Глава 24: Что-то пошло не так? Всё пошло не так!
С его словами весь собор, подхваченный порывом псайкерского ветра, наполнился золотисто-пурпурным туманом.
Из пустоты донеслись чарующие напевы. Голоса были несравненно прекрасны, но слова их не походили ни на один из известных Олегу гимнов во славу Императора.
Золотисто-пурпурная дымка плыла в воздухе, наполняя собор сладким, пьянящим ароматом. Перед глазами замелькали видения — всё, чего только может жаждать человеческая душа.
В тумане Олег смутно расслышал крик какой-то птицы.
В багровой дымке промелькнул силуэт невиданной им ранее птицы.
Хоть это и длилось всего мгновение, Олег ощутил исходящую от неё поразительную, неземную красоту.
Даже если собрать лучших художников и скульпторов всей галактики, они не смогли бы передать и толики божественного изящества этой птицы, летящей к Листеру, не смогли бы изобразить то ошеломляющее воздействие, которое она оказывала на тело, разум и душу.
Чудо! Несомненно!
Олег и остальные верующие смотрели, как в тумане силуэт, доставший знамя, некогда принадлежавшее некой святой, начал ритмично двигаться в такт мощным волнам псайкерской энергии.
Фанатичный восторг охватил их сердца.
Став свидетелями этого неопровержимого чуда, они, вероятно, без колебаний принесли бы себя в жертву, если бы Листер в следующую секунду попросил их об этом во имя Императора.
Но их смущало одно: движения избранника Императора, хоть и были быстрыми и ритмичными, казались какими-то скованными.
Словно невидимая сила управляла им.
Не успели они найти ответ, как силуэт в тумане метнул боевое знамя.
Оно вонзилось в землю и, объятое неугасимыми волнами псайкерской энергии, вспыхнуло огнём.
Что-то явилось!
Олег смотрел, как Листер внезапно выхватил меч, и вся его аура мгновенно изменилась. Эта мысль пронзила его разум.
Хотя волны силы, расходящиеся от центра, становились всё мощнее, едва не выбрасывая верующих из собора, Олег заставил себя не отводить взгляд. Его глаза уже налились кровью от ярких вспышек энергии, а на бороде от тяжёлого дыхания намёрз тонкий слой инея.
Он не смел моргнуть, боясь упустить хоть мгновение. Даже если после этого он ослепнет, он должен был запечатлеть это чудо в своей памяти навсегда.
Он видел, как Листер высоко поднял свой меч.
Из клубящейся за его спиной тьмы что-то вырвалось и окутало его.
Оно поглотило его, а затем, в вихре чёрного пламени, он возродился.
Тьма рассеялась, и тело святого вновь озарилось золотым светом. Из этого сияния донёсся новый напев:
— Преобразись, моё тело! Защити меня, моё тело! Стань телом святого владыки Брахмы!
Под отчаянный рёв Листера в центре собора вспышка псайкерской энергии была такой яркой, что едва не ослепила Олега.
Сквозь пелену из слёз и крови он увидел, как за спиной Листера раскрылись гигантские крылья.
Они были так огромны, что каждым из них можно было бы перевернуть БТР «Химера».
Холодный металлический блеск и пурпурное сияние псайкерской энергии не оставляли сомнений: эта сила не уступала ни одному легендарному оружию.
Щедрый Император даровал ему свою мощь.
Олег, плача кровавыми слезами, мысленно возносил хвалу.
Вспоминая увиденное, он, помимо радости, ощутил укол зависти.
Вдыхаемый пурпурный дым был так сладок и обманчив, что, преклоняясь перед величием Императора, Олег увидел странное видение.
Он стоит на месте Листера, а на другом берегу великой реки — сам Повелитель Человечества, манящий его к себе. Духи святых прошлого целуют его в чело, даруя здоровье, отвагу, стойкость, мудрость и все лучшие человеческие качества…
«Стоит лишь избавиться от него, и я смогу…»
— Нет! Как я могу так думать!
Ещё один напев Листера, донёсшийся из тумана, и предсмертный крик птицы вернули Олега к реальности. Он в смятении и страхе поднял голову.
Император избрал этого человека не просто так. Как он смеет сомневаться и пытаться изменить волю Повелителя Человечества?
Пожалуй, позже ему стоит тайно обратиться к Сёстрам Битвы и попросить их использовать бичевателей-сервиторов, чтобы очистить его от скверны и греха.
Так он думал, пока море псайкерской энергии вновь не успокоилось.
Звуки снова стали отчётливыми. Он внимательно вслушивался в заклинания, произносимые избранником Императора, пытаясь найти в них способ общения с Повелителем Человечества.
— Четыре Губительные Силы ведут меня вперёд! Восемь великих демонов следуют за мной!
— Тысячелетнее железо обратится в воду! Десятитысячелетний камень — в пыль!
— Именем Бога-Императора я призываю тысячи демонов и сотни призраков варпа, десять тысяч героических душ явиться мне на помощь!
Буря улеглась!
Ощущая невероятную, немыслимую мощь, что теперь бурлила в его жилах, Листер расправил великолепные крылья, выросшие из его плоти и выкованные колдовством варпа.
Глядя на это совершенное творение, сочетание силы и магии, он, однако, не чувствовал ни капли радости.
Напротив, Листер был в растерянности и не мог понять, где именно он всё испортил.
Он рассматривал ритуальное искусство в своём сознании как новый способ использования сил варпа.
В конце концов, оно пока не выходило за рамки существующей в этом мире системы сил.
Но ведь и место, и заклинания, и жертвенные предметы, и верующие — всё было максимально приближено к имперским стандартам.
Если бы не обязательное упоминание сути варпа, Листер бы вообще убрал все намёки на тёмных богов и демонов.
Глядя на силовой меч в руке, который после благословения некоего существа засиял золотисто-пурпурным светом, Листер, сам не зная как, расправил крылья и медленно опустился на землю.
Он был абсолютно уверен, что эта штука не имеет ни малейшего отношения к Его Святейшеству Императору.
— Где я ошибся? Да везде!
Едва ноги Листера коснулись земли, как пламя возрождения угасло у его стоп.
Фанатичные взгляды, молитвы и хвала окружающих наполнили его сердце невиданным доселе удовлетворением.
Тихий смешок раздался в его сознании.
Листер ещё не знал, что в этот момент существо из варпа по-настоящему явилось.
Оно щедро одарило эту планету своей милостью. В этот миг все еретики на планете почувствовали разрывающую головную боль, кровь хлынула у них из глаз, ушей, носа и рта. А те, кто поклонялся тому же богу, что и оно, получили двойную награду, обретя ещё больше плотских и духовных наслаждений в разрываемой на куски плоти.
— Не стоит недооценивать их силу, Листер. Жертву всегда выбирают они сами, и не каждое подношение будет принято… А имя Аврелиан и его кровь — слишком явный указатель.
Этот холодный и вкрадчивый голос, в его безумных, витиеватых фразах звучали пугающие, истеричные нотки.
http://tl.rulate.ru/book/146512/8112827
