глядя на их жалкие спины, громко сказала:

— Тетя Цао, моя кошка всегда рада вас видеть.

От этих слов Цао Лаотин зашагала еще быстрее и едва не растянулась на пороге.

Закрыв дверь, Цзян Юань повернулась к Цзян Де. В ее взгляде читалось беспокойство:

— Сестра, Цао Лаотин несла полный бред. Не принимай ее слова близко к сердцу.

— Я знаю, — мягко улыбнулась Цзян Де. — Хорошо, что сегодня была ты, Юаньюань.

— Да, ты сказала все, что я сама не решалась сказать, — кивнула Дэн Жуй. — Сегодня вечером ты была моим голосом.

— Я ее давно терпеть не могла, — нахмурилась Цзян Юань.

История с беременностью Цзян Де до брака разлетелась именно из-за длинного языка Цао Лаотин, да еще и с приукрашиваниями, испортив ей репутацию.

Чжаньчжань и Момо украдкой поглядывали на Цзян Юань. В их маленьких головах роился большой вопрос.

Почему злая тетя вдруг стала такой хорошей?

Этим же вопросом задавались и Цзян Де с Дэн Жуй и ее мужем.

Проводив сестру с детьми, Цзян Юань не сразу вернулась домой, а спустилась во двор, чтобы поздороваться с местными зверушками.

Появление того родинчатого типа заставило ее насторожиться.

Она попросила животных приглядеть за семьей Цзян Де.

Если появятся плохие люди и попробуют их обидеть — обязательно помочь.

Получив от Цзян Юань угощение, зверушки были готовы хоть грудь расправить, обещая выполнить задание.

Только тогда она спокойно вернулась домой.

Перед сном она завела будильник на завтра, чтобы не проспать и не сорвать договоренность.

Парк Голубой бухты находился примерно в трех километрах от ее дома. Опасаясь воскресных пробок, она решила взять электроскутер Дэн Жуй.

— Мам, где ключи от твоего скутера? Мне нужно ненадолго выйти.

— Ты собираешься ехать на электроскутере? — удивилась Дэн Жуй. — Ты же наша нежная принцесса, которая выходит из дома только на «БМВ»?

http://tl.rulate.ru/book/147679/8179153