Убедившись, что сигнальная ракета — ключ к наведению бронированного дирижабля, Морин тут же, помогая себе руками и ногами, забрался на обломки упавшего «Зигфрида» тип I.
В тесной кабине витал едкий запах смеси машинного масла и каких-то неизвестных газов. Никаких рычагов управления или других устройств, которые ожидал увидеть Морин, не было.
Кроме нескольких непонятных приборов и магических кристаллов, по обе стороны от кресла пилота висели две штуки, похожие на перчатки.
А по центральной оси кресла были какие-то металлические выступы, похоже, для подключения к костюму пилота.
Морин порылся в ящике под креслом и вскоре нашёл толстый кожаный футляр.
Открыв его, он увидел сигнальный пистолет и несколько специальных сигнальных ракет.
Форма сигнального пистолета была обычной, ничем не отличавшейся от знакомых ему переломных моделей. А вот сигнальные ракеты выглядели необычно.
Их корпус был гораздо изящнее, чем у обычных, а на головной части и латунном корпусе были выгравированы мелкие, густые руны. Похоже, здесь тоже использовалась магическая технология.
Морин со щелчком переломил ствол, вставил сигнальную ракету и снова закрыл.
Он осторожно выглянул из-за обломков здания, в которое врезался бронированный рыцарь. Улица представляла собой адскую картину.
Британцы и солдаты Королевской армии, обезумев, неслись вперёд. Пулемётные очереди с позиций саксонцев непрерывно косили наступающих.
Каждую секунду кто-то падал, но на их место тут же вставали другие.
— Морин, стреляй в самое густое скопление! — Людвиг, прислонившись к обломкам своей машины и превозмогая боль, указывал Морину цель.
Морин кивнул и, следуя указаниям Людвига, поднял ствол и резко нажал на спусковой крючок.
— Бах!
После резкого хлопка сигнальная ракета, описав дугу, взмыла в небо и взорвалась прямо над головами наступающих британцев.
Но, в отличие от обычной сигнальной ракеты, она не вспыхнула ярким светом, а оставила в воздухе едва заметное, мерцающее облако светящихся точек, похожих на летних светлячков, которое затем медленно рассеялось.
— Докладываю, капитан! Обнаружен маяк наведения Тевтонского ордена! — громко доложил наблюдатель, лежавший у огромной линзы на бронированном дирижабле L-30.
В линзе, внизу, в окутанном дымом городе, один из районов был чётко обведён мерцающим синим магическим маркером.
— Рассчитать данные для стрельбы! После расчёта передать всем расчётам, огонь по готовности! — тут же отдал приказ капитан, суровый мужчина средних лет, сидевший в капитанском кресле.
Цепочка команд по медным переговорным трубам быстро дошла до всех орудийных позиций на нижней палубе дирижабля и в одну отдельную небольшую комнату.
В этой комнате несколько саксонских магических техников в синей форме, отличавшейся от формы других солдат, тут же окружили сложный прибор и, основываясь на местоположении маяка, начали рассчитывать траекторию и данные для стрельбы.
Сложные, непонятные руны заструились на кристальной панели перед ними, в итоге превратившись в группы цифр, которые тут же были переданы на все башни.
— Данные для стрельбы введены! Фугасные снаряды заряжены!
— Начать атаку!
— Бум! Бум! Бум!
Глухие раскаты, словно раскаты грома, донеслись с неба.
Восемь спаренных 203-мм башен на нижней палубе бронированного дирижабля одна за другой извергли огонь.
Восемь 203-мм корабельных орудий непрерывно стреляли. Снаряды с рёвом рассекали воздух и точно падали на улицу, заполненную британскими солдатами, прямо перед Морином.
На земле, британские солдаты, только что безумно атаковавшие, даже не успели понять, что происходит, как смерть обрушилась на них с небес.
Мощные взрывы мгновенно накрыли всю улицу. Земля дрожала, здания стонали.
Жаркая волна, смешанная с бесчисленными осколками и камнями, образовала смертельный шторм, который разорвал на куски всё на улице.
Человеческие тела под таким огнём были хрупки, как бумага, и в мгновение ока были разорваны ударной волной и осколками.
Всего один залп — и прилив атакующих прекратился. Вся улица превратилась в ад из крови и огня.
Но это было лишь начало.
Следующие несколько залпов, после корректировки, начали смещаться вглубь позиций наступающих. Одновременно бронированный дирижабль, замедляясь, начал снижаться.
По мере снижения бронированный дирижабль в конце концов завис в нескольких сотнях метров прямо над улицей.
И тут же ряды бомболюков на его нижней палубе открылись.
Тяжёлые бомбы размером с газовый баллон, с механическим лязгом, одна за другой посыпались вниз, в густой дым от артобстрела.
— Бу-у-у-ум!
Произошли ещё более мощные взрывы, чем от артобстрела.
Весь город, казалось, задрожал от этих серийных взрывов. Огромные грибовидные облака, смешанные с чёрным дымом, взметнулись в небо.
Кирпичные здания по обе стороны улицы, словно кубики, сбитые гигантским молотом, рушились целыми кварталами, хороня под обломками бесчисленных солдат, не успевших убежать.
После артобстрела и бомбардировки многочисленные полусферические турели с пулемётами MG08 на нижней палубе дирижабля тоже начали стрелять.
Смертоносные огненные плети обрушились с неба, безжалостно добивая всё, что ещё двигалось на земле.
Британские солдаты, чудом выжившие в бомбардировке, в этот момент окончательно сломались.
Они больше не думали об атаке, не слышали криков офицеров.
Инстинкт самосохранения взял верх. Все, крича и плача, в панике бросились назад.
Морин, поддерживая Людвига, укрылся за обломками бронированного рыцаря и, ошеломлённо глядя на этого извергающего огонь гиганта в небе, на мгновение замер.
'Эта штука слишком мощная!'
'Да это же просто крейсер в небе!'
'Так вот оно какое, стратегическое оружие Саксонской империи?'
Военная машина, рождённая в результате такого сочетания промышленной мощи и магических технологий, по своей силе далеко превосходила его воображение.
И грузоподъёмность этого бронированного дирижабля, судя по всему, была гораздо выше, чем у «Цеппелина», который знал Морин.
Не говоря уже о полностью бронированной нижней палубе, одни лишь четыре спаренные 203-мм башни весили немало, а ещё и столько бомб в бомбоотсеке.
К тому же, при ближайшем рассмотрении на огромном баллоне были видны энергетические колебания, похожие на магический щит, что говорило о том, что баллоны тоже были защищены.
Теперь Морин наконец-то понял, почему Саксонская империя, значительно уступая в магии, могла на равных соперничать со старым гегемоном этого мира, Священной Британской империей.
Если бронированный дирижабль будет держаться на высоте, недосягаемой для магов, то у наземных войск, похоже, действительно не будет чем с ним бороться.
'Эти иномирные немцы действительно что-то с чем-то.'
А вот немцы из мира Морина, с их Индустрией 4.0, превратили её в Индустрию 404...
'Эх, слабаки.'
Появление бронированного дирижабля стало последней каплей, сломавшей боевой дух британского экспедиционного корпуса и Королевской армии.
В Севилье, на всех участках фронта, наступающие войска, увидев это закрывающее небо чудовище, дрогнули.
А боевой дух обороняющихся, наоборот, резко поднялся, потому что бронированный дирижабль, ведя огонь, ещё и транслировал через несколько мощных громкоговорителей военные марши Саксонской империи...
По мере того, как обороняющиеся на всех участках фронта начали контратаку, наступающие войска обратились в полное бегство, в панике покинув этот город, в котором они пролили столько крови.
И на всех господствующих высотах Севильи снова взвились флаги Саксонской империи с жёлтым полем и чёрным орлом.
Морин, ошеломлённо глядя на эти взвившиеся флаги, лишь через некоторое время пробормотал:
— Чёрт, да это же флаг Священной Римской империи...
Оставив на улицах бесчисленные трупы, враг, атаковавший ратушную площадь, наконец-то полностью отступил.
Дирижабль в небе прекратил огонь из тяжёлых орудий и бомбардировку и лишь изредка, кружа, добивал из пулемётов уцелевших.
Морин с оставшимися двадцатью с лишним солдатами вышел из руин.
Он сначала послал одного посыльного на тыловые позиции, чтобы вызвать санитаров и носилки для Людвига и других раненых.
Затем он с Клаусом, Бауманом и другими осторожно двинулся вперёд, на ту улицу, которую только что проутюжили.
Им нужно было зачистить поле боя, убедиться, что не осталось выживших.
И, что ещё важнее, попытаться выяснить, жив ли верховный маг Элдрич.
Картина на улице заставила даже этих, прошедших через целый день кровавой бойни, ветеранов почувствовать тошноту.
Улица была неузнаваема. Везде были огромные воронки и рухнувшие здания.
Британцы и солдаты Королевской армии оставили на улице бесчисленные трупы. Под безжалостным огнём бронированного дирижабля почти не осталось целых тел.
В воздухе витал сильный запах крови, пороха и какой-то горелой плоти, смешиваясь в тошнотворный смрад.
— Командир, сюда! — вдруг крикнул один из солдат неподалёку.
Морин и Клаус тут же подбежали. В куче обгоревших обломков валялись обрывки ткани, в которых ещё угадывался некогда роскошный узор.
Рядом с тканью лежал обломок обгоревшего посоха и какие-то неузнаваемые останки.
— Похоже, это он, — Морин, глядя на обрывки мантии, кивнул.
Этот верховный маг, доставивший им столько хлопот, в конце концов, не смог выжить под этим сокрушительным огнём.
Убедившись в смерти Элдрича, Морин и остальные выдохнули с облегчением. Ведь боевая мощь этого мага была слишком уж запредельной.
Пока Морин собирался уходить, к нему подбежал другой солдат с какой-то обгоревшей книжечкой.
— Командир, это нашли рядом с другими обрывками мантии, посмотрите
http://tl.rulate.ru/book/146469/8312785
Готово:
