В конце концов, под руководством Тан Хао, Тан Янь взяла в руки молот.
«Четыре тысячи четыреста восемьдесят восемь… семь тысяч четыреста семьдесят…»
Тан Янь бормотала цифры, чувствуя усталость.
Сначала было легко, но чем больше она работала, тем труднее становилось.
Она взглянула на своего брата: тот уверенно бил молотом.
Удар за ударом, ритмично, даже монотонное повторение движений, казалось, не утомляло его.
Тан Янь позавидовала.
В отличие от неё, она делала всё как попало.
Она была старшей сестрой, не могла уронить лицо, Тан Янь, нахмурившись, снова подняла молот.
Но и этого ей хватило ненадолго.
«Папа, я голодна!» Она проголодалась, а голод отнимал силы, и когда нет сил, ничего не хочется делать.
«Сколько ударов?» – спросил Тан Хао изнутри.
«Я сделала четыре… или всё-таки семь?» Она растерялась, уж очень проголодалась и забыла, на какой цифре остановилась.
Больше всего она боялась голода, ведь когда голодна, не можешь думать и ничего не хочешь делать…
Тан Янь подумала, что может притвориться, ведь она ещё ребёнок.
С этими мыслями Тан Янь бросила молот и, как ни в чём не бывало, растянулась на земле.
«Я голодна, у меня нет сил, и я ужасно хочу спать, силы меня совсем покинули».
Тан Янь посмотрела на солнце, которое уже скрылось, небо потемнело. Не дают еды, разве так можно жить?
Это просто жестоко.
«Сестрёнка!» Тан Сан увидел это и уже хотел остановиться, как вдруг услышал, как отец сказал:
«Маленький Сан, продолжай».
Тан Сан увидел, что отец вышел, и только кивнул в знак согласия. На самом деле, закалять железные блоки было знакомым ему делом, он начал пробовать бить молотом два года назад.
Поэтому, хотя одна тысяча ударов казалась большой цифрой, если немного постараться, то можно было справиться.
Но Тан Янь была другой. Она никогда прежде не держала в руках молота, но за один день сделала больше семи тысяч семисот семидесяти ударов, намного быстрее, чем он.
Хотя… Тан Янь, пользуясь невнимательностью отца, не била молотом по методу, предложенному им, семь тысяч ударов – это тоже немало.
«Маленькая Янь, вставай», – подошёл Тан Хао.
Тан Янь притворно страдальческим голосом: «Папа, я чувствую, что мои силы покинули меня, у меня нет сил…»
«Нет сил – не значит лежать», – с суровым отговоркой сказал Тан Хао.
Тан Янь, обессиленная голодом, опёрлась слабенькими ручками на землю и наконец села.
*Кру-кру-кру~*
Это урчал голодный живот.
«Папа, я голодна ~»
Тан Янь жалобно посмотрела на Тан Хао своими большими, влажными глазами. Такая мягкая и милая девочка, разве можно ей отказать?
Тан Хао: …
Тан Сан: сдерживал смех.
«Вставай», – Тан Хао немного смягчился, не в силах противостоять такой милой и очаровательной Тан Янь, и наконец протянул свою большую руку.
Тан Янь почувствовала, что дело пошло на лад, и с нетерпением протянула свою пухлую маленькую ручку. Но она была слишком голодна, рука, которую она протянула, была немного слабой… О нет.
Тан Янь почувствовала, что ей показалось. Она посмотрела на свою белоснежную, пухлую руку и радостно спросила:
«Папа, папа, посмотри, мои руки похожи на стебли лотоса, такие белые и мясистые, так и хочется откусить!»
Тан Янь радостно сказала, а затем, подумав, стоит ли ей укусить себя,
получила удар по лбу.
«Ай!» Тан Янь прикрыла слегка покрасневший лоб.
«Глупая!» Тан Хао подхватил её на руки.
Похоже, она действительно обезумела от голода. Вон тот вид, когда она облизывала губы и будто бы хотела попробовать свою руку.
Разве это не глупость?
Тан Сан тоже наблюдал за происходящим и, естественно, увидел глупую Тан Янь.
Тан Сану стало смешно. Его взгляд невольно упал на его обнажённую руку. Действительно, она немного похожа на стебель лотоса…
«Маленький Сан, возвращайся обедать».
«А? О!»
Едва не заразился…
http://tl.rulate.ru/book/147380/8564493
Готово:
