Дверь на балкон была закрыта. Вэн Баолин стояла у туалетного столика и листала телефон.
[Вжжж].
В кармане Ляна завибрировал телефон.
Вэн Баолин подняла голову.
Лян в панике достал телефон и выключил его, пополз назад, глубже под кровать. Телефон выскальзывал из потных пальцев, и несколько раз ему пришлось тыкать в экран, прежде чем он смог перевести его в беззвучный режим.
В правом верхнем углу экрана загорелся значок [без звука].
Звонил не его телефон, это был косметический массажёр Вэн Баолин.
Она наложила маску на лицо и стала водить по коже массажёром. Вибрация прибора напоминала звонок телефона, каждое [вжжж] отдавалось в груди Ляна.
Две минуты растянулись в вечность. Ноги затекли, поясницу сводило, все тело покрылось потом, а сердце колотилось так сильно, будто хотело вырваться из груди. Капли пота падали на деревянный пол, под кроватью стояла такая тишина, что был слышен каждый звук.
От напряжения его тошнило, в глазах стоял туман, и казалось, что вот-вот в щели между кроватью и полом появится лицо Вэн Баолин, и она обнаружит его.
Вэн Баолин снова встала.
Тапочки остановились у кровати, прямо перед Ляном. Красные, с острыми носами, они напоминали двух змей, готовых ужалить.
Лян сглотнул.
В следующую секунду тапочки развернулись. Кровать над головой Ляна прогнулась под её весом. Вэн Баолин села и начала говорить по телефону.
В комнате работал кондиционер, но Лян, сжавшись в комок, обливался потом, горячим от страха и холодным от напряжения.
Вэн Баолин говорила на английском, вероятно, обсуждая дела компании. Лян не слушал, лишь молился, чтобы она поскорее ушла.
И вдруг она произнесла:
— Алекса.
Знакомое имя ударило Ляна током. Он собрался с духом и подполз ближе. Последний раз он использовал английский двадцать лет назад и почти все забыл, так что не понимал ни слова из их разговора.
Телефонный разговор длился двадцать минут.
Наконец Вэн Баолин закончила, взяла пижаму и направилась в ванную.
Лян не мог больше терпеть. Сердце, может, и выдержало бы, но тело, сведенное судорогой, нет. Он выполз из-под кровати, жадно глотая воздух, и, почувствовав прилив сил в онемевших ногах, поднялся и быстро вышел из комнаты.
Он шел по коридору, опустив голову.
Не успел сделать и двух шагов, как сзади раздался голос Квон Чжэньбана:
— Что ты делаешь на втором этаже?
В момент крайнего ужаса кровь отливает от сердца. Лян Чжаовэнь стоял в коридоре, ощущая, как вся кровь в его теле устремляется обратно. Леденящие конечности рвались бежать, но тело оставалось прикованным к этому месту звуком. Сознание и плоть вступили в противоборство, заставляя его разворачиваться мучительно медленно.
Квон Чжэньбан оказался не за спиной, а внизу, запрокинув голову и пристально глядя на него.
Когда их взгляды встретились, выражение лица Квона смягчилось. Он повторил вопрос:
— Что ты здесь делаешь?
— Юнцзе сказал, что слышит странные звуки. Я пришёл проверить, — указал Лян Чжаовэнь на комнату.
— Нашёл что-нибудь?
— Нет.
— Хм.
Квон Чжэньбан вошёл в комнату и захлопнул дверь.
Лян Чжаовэнь мелкими шажками спустился вниз, встал на то же место и поднял глаза ко второму этажу. Он смотрел то вперёд, то назад, то влево, то вправо, проверяя, не мог ли Квон заметить, из какой именно комнаты он вышел.
Ю Цяньвэнь распахнула дверь и с гримасой брезгливости спросила:
— Ты что, в гостиной танцуешь?
Лян Чжаовэнь поднял руки, сделал шаг и, выполняя движение тайцзи, ответил:
— Я разминаюсь.
***
Ночью Квон Чжэньбан ворочался на кушетке в лечебном кабинете, не в силах уснуть.
В памяти всплывали унизительные сцены прошлого.
Он вернулся из командировки раньше срока. Дом оказался пуст — дворецкий и служанка куда-то исчезли. У входа стояли незнакомые мужские туфли. По полу были разбросаны пиджак, брюки, бретельки и нижнее бельё, тянувшиеся от дивана в гостиной до спальни наверху.
Предметы на журнальном столике сдвинули в сторону. На спинке дивана отпечатались алые следы губ и два отчётливых отпечатка ладоней. По этим следам Квон Чжэньбан без труда восстановил картину: двое, сцепившись, яростно предавались страсти прямо на столе.
Он сжал кулаки, стиснув зубы до хруста.
Собрав волю, Квон поднялся наверх. Прерывистые стоны женщины смешивались с хихиканьем, а низкие рычащие звуки мужчины вонзались в сердце, словно ножи.
Он оставил Вэн Баолин толику достоинства, постучав в дверь костяшками пальцев.
Звуки за дверью мгновенно прекратились.
Квон спустился и стал ждать внизу.
Они появились лишь когда полностью привели себя в порядок.
Щёки Вэн Баолин пылали, но взгляд оставался ледяным.
Гуань Чжии заслонил её собой:
— Это проблемы между мной и тобой. К ней это не относится.
Квон Чжэньбан рассмеялся:
— Вэн Баолин! Ты забыла, кто ты?!
Вэн Баолин молчала.
Дальнейшее вспоминалось смутно. Только то, что оба — и он, и Гуань Чжии — остались с синяками, а Вэн Баолин визжала от ужаса.
Дом пережил ремонт. Была заменена вся мебель и плитка, всё, к чему прикасался тот мужчина.
Но Вэн Баолин, связанную с ним узами выгоды, заменить было нельзя.
Тот позорный вечер стал кошмаром, преследующим их брак. При каждой ссоре сцена вновь и вновь разыгрывалась в голове Квона.
Только сегодня ночью главные роли в кошмаре достались другим.
Тот же дом. Тот же диван. Но в пылу страсти на нём теперь были Ю Цяньвэнь и Лян Чжаовэнь.
— Ю Цяньвэнь! — Квон Чжэньбан внезапно очнулся, резко сел на кровати, хватая ртом воздух. Правая рука сжала грудь, спина была мокрой от холодного пота. Он откинулся на изголовье, черты лица всё ещё искажены ненавистью.
http://tl.rulate.ru/book/146411/7925454
Готово:
