— Что ты делаешь?
— Линлин, ты еще не сказала мне, зачем поднялась в горы.
Сюэли замерла.
Она не знала, намеренно ли он завел этот разговор сейчас, но раз уж она пришла, чтобы отвести подозрения от своей связи с академией, то покорилась.
В конце концов, это был не первый раз, когда они спали вместе.
Сюэли закуталась в одеяло и выдавила заранее придуманное объяснение:
— Читая стихи, я видела, как литераторы любят подниматься в горы ради изысканного удовольствия. Улучив возможность, я выбрала самую высокую и ближайшую гору, не ожидая встретить там людей.
Цзиюнь лег рядом и равнодушно спросил:
— Правда?
Сюэли осторожно посмотрела на него:
— ...Бяо-сюн...
Цзиюнь мягко улыбнулся:
— А я думал, у тебя есть знакомый в Академии Цзинсин.
Сердце Сюэли бешено заколотилось:
— Бяо-сюн, не говори ерунды, как я могу...
Ее слова прервал поцелуй Цзиюня.
Он кусал ее губы, говоря:
— Линлин, еще раз.
Сюэли снова потерялась в поцелуе, дыхание сбилось. Придя в себя, она хотела продолжить оправдываться, но обнаружила, что он уже заснул.
В ушах звучало его ровное дыхание, тело чувствовало его горячую грудь, нос наполнял аромат сосны.
Сюэли вздохнула.
Ей действительно не везло.
Чжао Сюэли все же не осталась в Чжаотин на всю ночь.
Дождавшись, когда все заснут, она осторожно отстранилась от Цзиюня, тихо встала и вышла.
Покидая Чжаотин, она заметила, как Цзинчжэ поднял холодное лицо и посмотрел на нее с легким удивлением, словно недоумевая, почему она не осталась.
Сюэли не хотела думать, какое впечатление она произвела на этого телохранителя. Опустив голову и спрятав руки, она поспешила во двор Хэнъу, по пути наглотавшись холодного ветра, и нырнула под одеяло, ворочаясь до рассвета, когда наконец уснула с тяжелой головой.
Возможно, из-за переживаний и простуды она серьезно заболела.
Болезнь затянулась до начала двенадцатого месяца. Снег на крышах Шэньцзина стал еще толще, небо серое, солнечных дней не было.
Дом маркиза Хуайбэй тоже забеспокоился из-за простуды пожилого императора Юнцзя. Неизвестно, насколько серьезно заболел император, но Цзиюнь уже две недели не возвращался домой, оставаясь во дворце с маркизом, наследным принцем и несколькими сановниками.
В Шэньцзине чувствовалось напряжение надвигающейся бури.
Но все это не имело отношения к маленькому уголку во дворе Хэнъу. Из-за боязни заразить других старая госпожа освободила Сюэли от утренних приветствий. Цзяньчжи, возможно, получив выговор от старшего брата или занятый своими друзьями, за все это время приходил лишь трижды. Каждый раз, видя бледную и изможденную Сюэли, он тут же уходил, даже не успев ее помучить.
Лишь на третий день она наконец почувствовала себя лучше.
Только оправившись от болезни, ей снова пришлось рано вставать и идти во двор Сосна и Журавль.
За двадцать с лишним дней болезни она расслабилась и в этот день проспала. Но, к удивлению, когда она пришла, там было шумнее, чем обычно.
Подойдя к двери теплого павильона, за плотной занавеской с золотым узором облаков она услышала веселый голос Пэй Цзюньжу:
— Бабушка, до поместья Цюйсян от Шэньцзина примерно три часа пути. Мы задержимся там на ночь?
Затем, среди смеха и утвердительного ответа старой госпожи, Цзяньчжи весело воскликнул:
— Ты так рада, что сможешь побеситься на воле?
В этот момент вошла Сюэли.
Смех стих, она опустила глаза, чувствуя на себе множество взглядов, и, натянуто улыбнувшись, почтительно поздоровалась со старой госпожой.
Только закончив поклон, Цзюньжу спрыгнула с возвышения с криком:
— Линлин-цзецзе, ты пришла!
Сюэли инстинктивно протянула руки, но маленькую девочку поймали и поставили обратно.
Цзюньжу топая ногами, закричала:
— Второй брат!
Цзяньчжи сказал:
— Ты не боишься заразиться?
Хотя он обращался к Цзюньжу, его взгляд был прикован к лицу Сюэли, и все в павильоне поняли, кого он имел в виду.
На самом деле, Сюэли сейчас совсем не выглядела больной.
Чтобы выглядеть лучше, она впервые за долгое время подкрасила губы, нарисовала брови и нанесла румяна. После прогулки в теплом павильоне ее глаза сияли, черные волосы и алые губы, белоснежная кожа и розовые щеки — все это создавало ослепительное впечатление.
Старая госпожа молча посмотрела на нее и, игнорируя слова Цзяньчжи, улыбнулась:
— Линлин, ты только что поправилась, почему не отдохнула подольше?
Чжао Сюэли естественно сделала вид, что не слышала насмешек Пэй Цзяньчжи, и почтительно ответила:
— Я уже полностью поправилась. Не навещала вас столько дней, очень беспокоилась, старая госпожа.
Лицо старой госпожи оставалось бесстрастным, она лишь сказала:
— Раз уж пришла, садись и отдохни, заодно послушай о планах на ближайшие дни.
Сюэли внутренне удивилась. Она никак не могла представить, какое отношение могут иметь к ней предстоящие дела в доме маркиза.
Она покорно села на самый дальний стул и молча слушала разговор.
Пэй Цзюньжу снова прильнула к старой госпоже и с любопытством спросила:
— Бабушка, раз император уже выздоровел, значит, старший брат тоже поедет в поместье Цюйсян?
— Твой старший брат приедет вместе со Вторым принцем, — ответила старая госпожа, затем повернулась к Пэй Цзяньчжи, — Цзяньчжи, и ты тоже поедешь.
Взгляд Пэй Цзяньчжи незаметно скользнул к Чжао Сюэли, и он лишь спустя мгновение опомнился:
— Бабушка, этот банкет с любованием сливами слишком скучен, я не хочу ехать.
Старая госпожа продолжала улыбаться, но в её взгляде появился намёк:
— Хотя император и поправился, он всё же перенёс тяжёлую болезнь. Второй принц беспокоится о нём и хочет провести молебен за его здоровье в храме Эньдэ. Поместье Цюйсян находится совсем рядом, поэтому принц пригласил всех отдохнуть там вместе. Помимо нашего дома маркиза Хуайбэй, поедут многие знатные семьи столицы. После молебна можно будет и повеселиться.
Пэй Цзяньчжи слегка нахмурился, но всё же ответил:
— Внук понял.
Обсудив всё, старая госпожа наконец посмотрела на Чжао Сюэли:
— Линлин, и ты поедешь.
Прежде чем Сюэли успела ответить, Пэй Цзяньчжи тут же язвительно бросил:
— Зачем ей ехать? Только испортит всем настроение.
Старая госпожа сделала вид, что рассердилась:
— Не говори глупостей.
http://tl.rulate.ru/book/147154/8288832
Готово:
