С того самого дня Лань Шуан стала часто брать больничный и пропадать. Из-за её частых исчезновений подозрительность Юй Лочэна усилилась: он всё чаще думал, что она ушла к тому самому мужчине, которого по-настоящему любит. Его истерики участились и усугубились настолько, что компания была вынуждена приостановить все его проекты, объявив, что он болен, и запереть его дома под присмотром психиатра.
* * *
Дом Юй Лочэна.
Цзо Цинъбай резко открыла глаза, вырвавшись из воспоминаний Юй Лочэна.
Чтение чужой памяти требовало огромных усилий. Цзо Цинъбай покрывалась потом и выглядела измождённой.
Лу Хуэй подвёл её к креслу и, опустившись на корточки, спросил:
— Ну как?
Цзо Цинъбай тяжело дышала:
— Дай передохнуть… Использование талисмана воспоминаний очень утомительно…
Лу Хуэй велел ассистентке, ждавшей за дверью, купить ей что-нибудь поесть.
Еду принесли. Цзо Цинъбай жадно набросилась на еду. Насытившись, она с удовлетворением воскликнула:
— Вот уж верно говорят: «человек — железо, еда — сталь»!
— Ешь медленнее, — сказал Лу Хуэй. — Если не хватит — купим ещё.
Скорость, с которой она ела, заставляла его бояться, что она подавится.
Насытившись, Цзо Цинъбай рассказала Лу Хуэю всё, что увидела в воспоминаниях Юй Лочэна.
Лу Хуэй слушал, хмурясь, и в конце лишь недоуменно произнёс:
— Похоже на детективную историю.
— Да уж, — подхватила Цзо Цинъбай. — Мы же ловим призраков, а получилось будто расследуем убийство!
Она добавила:
— Во время больничного Лань Шуан никуда не исчезала — она пряталась в подвале компании и собирала удачу. В воспоминаниях Юй Лочэна полмесяца назад она выглядела ещё вполне здоровой, а теперь её человеческая кожа уже начинает гнить. Значит, за это время она безумно истощила себя, собирая удачу для Юй Лочэна.
Лу Хуэй сделал вывод:
— В тот день, когда Юй Лочэн впервые сошёл с ума, Лань Шуан увидела это и испугалась. Сразу после этого она стала часто брать больничный, а его состояние только ухудшалось. Значит, его безумие точно связано с Лань Шуан — по крайней мере, она всё знает.
# Глава 11
Цзо Цинъбай подперла щёку рукой и задумалась на мгновение, затем сказала:
— Значит, разбираться во всём этом придётся с Лань Шуан?
— Да. Выпусти её, и мы с тобой допросим.
— Мы с тобой допросим? — Цзо Цинъбай широко распахнула глаза и хлопнула Лу Хуэя по лбу. — Ого, молодой господин, да ты и вправду отчаянный! Ты же не экзорцист, как ты вообще смеешь допрашивать призрака?
— Хватит уже бить меня по лбу! — возмутился Лу Хуэй. — За всю мою жизнь никто никогда не осмеливался меня так трогать!
— Ну теперь осмелились, — невозмутимо ответила Цзо Цинъбай.
— Выпусти её. Мы с тобой допросим её, — Лу Хуэй попытался придать голосу властные нотки наследника рода Лу и президента компании.
Но Цзо Цинъбай, конечно же, не собиралась подчиняться его приказам.
— Может, ты сначала выйдешь?
— Почему?
— Она же призрак! Призраки крайне опасны! Ты здесь останешься, а я её выпущу — что, если что-то пойдёт не так? Я должна заботиться о твоей безопасности!
— Не думай обо мне так плохо. К тому же разве не ты — золотой экзорцист? Разве я не в надёжных руках?
— Ты так упрямо настаиваешь остаться, потому что переживаешь за Юй Лочэна? Зачем? Хочешь его соблазнить?
— Не можешь ли ты думать о чём-нибудь менее пошлом?
— Так во всех романах пишут.
— Но ведь сама же говоришь, что романы — это вымысел!
— Тогда почему тебе так важно вылечить Юй Лочэна от безумия? — Цзо Цинъбай скрестила руки на груди и вопросительно посмотрела на него.
— Он сотрудник моей компании. Разве я не имею права за него переживать? — Лу Хуэй уже начинало раздражать поведение Цзо Цинъбай.
Цзо Цинъбай фыркнула:
— Если не ради соблазнения, значит, он для тебя просто денежное дерево, и ты боишься, что перестанет приносить прибыль! Фу, мерзкий капиталист! Но предупреждаю: Лань Шуан сказала мне, что если украденная удача не подпитывается постоянно, то удача сразу же пойдёт на спад. Даже если безумие Юй Лочэна удастся вылечить, без Лань Шуан, которая будет красть за него удачу, его популярность стремительно упадёт, и он скоро станет никому не нужен — перестанет зарабатывать тебе деньги.
— Пусть популярность идёт куда угодно, но вылечить человека — это уже само по себе благое дело, — серьёзно ответил Лу Хуэй.
Цзо Цинъбай окинула его взглядом с ног до головы.
— Вот уж не ожидала встретить босса, который говорит о благих делах!
— Это предвзятое мнение.
— Если ты всё же настаиваешь остаться, я согласна, — сказала Цзо Цинъбай. — Но запомни: если что-то случится, сразу прячься за моей спиной.
— Хорошо.
Цзо Цинъбай достала талисман, в котором была заперта Лань Шуан, и начала нашёптывать заклинание:
— Сочетание чёрного и жёлтого, взаимодействие пяти стихий! Тот, кто следует моему пути, покорит сотни духов!
Талисман в её руке превратился в дверь. Дверь распахнулась, и из неё вывалилась Лань Шуан.
После пребывания внутри талисмана состояние её «человеческой кожи» не улучшилось, а, наоборот, ухудшилось: почти половина кожи уже облезла. Под ней виднелась чёрная, бесформенная масса, мягкая и гнилая, словно разлагающееся мясо.
http://tl.rulate.ru/book/147152/8159413
Готово:
