Цзо Цинъбай замахнулась и начала яростно отвешивать пощёчины тому самому парню. У неё за плечами был серьёзный боевой опыт, и её удары были так сильны, что обычному мужчине не выстоять. Парень завопил от боли. Остальные три девушки попытались вступиться за него, но Цзо Цинъбай схватила их за волосы и тоже принялась колотить.
Одна против четверых — преимущество явно было на её стороне.
Этот скандал продолжался довольно долго. Когда всё закончилось, Цзо Цинъбай вернулась к тому дереву, но «человека» больше нигде не было.
К вечеру началось занятие по этикету, и все актёры ушли на урок.
Цзо Цинъбай на уроке отвлекалась. «Невозможно! — думала она. — С тех пор как я вошла в этот особняк, я ни разу не почувствовала зловещей ауры. Даже когда то существо свесилось с дерева, ауры не было. Значит, это не призрак? Тогда что это?»
Она незаметно достала компас. Обычные даосские экзорцисты используют компас для определения присутствия призраков поблизости. А вот настоящие охотники за призраками, прошедшие обучение, могут напрямую видеть и чувствовать зловещую ауру без всяких инструментов. На этот раз Цзо Цинъбай даже усомнилась в собственных способностях и решила проверить компасом — есть ли поблизости призраки. Однако стрелка компаса осталась неподвижной: призраков рядом не было.
После занятия по этикету на сцену вышел режиссёр и объявил:
— Друзья, вы уже неплохо освоили материал, но этого недостаточно. Перед началом съёмок нам нужно пройти последний этап подготовки — так называемый «иммерсивный опыт». В течение одной недели вы должны полностью погрузиться в атмосферу особняка Сюэ, проживая в нём как герои сценария. На этот срок вы обязаны забыть о своём современном «я»: одежда, речь, этикет, повседневные привычки — всё должно соответствовать описанию в сценарии.
Режиссёр пояснил:
— Я устраиваю такую неделю, чтобы каждый актёр полностью вошёл в роль и достиг полного слияния с персонажем. Мне нужны актёры, которые в кадре не будут «играть», а будут жить своей ролью. Я хочу создать нечто выдающееся, и для этого требуется усилие всей команды!
Все дружно зааплодировали. Цзо Цинъбай огляделась по сторонам и тоже начала хлопать.
По её сведениям, другие съёмочные группы никогда не тратят столько времени на подготовку — все спешат начать съёмки. А этот режиссёр выделяет целую неделю на иммерсивный опыт в особняке Сюэ. С одной стороны, это можно назвать художественным перфекционизмом, но с другой — «всё необычное таит в себе опасность».
С той же ночи официально начался период иммерсивного проживания в особняке Сюэ.
Цзо Цинъбай поселили в спальне госпожи Сюэ Фан Жуй. У всех заранее забрали телефоны, и в комнате ей было нечем заняться — скука замучила.
В комнате горела свеча, и её свет отбрасывал на окно тень служанки.
— Госпожа, Чжу Би пришла умыть вас, — донёсся из-за окна голос актрисы Лу Вэнь, игравшей роль Чжу Би.
Лу Вэнь была мягкой и доброй девушкой, и они с Цзо Цинъбай хорошо ладили.
Цзо Цинъбай поспешила открыть дверь и втащила Лу Вэнь внутрь.
— Быстрее заходи! Ты как раз вовремя — поболтаем. Ты не представляешь, как я заскучала без телефона!
Но Лу Вэнь с тазиком горячей воды в руках внезапно упала на колени перед Цзо Цинъбай и дрожащим голосом произнесла:
— Госпожа, что с вами? Меня зовут не Лу Вэнь, я Чжу Би! Что такое «телефон»? Вы бредите? Не пугайте Чжу Би!
Лу Вэнь вела себя как настоящая служанка древнего Китая — с почтительным страхом перед хозяйкой.
Цзо Цинъбай опешила. «Неужели они всерьёз полностью вошли в роли? Ведь съёмки ещё не начались, режиссёр рядом не стоит — зачем так усердствовать?»
Она заморгала, но потом вдруг переосмыслила ситуацию: «А может, дело не в том, что они слишком усердствуют, а в том, что я недостаточно серьёзно отношусь к делу? Актёры выполняют указания режиссёра и полностью входят в роли — это профессионализм. Я же, никогда не работавшая в кино, приняла их усердие за странность. Это моя вина, а не их».
В груди у неё зашевелилось чувство вины — она решила, что сама тормозит команду своей непрофессиональностью.
Тогда Цзо Цинъбай тоже приняла образ госпожи Сюэ Фан Жуй, прочистила горло и сказала с достоинством:
— Ничего.
— Тогда Чжу Би поможет госпоже умыться, — почтительно ответила Лу Вэнь.
Она смочила полотенце в горячей воде и аккуратно вытерла лицо и руки Цзо Цинъбай. Каждое движение, каждое выражение лица — всё было безупречно, как у настоящей служанки древности. Цзо Цинъбай не видела в ней и следа современной актрисы. Если бы не знала заранее, что это просто репетиция, она бы ни за что не поверила, что перед ней не настоящая служанка.
«Такой уровень уже более чем достаточен, — подумала про себя Цзо Цинъбай. — Совершенно не похоже на игру. Можно смело начинать съёмки — никакого дополнительного „погружения“ не нужно».
Чжу Би удалилась и тихо прикрыла за собой дверь.
Цзо Цинъбай открыла окно и выглянула на ночное небо. Без телефона и часов большинство современных людей не могут определить время, но Цзо Цинъбай умела — в детстве на горе её учитель показывал, как определять время по положению луны и звёзд.
http://tl.rulate.ru/book/147152/8159425
Готово:
