— Не переживайте, мне не жаль эту силу. Даже если её отнимут, я не изменю своё мнение, как не изменю ваше.
Пальцы Юэ Байиня побелели, сжимая чашку. Он хотел возразить, но остановился и через мгновение горько усмехнулся:
— Похоже, ты мудрее меня.
— Нет, учитель. Я обычный человек, куда более обычный, чем вы, отец или даже Ши Хэ. Я не способна на то, что вы называете великой справедливостью. Могу лишь высказать пустые слова и добавить немного грусти. Большего от меня не ждите.
Как при чтении книги: сколько бы ни плакала, это всего лишь история. Она лишь зритель, не влияющий на сюжет. Она всегда это понимала.
Юэ Байинь снова замолчал. Он пил чай, пока чайник не опустел, и наконец заговорил:
— Ты знаешь, в чём моя вражда с Ци Жунли?
Он горько усмехнулся:
— Вернее, моя вражда с самим собой.
Не дожидаясь ответа, он спросил:
— Во время Войны против демонов Кунь-Лунь заманил демонов в гору духовных зверей. Ты знаешь об этом?
Сюй Синсин вспомнила рассказ Фан Чжымина и кивнула:
— Знаю. Говорят, битва была ужасной. Почти всех духовных зверей съели, а школа духовных зверей распалась.
— Но у этой битвы была тайна. — Юэ Байинь занервничал, хотел ещё чаю, но чайник был пуст, и он начал грызть ноготь.
Сюй Синсин посмотрела на грязь под его ногтями и подумала: «Хорошо, что не кусает».
Но видя его состояние, успокоила:
— Учитель, можете не говорить.
Юэ Байинь взглянул на неё, глаза налились кровью:
— Заткнись, я уже начал, ты что, хочешь, чтобы я лопнул?
[...]
Сюй Синсин замолчала, создала ледяной ком, подожгла его красным пламенем, и вскоре лёд превратился в кипяток. Она заварила чай и налила Юэ Байиню.
Тот выпил залпом, даже не выплюнув листья.
Сюй Синсин округлила глаза:
[...Не обжёгся?]
Юэ Байинь перестал грызть ноготь, налил ещё чаю и, глядя в чашку, медленно сказал:
— На самом деле, духовных зверей в той горе... мы отправили сами.
[...]
— И отравили их.
[...]
[?!]
Сюй Синсин поняла и почувствовала беспокойство. Она посмотрела на Сяо Хэя, но тот, прислонившись к двери, не шелохнулся.
Ей не хотелось слушать дальше.
Но Юэ Байинь, казалось, не собирался останавливаться. Он смотрел на неё с горькой усмешкой:
— Этот план предложил Ци Жунли.
— Духовные звери — сокровища небес и земли, для демонов — лучшая пища. Вся гора отравленных зверей стала ядом, который мы сами скормили демонам.
В её сердце застрял ком, словно она проглотила камень.
Ранее, когда Фан Чжымин рассказывал ей об этом, она ещё не видела духовных зверей. Даже когда он говорил, что почти всех зверей с горы съели демоны, она лишь представляла, как демоны пожирают оленей или медведей.
Ведь человеку сложно вообразить то, что выходит за рамки его понимания.
Но теперь её самый близкий в этом мире, хоть и всегда принимающий человеческий облик, по сути своей — духовный зверь.
Ту ночь, когда он превратился в огромного чёрного пса и укрыл её своим телом, она не забудет никогда.
Она больше не хотела слушать.
Боялась даже думать об этом.
Её разум неудержимо рисовал ужасные картины, но она всё же пыталась вернуться к тому состоянию неведения.
Даже обычные духовные звери — это уже жестоко. Она не хотела знать подробностей.
Не зная, можно было естественно избежать этого.
Поэтому она неловко улыбнулась:
— Шифу, может, вам просто уйти? Не надо продолжать. Разве я выгляжу так, будто хочу это слушать?
Дела вашего поколения — не заставляйте меня, постороннего, страдать вместе с вами.
Но Юэ Байинь, казалось, вошёл во вкус. Он словно насильно заставлял её смотреть на ту кровавую ночь в горе духовных зверей.
Его голос звучал жалобно и странно:
— Те звери… более половины из них уже могли принимать человеческий облик.
В её мире люди не слишком дружелюбны к другим существам: медведи, запертые в клетках для добычи желчи, панголины, с которых заживо сдирают чешую, слоны, у которых вырывают бивни… Бесконечная череда жестокостей.
Человечество, стоя на вершине пищевой цепи, привыкло грабить и потеряло сочувствие к другим существам.
Залить муравейник расплавленным металлом, чтобы получить изящное произведение искусства — люди будут восхищаться, любоваться, но редко кто задумается, насколько невинны те тысячи муравьёв.
Кажется, так и должно быть. Но так ли это на самом деле? Сильный пожирает слабого, выживает наиболее приспособленный — таков закон природы.
Сюй Синсин любила животных, но не была настолько сентиментальной, чтобы требовать равенства всех существ с человеком. В конце концов, человечество потратило миллионы лет, чтобы подняться на вершину пищевой цепи, не для того, чтобы стать святошами.
Поэтому сначала она могла принять эту историю.
Ведь дело касалось выживания человечества.
Но загвоздка в том, что мир культивации не следует обычной логике — звери здесь могут превращаться в людей.
Это как если бы кто-то прорезал дыру в стене между мирами, и Чёрный Пёс из мультфильма вдруг появился в реальности, чтобы ловить преступников. Она больше не смогла бы воспринимать его просто как пса, а подсознательно стала бы видеть в нём настоящего полицейского.
Поэтому она не знала, как реагировать. Впервые сталкиваясь с таком, она не была готова.
И потому, под печальным взглядом Юэ Байиня, она лишь неуверенно проговорила:
— Значит… это было…
— Убийство, — усмехнулся Юэ Байинь. — Видишь, ты тоже так думаешь. Вот почему я не могу простить его.
— Никогда.
— Но… ведь это была война. У Ци Жунли не было выбора, правда?.. — Она не искала оправданий, просто чувствовала, что их общие страдания не должны определяться односторонними суждениями.
— Я тоже находил ему множество оправданий, — сказал Юэ Байинь. — Тогда демонический бог снизошёл, сила демонов возросла, Кунь-Лунь не выиграл ни одной битвы. Великие мастера гибли в мгновение ока, Кунь-Лунь был на грани падения, весь мир стоял на краю. Нам отчаянно нужна была хоть одна победа. Поэтому школа духовных зверей была принесена в жертву самим Ци Жунли, а все звери с горя отданы на съедение демонам. В тех условиях это был лучший выход.
Юэ Байинь сжимал чашку так сильно, что та треснула, вот-вот готовая разлететься.
— Но разве он действительно невиновен? Под предлогом спасения мира он заставил культиваторов отдать своих духовных зверей, обманом заставил их принять яд, чтобы отравить демонов. Чтобы звери не сбежали, он надел на них цепи для духовных зверей! Те несколько дней гора духовных зверей была полна воплей, словно настоящий ад!
http://tl.rulate.ru/book/147149/8092642
Готово:
