У входа уже ждали воспитатели, готовые встретить своих подопечных.
Ань Цзинь видела, как многие дети рыдали, расставаясь с родителями или нянями, и начала волноваться за дочь.
Она предупредила:
— Минчжу, ты идёшь в садик и не увидишь нас до вечера. Но не плачь, мы обязательно тебя заберём.
Малышка уверенно пообещала:
— Мама, не волнуйся, я не буду плакать.
Ань Цзинь улыбнулась, и они втроём подошли к младшей группе, где их встретила молодая воспитательница.
Та присела, чтобы оказаться на уровне ребёнка, и улыбнулась — так же заразительно, как ведущие детских передач:
— Ты Гу Минчжу?
Девочка вежливо кивнула:
— Да.
Ань Цзинь передала дочь воспитательнице:
— Спасибо вам, учитель Сунь.
Улыбка педагога стала ещё шире. Директор лично просил уделять этой девочке особое внимание — ведь она единственная наследница корпорации «Гу-си».
Учитель Сунь не ожидала, что такие занятые люди, как господин и госпожа Гу, лично приведут дочь. Да и сами они оказались не только красивыми, но и удивительно приятными в общении.
— Не стоит благодарности, госпожа Гу, это моя работа.
Учитель Сунь взяла Минчжу за руку и повела в сад. Девочка не плакала и не капризничала, зато Ань Цзинь обернулась ещё три раза, чувствуя странную пустоту.
В машине, без дочкиного щебетания и фантазий, ей было непривычно тихо.
Муж обнял её за талию:
— Не переживай, дети должны взрослеть.
И правда. Родители могут сопровождать ребёнка лишь часть пути, а дольше всех с человеком остаётся его спутник жизни.
С этой мыслью Ань Цзинь положила голову на плечо Гу Цуньвэя, её глаза сияли:
— Теперь, когда Минчжу в садике, у нас снова будет время побыть вдвоём.
Гу Цуньвэй повернул голову, его большая ладонь легла на её затылок, пальцы вплелись в волосы, создавая атмосферу интимности:
— Мы можем быть вдвоём, когда захочешь.
Ань Цзинь покраснела и пробормотала:
— Я не это имела в виду.
Когда в машине поднялась перегородка, Гу Цуньвэй приподнял её подбородок и поцеловал в губы, его взгляд потемнел:
— А я — да.
В последнее время дочь стала капризнее и часто просилась спать с ними, так что у них давно не было возможности побыть наедине.
Под его умелыми ласками тело Ань Цзинь быстро откликнулось, и она перестала сопротивляться.
— Сначала поедем в Тяньцинь-ван, — глухо сказал он водителю.
Они давно не были в этом доме, но там регулярно убирались.
Лёжа на знакомой кровати, Ань Цзинь смотрела на его полные желания глаза и слегка оробела:
— Будь осторожен, вечером надо забирать дочь.
Он расстёгивал пуговицы, наклоняясь к ней, и осыпал её лицо и губы лёгкими поцелуями:
— Хорошо.
Его руки скользили по её нежной коже, а света в комнате хватало, чтобы рассмотреть каждую деталь.
Ань Цзинь кусала губу, её тело дрожало, пытаясь увернуться и в то же время тянусь к нему. Её дыхание участилось, а в глазах появилась влажная дымка.
...
После страсти Ань Цзинь лежала без сил, её лицо пылало. Она прижалась к груди мужа, стараясь успокоить дыхание.
— Если устала, можешь отдохнуть, а я один заберу Минчжу, — его голос был низким и хрипловатым, словно звук скрипки, от которого мурашки бежали по коже.
Ань Цзинь почувствовала, как жар снова разливается по телу:
— Я обещала поехать вместе, нельзя нарушать слово.
— Хорошо.
Дела ждали, поэтому они не стали затягивать.
Перед зеркалом Ань Цзинь заметила следы поцелуев на шее и сердито посмотрела на мужа:
— Посмотри, что ты наделал.
Он усмехнулся, выбрал шарфик и сам повязал его:
— Вот, проблема решена.
К счастью, была осень, и шарф не выглядел странно. Вернувшись в офис как раз к обеду, они смогли разобрать накопившиеся дела.
Послеполуденная тишина нарушалась только шелестом бумаг и стуком клавиш.
Обычно в это время Гу Цуньвэй пил эспрессо, чтобы взбодриться. Раньше кофе ему приносил любой свободный секретарь, но после того, как их отношения стали известны, этим занялась Ань Цзинь.
Лучи света скользили по его высокому носу, а сосредоточенный взгляд был прикован к монитору. Пальцы стучали по клавиатуре, создавая чёткий ритм.
Когда он не улыбался, его лицо становилось строгим и неприступным. Ань Цзинь будто снова увидела того невозмутимого президента Гу.
Ей захотелось его подразнить.
Она специально подошла сзади, почти прижавшись к нему, и кокетливо сказала:
— Господин Гу, ваш кофе.
Его пальцы замерли над клавиатурой, бровь поползла вверх:
— Госпожа Су, можно просто передать.
Ань Цзинь посмотрела на него томно, протягивая чашку, и в движении обнажила тонкое запястье, приблизившись ещё ближе, так что её грудь коснулась его плеча.
Взгляд Гу Цуньвэя потемнел. Он взял её руку, но не чашку, а пальцы с грубыми подушечками начали водить по её коже.
— Ой, господин Гу, что вы делаете? Я же приличная женщина! — Ань Цзинь со смехом отняла руку, быстро поставила кофе на стол и хотела убежать.
Но сильная рука обхватила её талию и усадила к нему на колени.
Ань Цзинь уже пожалела, что начала эту игру, и упёрлась ладонями в его грудь:
— Нет, потом надо забирать ребёнка.
Он приподнял её подбородок, играя с ней:
— Уже есть ребёнок, а всё ещё дразнишься?
Ань Цзинь широко раскрыла глаза — он что, вошёл в роль?
— М-м...
Не дав ей опомниться, Гу Цуньвэй страстно поцеловал её.
Она вцепилась в его рубашку, ноги подкосились, и она чуть не соскользнула, но он подхватил её.
Теперь Ань Цзинь готова была заплакать. Если бы она знала, что он такой нетерпеливый, то начала бы соблазнять его ещё в первые дни работы в «Гу-си».
Гу Цуньвэй улыбнулся, провёл пальцем по её раскрасневшейся щеке, но не стал заходить дальше, застёгивая расстёгнутую блузку:
— Ладно, не буду тебя дразнить.
http://tl.rulate.ru/book/146144/7903621
Готово:
