Глава 32. Что не так? Да всё не так!
Адарик Ваннас терпеливо ждал в темноте. Сервисный туннель, пропахший озоном и машинным маслом, был его домом последние несколько циклов. Здесь, среди пыльных решёток, пучков кабелей и гудящих труб, тени были густыми и глубокими — идеальное укрытие для хищника. Он абсолютно бесшумно отломил ещё один кусочек крахмальной галеты, которую какой-то новобранец неосмотрительно оставил на посту. Галета медленно таяла на языке, высвобождая сладковатый вкус ягодного триглицеридного геля. Поразительно. Еда на этом, с позволения сказать, «лоялистском» корабле была на удивление качественной и питательной. Ничего общего с переработанной биомассой и синтетическим протеином, которыми он давился десятилетиями в Оке Ужаса.
«Где-то там, в офицерской столовой, сейчас подают стейки из грокс-филе и ризотто с грибами, — с горечью подумал он. — Но добраться до них невозможно. Эти прожорливые твари сметают всё за считанные минуты».
Он проглотил последний кусок, и его мысли вернулись к главному. К тому, что было не так с этим кораблём. А не так было решительно всё. Этот плавучий монастырь, «Явная Судьба Стали», представлял собой клубок вопиющих противоречий, от которых его натренированные инстинкты вопили об опасности. Он разложил свои наблюдения по трём основным пунктам.
Первое: ветераны. Внешне — образцовые воины в новых доспехах, но от них несло порчей Хаоса. Неявный, едва уловимый смрад, который мог почувствовать лишь тот, кто сам провёл достаточно времени по ту сторону завесы. Ваннас был уверен, что их многочисленные биомеханические импланты скрывали не почётные боевые раны, а уродливые мутации, расцветшие под взглядами Тёмных Богов.
Второе: запредельный уровень автоматизации. Корабль патрулировали не только живые десантники, но и целая армия роботов-стражей. И они были слишком умны. Дважды его почти обнаружили не патрули, а бездушные машины, чьи логические схемы оказались на порядок совершеннее всего, что он видел раньше.
И третье, самое главное: капитан ордена и дредноут модели «Контемптор». Эти двое были абсолютно, фундаментально неправильными. От них исходила угроза такого порядка, что все его инстинкты, отточенные веками выживания, кричали одно: беги. Беги без оглядки.
Он вспомнил свою первую встречу с высоким капитаном. Тревога, возникшая в тот момент, была почти физической. Ему захотелось немедленно покинуть корабль, но начавшаяся охота на того несчастного колдуна отрезала ему пути к отступлению. Но даже капитан не вызывал в нём такой реакции, как дредноут. Каждый раз, когда его взгляд падал на древнюю боевую машину, желудок сводило волной тошноты, а душу охватывал иррациональный, первобытный страх. Это было не просто опасение перед мощью древнего воителя. Это было ощущение, будто он стоит перед лицом чего-то неизмеримо древнего и могущественного, что одним своим присутствием могло разоблачить в нём нечто ужасное, о чём он и сам не подозревал. Ваннас был уверен: внутри саркофага находился не обычный ветеран. Именно это открытие заставило его рискнуть и примкнуть к местным культистам, чтобы собрать хоть какую-то информацию.
Сведения, которые он получил, были обрывочными и походили на бред. «Прародитель Генов». Звучало скорее как пафосный лозунг, чем как реальное описание. Мысль о том, что на этом корабле может скрываться примарх, казалась абсурдной. Примарх-демон? Здесь? Нелепо.
С какой же горечью он теперь вспоминал свой первоначальный план! Он выбрал этот корабль из-за его внушительных размеров и предполагаемого богатства, рассчитывая на лёгкую наживу и незаметное отступление. А вместо этого угодил в смертельную ловушку, где каждый второй обитатель казался опаснее демона из варпа.
Ваннас посмотрел на свою испещрённую вмятинами и царапинами броню. Чёрный доспех Гвардии Ворона был покрыт грубыми заплатами — немыми свидетелями десятилетий скитаний и отчаянной борьбы за выживание. Нужно было действовать. Он уже несколько дней наблюдал за главным арсеналом. Охрана была плотной, но он заметил одну деталь: стражники никогда не покидали свой пост, даже чтобы поесть. Это означало, что они — неживые. Автоматоны. А значит, их можно обмануть.
Он был капитаном 4-й роты Гвардии Ворона. Его воины были мастерами скрытного передвижения, тенями, что скользили там, где другие не могли сделать и шага. Уверенность в собственных силах была непоколебима. Жаль только, его прыжковый ранец давно пришёл в негодность и теперь издавал такой скрежет, что мог разбудить мёртвого. Придётся полагаться на врождённые таланты.
Ваннас закрыл глаза и сосредоточился. Он потянулся к той части своего существа, что была дарована ему геносеменем Коракса. Он начал растворять ощущение собственного «я», стирая границы между собой и окружающим миром. Восприятие изменилось. Он перестал чувствовать холод металла под ногами, перестал ощущать вес собственного тела. Он стал идеей, концепцией, самой сутью отсутствия.
Вдалеке послышались тяжёлые шаги патрульной группы. Когда последний десантник миновал его укрытие, Адарик сделал не шаг, а нечто иное. Он беззвучно впитался в тень, отбрасываемую массивной фигурой воина, слился с ней, став её неотъемлемой частью. Его форма потеряла чёткость, растворилась в колеблющейся темноте на палубе.
«Меня они так быстро не поймают, — с гордостью подумал он, скользя вслед за патрулём. — Я не какой-нибудь колдун, сияющий в варпе, как маяк». Он тут же усмехнулся собственной мысли. «Хотя, судя по всему, тому колдуну после поимки живётся совсем неплохо».
***
— Нарушитель пойман, — доложил Дамиан. — В точности, как ты и предсказал. Попался в стазисную ловушку у входа в вентиляцию.
Примарх-демон в теле бордер-колли лежал на боку на диване в капитанской каюте, лениво нажимая лапой на кнопки инфопланшета. Свободной рукой его тело-носитель методично почёсывал пса за ушами. Хвост Пертурабо мерно постукивал по обивке дивана, выдавая его самодовольство.
— Честь для него — попасть в ловушку, расставленную примархом, — фыркнул он.
— Твои сыновья выглядят одновременно расстроенными и счастливыми, — заметил Дамиан. — Расстроенными, что всю работу сделали за них, и счастливыми, что цель поймана. Может, тебе стоит иногда давать им больше свободы? Не контролировать всё так тотально.
— Я и так даю им слишком много воли, — презрительно бросил Пертурабо.
— Ладно, ладно, — Дамиан поднял руки в примирительном жесте. — Думаю, твои тренировки быстро вернут им боевой дух. Хотя, знаешь, я начинаю понимать твоих несчастных сыновей.
— Мягкосердечность — это болезнь, — отрезал примарх, отключая планшет. — Бросьте пленника в клетку «Световой Короб». Никаких теней. Скоро я приду поговорить с ним. Настало моё любимое время.
— У тебя какие-то особые счёты с легионом Корвуса Коракса? — не удержался от вопроса Дамиан.
Пертурабо на мгновение замер, затем медленно повернул голову, и в его собачьих глазах промелькнул отблеск тысячелетней ненависти.
— Хм, Истваан считается?
— Я забираю свой вопрос обратно, — быстро сказал Дамиан.
***
http://tl.rulate.ru/book/145758/8335479
Готово:
