Глава 176. Начало рекламной кампании «Мьюту наносит ответный удар»
Едва Накаяма Такуя закончил с разработкой Golden Sun, как почувствовал, что с души упал огромный камень. Вновь загоревшийся огонь в глазах Юдзи Наки и Риэко Кодамы вселил в него ещё больше уверенности в будущем RPG от внутренних студий Sega.
Он уже собирался вернуться к обдумыванию деталей игры по «Тоторо», как в дверь постучал ассистент и протянул ему письмо от кинокомпании Toho и анимационной студии Gallop.
Настало время начинать рекламную кампанию первого полнометражного фильма по «Покемону» — «Мьюту наносит ответный удар».
Ещё на самом старте проекта Такуя твёрдо настоял на том, чтобы план продвижения находился под его полным контролем. Это предложение в своё время вызвало немалый переполох в конференц-зале Toho. Будучи абсолютным гигантом в сфере кинопроката Японии, Toho обладала собственной, отточенной до автоматизма системой продвижения, и мысль о том, что какой-то управляющий директор из игровой компании будет указывать им, профессионалам, что делать, казалась неслыханной.
— Управляющий директор Накаяма, мы с огромным уважением относимся к вашим выдающимся достижениям в игровой индустрии, — произнёс тогда один из ветеранов-прокатчиков Toho. Его тон был безупречно вежлив, но позиция — предельно ясна. — Однако кинопрокат — это наша профессия.
Такуя лишь улыбнулся и небрежно положил на центр стола папку с документами.
— Я понимаю. Но в этот раз мы рекламируем не просто фильм. Это продолжение социального феномена, у которого уже есть многомиллионная армия преданных фанатов. Наша цель — не просто убедить случайного прохожего купить билет. Наша цель — послать чёткий сигнал нашим игрокам, тем самым детям: история, в которой вы участвуете, эмоции, которые вы вложили, достигнут своей истинной кульминации на большом экране.
Однако руководство Toho и тогда осталось непреклонным. Переговоры зашли в тупик. В итоге лишь почти дерзкое предложение Такуи спасло его план от немедленного уничтожения в шредере.
— Давайте так. Считайте рекламную кампанию по запуску Mega Drive своего рода репетицией. Я продемонстрирую вам всю мощь моего подхода.
И вот теперь, когда этот некогда оспариваемый план, прошедший крещение чудом «Вторжения Покемонов в Токио» и безумием стартовых продаж MD, снова лёг на стол руководства Toho, их отношение изменилось кардинально. Идеи, которые били точно в сердце целевой аудитории, а затем, слой за слоем, разжигали общественный интерес, в сочетании с той невероятной реальностью, которую они видели своими глазами, заставили их признать: мышление этого молодого человека было пугающе дальновидным.
Toho дала добро.
Первый этап рекламной кампании стартовал практически одновременно с отправкой того самого письма.
Sega и Toho сработали с поразительной эффективностью. За одну ночь на стенах всех Центров Покемонов по всей стране появился плакат с предельно лаконичным дизайном. На нём не было ни одного кадра из фильма — лишь огромный, таинственный, чисто-белый вопросительный знак.
А под ним — надпись, набранная куда более мелким шрифтом: «Особое приглашение ждёт каждого тренера».
Акция началась. Все владельцы электронных питомцев «Покемон» могли получить в Центре Покемонов приглашение на просмотр. У стоек выстроились длинные очереди из детей, хвост которых уходил далеко за пределы магазина. На лицах у всех читалась смесь волнения и предвкушения, каждый крепко сжимал в руках свой драгоценный покебол.
— Следующий!
Один из мальчиков нервно подошёл к стойке и протянул своего электронного питомца сотруднику. Тот привычным движением подключил покебол к специальному компьютеру центра через кабель. Раздался тихий щелчок — соединение установлено. На экране компьютера мелькнул ID игрока и пиксельное изображение его покемона, данные мгновенно загрузились. В то же время в чип памяти покебола была незаметно записана особая метка.
Это было то самое хранилище, на резервировании которого Такуя настоял ещё на этапе проектирования покебола, выдержав огромное давление. Оно предназначалось специально для будущих совместных акций.
— Готово. Вот твоё приглашение, тренер.
Мальчик взял из рук сотрудника плотную карточку, и его лицо озарилось нескрываемой радостью. Размер карточки был рассчитан идеально: она как раз подходила для того, чтобы прикрепить её к специальному кольцу на покеболе. На лицевой стороне красовался эффектный логотип «Мьюту наносит ответный удар», а на оборотной — чётко пропечатанная дата: 22 июля.
Это была не просто бумажка, а официальное подтверждение участия.
Мальчик с восторгом прицепил карточку к своему покеболу, развернулся и бросился к друзьям в очереди, высоко подняв руку.
— Смотрите! Смотрите! Я получил приглашение!
— Ух ты! Правда! Дай посмотреть!
Новость, словно на крыльях, разнеслась с вирусной скоростью. Обладать покеболом с прикреплённым к нему приглашением мгновенно стало последним писком моды и символом статуса в кругу игроков. Те, кто ещё не получил приглашение, сгорали от нетерпения, а те, кто уже получил, повсюду хвастались им, как драгоценной медалью.
За считанные дни новость о премьере «Мьюту наносит ответный удар» 22 июля взорвала многомиллионное сообщество владельцев электронных питомцев, превратившись в негласное священное событие.
Первая волна рекламной кампании, подобно камню, брошенному в озеро, вызвала точные и расходящиеся круги в сообществе игроков «Покемон».
Такуя смотрел на отчёты, которые приносил ему ассистент. Количество полученных приглашений в Центрах Покемонов по всей стране росло с ошеломляющей скоростью.
И это было только начало.
Через несколько дней, когда первая волна ажиотажа ещё не успела утихнуть, в озеро был незаметно брошен второй, куда более тяжёлый «камень».
Токио, станция Синдзюку.
Толпы людей, словно бурлящие реки, текли по огромному подземному лабиринту.
Один из старшеклассников резко остановился. Его друг чуть не врезался в него.
— Эй, смотри, что это?
Там, куда он указывал, на месте, где обычно висели рекламные лайтбоксы, теперь стоял футуристический прозрачный механический кокон. Он был примерно в человеческий рост, с цилиндрическим основанием, покрытым гладкой металлической оболочкой. В щелях медленно перетекали полосы призрачно-голубого света, словно живые. Верхняя часть представляла собой прозрачную гибкую трубу, соединённую с большим компьютерным блоком, по которому тоже бежали светящиеся полосы.
Сквозь трубу и залитую в неё жидкость можно было разглядеть свернувшееся калачиком существо, тихо спавшее внутри. Это был покемон!
Рядом с коконом стоял небольшой пульт управления с единственной мерцающей круглой кнопкой.
И не только на станции Синдзюку. На перекрёстке в Сибуе, на торговой площади в Гиндзе — за одну ночь эти таинственные механические коконы появились в самых оживлённых уголках Токио.
Любопытство было разожжено до предела.
Наконец, один смельчак под уговоры друзей положил руку на светящийся пульт.
В-з-з-з… — от пульта пошла лёгкая вибрация.
Тут же из встроенных динамиков полился слегка хриплый, смешанный с усталостью и фанатизмом мужской голос. Прерывистый, с помехами, он эхом разносился среди городского шума.
«Наш аппарат…»
«…клонировать покемона в первую очередь… назначение этого аппарата… для взятия образцов…»
«…стоит лишь проанализировать его генетическую последовательность…»
«…появится способ клонировать другого покемона…»
«…ну как, наш клон получился даже лучше, чем вы думали, правда?..»
«…это… найденный… легендарный покемон…»
«…его имя — Мью…»
«…нам удалось найти окаменевшую ресницу Мью…»
«…вернувшись, проанализировали его ДНК…»
«…с помощью этого аппарата мы создали Мьюту…»
«…создать сильнейшего в мире покемона — наша мечта…»
«…однако, характер Мьюту оказался непредсказуемо жестоким…»
«…всё кончено…»
«…эта лаборатория уничтожена, остаётся лишь покинуть это место и спасаться…»
Запись оборвалась. Экран на пульте погас. Остался лишь клон покемона, по-прежнему спавший в своём коконе, словно немое доказательство. Толпа на мгновение замерла, а затем взорвалась гулом голосов.
— Клонирование генов?
— Это правда? Создать нового покемона из генов Мью?
Лицо одного из мужчин средних лет в деловом костюме изменилось. Он вспомнил термин, который в последнее время часто упоминался в новостях, — «Проект „Геном человека“».
Дискуссия об этике генных технологий мгновенно перенеслась из далёких залов парламента прямо к каждому простому человеку. Что это — демонстрация силы какой-то организации или серьёзный социальный эксперимент?
Вопрос распространялся как вирус.
Пронырливые журналисты тут же слетелись на сенсацию. Объективы камер были нацелены на молчаливые механические коконы.
Одна из газет, известная своими расследованиями слухов и странных происшествий, отправила репортёров во все точки, где были установлены коконы, и опубликовала поразительную статью. Они обнаружили, что все клонированные покемоны, от Бульбазавра до Драгонайта, были тех же видов, что и во время «Вторжения Покемонов в Токио». Их номера в покедексе снова обрывались на 149.
Это открытие мгновенно взорвало другую группу людей.
— Опять 149! Как и в прошлый раз!
— Пошли! Давайте найдём их всех, в газете отмечены все места! Посмотрим, сможем ли мы в этот раз найти все виды клонов!
Дети, обожавшие покемонов, снова пришли в движение. С картами и газетами в руках они с энтузиазмом носились по городу, превратив поиски клонов в грандиозную игру-квест. А тот номер газеты, где были отмечены все локации, был раскуплен до последнего экземпляра.
Взрослые обсуждали серьёзные вопросы генной этики. Дети участвовали в городском приключении по поиску покемонов. Две, казалось бы, параллельные линии странным образом переплелись благодаря одному событию, впечатав имя «Мьюту» в подсознание всего японского общества.
Поздней ночью одно из самых рейтинговых ток-шоу посвятило выпуск горячей теме. За спиной ведущего, на большом экране, в щелях механического кокона переливались голубые световые полосы. Внутри спал свернувшийся калачиком Сквиртл. В студии сидели известный социолог и правительственный чиновник в строгом костюме.
— Профессор, — ведущий повернулся к седовласому учёному, — что вы думаете об этом, скажем так, «перформансе»?
— Не более чем коммерческая реклама, — пожал плечами профессор. — В начале года уже было нечто подобное, кажется, для продвижения новой игры. На этот раз, видимо, то же самое, просто методы стали более изощрёнными.
— Но эта реклама немного другая, — не унимался ведущий. Он попросил режиссёра включить аудиозапись из кокона, и хриплый мужской голос прерывисто зазвучал в студии. — «Лаборатория уничтожена», «покинуть это место и спасаться»… Профессор, это не очень похоже на обычный рекламный слоган. Скорее, на… чьё-то предсмертное послание.
Профессор лишь бровью повёл, не придав этому значения.
— Молодёжь любит такие преувеличенные истории. Чем невероятнее, тем быстрее распространяется. Основы коммерческой рекламы. Детали не важны. Важно то, что это вынесло на всеобщее обсуждение серьёзную тему — генные технологии. И это очень удачно совпало с обсуждаемым сейчас во всём мире «Проектом „Геном человека“».
Перейдя в свою профессиональную область, профессор тут же оживился.
— Генные технологии — это палка о двух концах. Преимущества очевидны: мы сможем искоренять наследственные заболевания, побеждать рак и даже замедлять старение. Продолжительность и качество жизни человечества выйдут на новый уровень. Но и риски огромны, — он сделал акцент на последнем слове. — Во-первых, этика. Если мы клонируем «человека», кто он будет? Продукт? Копия? Кто его родители? Будет ли у него независимая личность и права? На эти вопросы нынешние законы и мораль ответить не могут.
— Но что ещё страшнее — это биологическая безопасность, — лицо профессора стало серьёзным. — Как только геном человека будет полностью расшифрован, может появиться оружие, нацеленное на определённые этнические группы, на определённые гены. В записи ведь упоминалось, что тот клон покемона по имени «Мьюту» обладал «непредсказуемо жестоким характером». Если кто-то, используя генные технологии, создаст вирус, поражающий только одну расу, или неконтролируемого «суперсолдата», это будет концом человеческой цивилизации. И это не пустые страшилки.
Ведущий ухватился за ключевое слово и перевёл взгляд на молчавшего до этого чиновника.
— Господин, раз эта технология, связанная с «генами», несёт такие высокие риски, предприняло ли правительство какие-либо меры? Например, связалось ли с Sega, создателем покемонов?
Вопрос заставил атмосферу в студии напрячься. Однако чиновник ещё до начала программы получил от её создателей информацию, предоставленную Sega.
Он откашлялся и неторопливо выдал стандартный официальный ответ:
— Мы уже связались с Sega и подтвердили, что эти устройства — всего лишь выставочные макеты для рекламы фильма и не представляют никакой опасности. Sega и Toho ещё месяц назад предоставили в Департамент городского развития Токио все необходимые документы и планы мероприятий. Никаких проблем не будет. Однако вопрос об участии Японии в «Проекте „Геном человека“» всё ещё находится на стадии рассмотрения в Академии наук.
Многие взрослые, смотревшие это интервью, погрузились в ещё более глубокие раздумья.
В тот самый момент, когда общественная дискуссия достигла своего пика, совместная рекламная кампания Sega и Toho наконец-то раскрыла свои карты.
Ток-шоу на экране телевизора было прервано рекламным роликом.
Под яростную музыку Мьюту резко открыл глаза. Его фиолетовые зрачки были полны силы и растерянности.
Вспышки взрывов в лаборатории, разбитый механический кокон и ледяной вопрос: «Кто я? Откуда я?»
В конце на экране появилось огромное название фильма — «Мьюту наносит ответный удар». А под ним — строка мелким шрифтом: «22 июля. Станьте свидетелями рождения сильнейшего покемона».
Все таинственные происшествия, все общественные дебаты — в этот миг всё обрело свой ответ.
— Так это была реклама фильма!
— Боже мой! Вот это размах у Sega!
Изумление публики быстро сменилось огромным интересом к фильму. Все серьёзные дискуссии, вызванные механическими коконами, теперь превратились в жгучее предвкушение сюжета.
http://tl.rulate.ru/book/146358/8310665
Готово:
