— Дай-ка я ещё раз взгляну на сообщение, которое ты получил. — Асуме вручили не только свиток Шикамару, но и свитки Ино и Чоджи. Он снова перечитал их, пытаясь понять, появится ли в этом хоть какой-то смысл, если проделать это ещё раз. В основном в них говорилось одно и то же, единственное реальное различие в свитках заключалось в указании имени «Трибуна», которому он был адресован. Ему захотелось удариться головой о дерево, но он сдержался.
Это. Это было нелепо.
Он ожидал от блондина скрытой попытки повлиять на Шикамару, убедить его принять вчерашнее предложение в течение следующих нескольких дней, нескольких недель, возможно, растянуть это на следующие несколько месяцев, если не на целый год. Он ожидал, что Шикамару решит попытаться узнать больше о Наруто и его армии, о том, чего тот на самом деле добивается. Он ожидал, что Шикамару убедит Чоджи пойти с ним в качестве подкрепления, чтобы они вдвоём столкнулись с опасностями такой миссии, полагаясь друг на друга. Он был к этому готов, планировал поговорить с Шикаку и Чозой о том, чтобы присмотреть за их детьми, убедиться, что они понимают риск, прежде чем решат согласиться.
Он собирался убедить своего старика, что это может послужить ценной разведывательной операцией, попытался бы убедить его приставить к ним двоим охрану из АНБУ, если они согласятся, чтобы вытащить их, если блондин решит сделать что-то из ряда вон выходящее.
Он даже осмелился подготовиться к абсолютно худшему сценарию: что они оба действительно перейдут на сторону блондина, что их преданность блондину будет превыше всего остального.
Деревни.
Их команды.
Их семей.
Он был готов к этому.
Он не ожидал чего-то подобного.
Такая возможность была слишком хороша, чтобы быть правдой.
Должность, которая позволит не только Шикамару и Чоджи, но и Ино, Кибе и Шино войти в хорошо охраняемую башню блондина? Даст им полномочия, почти идентичные тем, что были у Учихи, пока они находятся в Стране Огня? Даст им неограниченный доступ ко всей его армии и информации, которую они искали, к которой его старик пытался найти способ получить доступ, не дав пацану об этом узнать?
Судя по тому, что говорилось в свитках, они даже не будут под охраной, пока находятся в башне, за ними не будет больше наблюдения, чем обычно за Учихой.
Это заставило его подумать, что их разводят, что это какой-то гениальный план Узумаки и Учихи, чтобы их обмануть, какой-то заговор, чтобы заставить их потерять бдительность.
То, что это уловка, было единственным способом, которым всё это обретало смысл, которым это дикое отклонение от всех их планов имело смысл.
Он взглянул на Куренай и увидел те же мысли в её глазах, прочитал их на её лице, пока Шино и Киба ждали, когда она примет решение, а Хината просто смотрела на джонина.
— Так… нам стоит согласиться? — Ино задала вопрос, который был буквально у всех на уме, посмотрев на старших шиноби в ожидании ответа.
Он вздохнул.
— Понятия не имею. — Часть его отчаянно хотела пойти выпить, забыть об этом дне с помощью нескольких бутылок. Он подавил это желание, сосредоточившись на решении проблемы, а не на попытке избежать её, не на попытке убежать от неё.
У него всё ещё не было решения.
Он даже не думал, что сможет его придумать.
«Хоть бы Какаши был здесь». Маскированный джонин заметно отсутствовал на этом импровизированном сборе выпускников этого года и их учителей. Он не избегал их, у него просто не было выбора, пока рядом был даймё.
Он и Учиха в данный момент охраняли его.
Часть его могла извлечь из этого факта некоторое удовлетворение.
Если во всём этом и было какое-то утешение, так это то, что даймё по крайней мере до смерти замучает пацана своими бессмысленными разговорами.
«Думаю, это достаточная расплата за то, что мне приходится с этим разбираться». Асума вернул своё внимание к насущному вопросу.
— Я уже всё решила. — Хината не отдала свой свиток Куренай, даже не подошла к своему учителю. В её бледных глазах была сталь, в голосе — решимость, которой не было в девушке за все её годы в Академии, которой не было, когда она только стала генином.
— Хината, к этому нельзя относиться легкомысленно. И ты даже не имеешь права делать это без разрешения. — Куренай попыталась поговорить со своей ученицей, но безуспешно, попыталась достучаться до неё, но девушка лишь отступила.
Она становилась всё более и более отстранённой от джонина, относилась к ней, относилась к своим товарищам по команде, совсем не так, как раньше.
— Я помогу Наруто-куну. — Хината ясно дала понять свою позицию тем, как она говорила, тем, как она прижимала свиток к груди. — Он попросил меня об этом, так что я это сделаю!
Куренай едва не прикусила губу, чтобы не сказать то, о чём пожалеет.
Она не знала, что блондин сделал с её ученицей, но знала, что он должен быть ответственен за эту внезапную перемену. Он должен был стоять за этой едва скрываемой враждебностью, которую Хината теперь питала к ней, за тем, что она больше не проводила время со своими товарищами по команде, что она больше не проводила время со своими друзьями.
Как бы она ни знала, что это его вина, если бы она облекла свои мысли в слова, если бы она осудила Узумаки за то, что он сделал, то это был бы конец.
Хината стала бы его защищать, нашла бы какую-то причину, почему блондин прав, а она — нет.
И она бы её потеряла, у неё никогда не было бы шанса исправить то, что Узумаки с ней сделал, никогда не было бы шанса заставить Хинату выслушать её, если бы она высказала, что думает о мальчике.
Поэтому она промолчала.
Она даст Хинате время, будет надеяться, что та придёт в себя, выйдет из этого обожания Узумаки самостоятельно.
Напротив неё Асума сдержал желание закурить сигарету.
— Ладно, давайте не будем торопиться. — Он убрал свитки, которые ему вручило последнее трио Ино-Шика-Чо. — Вот что мы сделаем. У вас троих будет остаток дня свободен. Отдохните и никому больше об этом не говорите. Мы этим займёмся, поговорим с несколькими людьми в деревне. Посмотрим, что они об этом думают. Как только у нас что-то будет, мы придём за вами. — Он сделал всё возможное, чтобы заранее унять нарастающую головную боль, подняв руку к виску. — Во сколько пацан сказал, что хочет получить ответ?
— Какаши-сенсей увёл его, прежде чем он успел сказать. — Сакура держалась на расстоянии от одной в данный момент слишком любопытной Ино, казалось, превратив Чоджи и Шикамару в ещё один барьер между новоиспечённой чунином и собой. Неважно, как часто взгляды Ино заставляли их двоих двигаться, пытаясь заставить её не смотреть на них так.
— Разве это не замечательно… — Он говорил больше себе. Он и Куренай переглянулись. Им не нужно было слов, чтобы договориться о дальнейших действиях, о том, что они пришли к одному и тому же выводу, о том, что им нужно немного времени, чтобы во всём этом разобраться. Он повернулся к детям под их присмотром. — Уходите. — Он кивнул в сторону деревни. — Идите, наслаждайтесь своим свободным днём. — Он пресёк любые протесты. — Как я уже сказал, нам нужно поговорить с несколькими людьми об этом. Это будет много простого ожидания, разговоров о вещах, о которых вам не нужно беспокоиться, если это окажется пустышкой. Мы увидимся через пару часов. Вероятно, у стойки выдачи миссий, если всё пойдёт так, как я думаю.
— Будьте готовы к долгосрочному заданию. — Куренай дала младшим шиноби более ясное представление о том, что должно было произойти.
Два джонина ушли без единого слова, поспешив поговорить с Хокаге о том, что они только что узнали.
http://tl.rulate.ru/book/146261/7969379
Готово:
