Она подняла руку, растворила ледяные стены, освободила Сяо Хэя от ограничений и, увидев, что люди вокруг начинают приходить в себя, спокойно потеряла сознание.
*
Очнувшись, она увидела Ци Даньсюань, сидящую у кровати с опухшими от слёз глазами:
— Я чуть не умерла от страха, старшая сестра! Что это было?!
Ло Цзышэн, заметив, что она проснулась, взволнованно упал на колени:
— Благодарю бессмертную госпожу за спасение нашего логова!
Сяо Хэй стоял у двери, о чём-то думая, не глядя на неё и не произнося ни слова.
Сюй Синсин открыла рот, но почувствовала сухость. Вероятно, из-за чрезмерного расхода духовной силы. Ведь вчерашний бой она провела не привычными заклинаниями, а просто размахивая мечом.
Ци Даньсюань поспешила подать ей чашку воды. Напившись, Сюй Синсин велела Ло Цзышэну встать и спросила:
— В вашем логове кто-нибудь погиб?
— Трое, — Ло Цзышэн слегка нахмурился, лицо его исказилось от боли, но он взял себя в руки и добавил: — Если бы не вы, бессмертная госпожа, сегодня нашего логова уже не существовало бы.
— А белый олень?
— В моей комнате. Он настаивал, чтобы дождаться вашего пробуждения и поблагодарить, но у него не хватило сил, и я отнёс его отдыхать.
Сюй Синсин приподнялась:
— Почему олень так слаб? Вы что-то об этом знаете?
— Лекарь, которого я вызывал, сказал, что Чусюэ — дух чистейшей добродетели. Люди в логове совершали слишком много зла, а его почитали как священное животное, поэтому он страдал от обратного воздействия, — Ло Цзышэн выглядел виноватым. — Раньше я пытался отправить его подальше, но он тайком возвращался. Теперь его состояние ухудшилось, а я бессилен...
— Это лишь часть причины.
Вчера, леча оленя, она исследовала его энергетические каналы. Проведя несколько месяцев с Юэ Байинем, она сразу заметила проблему.
У демонов есть яодань, у зверей — звериный жемчуг.
А у белого оленя жемчуга было только половинка.
— Вы говорили, что в детстве подверглись нападению зверя в горах и чуть не погибли?
Ло Цзышэн кивнул.
— Помните, как выжили?
— Я помню только, что перед потерей сознания увидел Чусюэ. Остальное стёрлось из памяти. Очнулся уже в логове.
— Когда вы познакомились с Чусюэ?
— Очень рано, лет в пять-шесть. Я часто бегал играть в лес, несколько раз видел Чусюэ, приносил ему еду, и мы подружились, — Ло Цзышэн погрузился в воспоминания, взгляд его смягчился. — Он был белым, как снег, и я назвал его Чусюэ. Откуда вы знали, что мы знакомы давно?
Сюй Синсин не ответила, поманив его:
— Подойдите.
Ло Цзышэн слегка удивился, но послушно приблизился.
— Ближе.
Сяо Хэй у двери поднял на них глаза.
Ло Цзышэн слегка покраснел, но подошёл вплотную. Сюй Синсин приложила два пальца к его шее, закрыла глаза и исследовала его энергетические каналы.
Ответ нашёлся внутри него.
— Если кратко, — Сюй Синсин выпрямилась, — белый олень отдал вам половину своего звериного жемчуга, поэтому вы тогда выжили.
Тело Ло Цзышэна оцепенело, он смотрел на неё с недоверием, будто не расслышал.
— Люди вашего логова почитали его как священное животное, но фактически поставили в это положение и вас. Хотя злые деяния наносили ему вред, он мог бы просто уйти, если бы не был связан с вами. Но он тайком возвращался, вероятно, чтобы принимать на себя обратное воздействие, предназначавшееся вам.
— Когда вы отправляли его прочь, вы чувствовали недомогание?
Ло Цзышэн замер, ошеломлённый:
— Да...
Тогда у него была сильная лихорадка, он пролежал в постели больше двух недель, потом впал в беспамятство, бредил. Очнувшись среди ночи, он увидел у кровати Чусюэ и решил, что это галлюцинация от жара.
— Хорошо, причина болезни ясна. Теперь выбор за вами.
Зная, что Ло Цзышэн серьёзно обдумает её слова, Сюй Синсин хлопнула в ладоши, прогоняя всех:
— Расходимся, мне нужно поспать.
Увидев нежелание Ци Даньсюань уходить, она улыбнулась и ущипнула её за щёку:
— Завтра я отправлю тебя из этих гор, чтобы ты успела на день рождения брата.
Только тогда Ци Даньсюань слабо улыбнулась.
Сюй Синсин лёгла, закрыла глаза, услышала, как все уходят, как закрывается дверь, и уже собиралась спокойно заснуть, как вдруг почувствовала, что кто-то сел у кровати. Она с неохотой открыла глаза:
— Я сказала "расходимся", включая тебя, Сяо Хэй.
— Разве я не твой родной дух-зверь? Разве хозяину не положен присмотр? — Он не смотрел на неё, полуприкрыв тёмные глаза, голос звучал насмешливо, но лицо оставалось бесстрастным.
Почему-то она почувствовала, что он просто дуется. Но сейчас она слишком устала, чтобы спорить.
— Тогда благодарю, — повернулась к стене и закрыла глаза, стараясь быстрее заснуть.
Но чем сильнее она пыталась, тем быстрее улетучивалась дремота. Когда в голове начали сами собой звучать популярные песни, она сдалась, села на кровати, оперлась о спинку и посмотрела на Сяо Хэя, прислонившегося к стойке кровати с закрытыми глазами:
— Ты хотел мне что-то сказать?
Сяо Хэй слегка приоткрыл глаза. В его смятении появился выход.
Всю ночь в его голове звучали её слова "не вмешивайся", как проклятие, раздражавшее его. Но теперь, когда она сама спросила, он не знал, что сказать.
Сюй Синсин не отличалась терпением и, не дождавшись ответа, наклонилась вперёд, одной рукой повернула его голову к себе, заставив смотреть в глаза, и спросила:
— Могу я доверять тебе в будущем?
Её взгляд был серьёзен, глаза сверкали, как драгоценные камни, напомнив ему море, освещённое солнцем — кристально чистое.
Сердце Сяо Хэя явно пропустило удар, и, осознав это, он разозлился:
Почему она так легко влияет на его эмоции?
Он оттолкнул её руку, встал, поправил одежду, поднял глаза, уже совершенно бесстрастные, и сказал:
— Почему ты спрашиваешь?
Сюй Синсин убрала руку, не обидевшись:
— Если нет, я отпущу тебя.
Он дотронулся до колокольчика на своей шее. Золотой колокольчик покачнулся у его ключицы и замер, не издав ни звука. Его глаза наполнились насмешкой:
— Вот так отпустишь?
— Извини, это пока нельзя снять. На самом деле, если я не рядом, его единственная функция — предупреждать меня, если ты сделаешь что-то плохое. В остальном он не мешает.
— Только предупреждать?
— Э-э... А потом я решу, нужно ли временно подавить твою духовную силу.
Взгляд Сяо Хэя стал ледяным:
http://tl.rulate.ru/book/147149/8092601
Готово:
