Она вдруг спросила его:
— Цзянцзюнь, вы сказали, что выполните мою просьбу. Это всё ещё в силе?
Янь Хэн встретился с её взглядом, полным надежды и смущения, и сердце его словно коснулось перышком.
— Естественно, — с лёгкой улыбкой ответил он, ни о чём не подозревая, думая лишь, что девушке просто неловко. Он сделал шаг вперёд, намекая: — Сегодня снег полностью растаял.
Услышав это, Цзи Юньчань молча закрыла глаза.
Да, снег растаял, и всё должно было...
Но она сделала всё, что могла. В свободное от службы время она собирала доказательства, писала жалобы, подавала прошения, но всё это пропадало без ответа. Оставался только один путь — просить Янь Хэна.
Судьба играет с людьми.
Она с тоской подняла взгляд. В зимнем ясном небе чистый свет проникал через оконные переплёты, освещая красивое лицо Янь Хэна.
Это был её друг детства, человек, которого она любила.
Сейчас он ничего не знал и с улыбкой смотрел на неё.
Сердце Цзи Юньчань сжалось от боли. Она с горечью думала, что ссылка на северо-запад, в холодные земли, это заслуженное наказание.
Её руки непроизвольно сжались, ногти впились в ладони.
Спустя долгое время она отвела взгляд и, опустив голову, сказала:
— Пожалуйста, спасите сына моего соседа из западного района города, сюйцая Чжэн Юна.
Возможно, из-за того, что их взгляды слишком долго пересекались, Янь Хэн не сразу понял.
Эти неожиданные слова долго витали в воздухе, пока наконец не стёрли улыбку с его лица, словно ведро холодной воды вылилось на него с головой.
Он словно не расслышал:
— Что?
Цзи Юньчань не осмелилась поднять голову. Она встала на колени перед ним и почтительно поклонилась:
— Прошу вас, спасите сюйцая Чжэн Юна.
Каждое её движение было настолько отстранённым, что казалось, будто оно сжигает всё, что было между ними.
Голос Янь Хэна стал хриплым, он пытался обмануть себя:
— Цзи Юньчань, я спрашиваю тебя в последний раз.
Думая о том, что всё это время их близость была лишь его иллюзией, Янь Хэн тяжело дышал, его глаза горели гневом.
Если ты сейчас возьмёшь свои слова обратно, я всё прощу.
Но Цзи Юньчань будто не слышала его. Она упрямо сохраняла позу поклона, не двигаясь.
В комнате солнечный свет был подобен воде, и в воздухе виднелись мелкие пылинки.
Янь Хэн опустил взгляд, и в этой борьбе его сердце всё больше наполнялось разочарованием.
— Ради бедного сюйцая.
Он холодно усмехнулся:
— Мне действительно интересно, что в нём такого особенного, что ты готова на это?
Говоря это, он невольно вспомнил тот дождливый вечер, и лицо его побледнело. Тот человек, который когда-то пленил юную Цзи Юньчань, теперь спокойно сидел в столице, и та же история повторялась снова.
Но теперь он уже не был тем юношей.
Янь Хэн с насмешкой посмотрел на неё:
— Твой вкус действительно не изменился.
Он встал и присел перед ней, продолжая издеваться:
— Что толку угождать этому бедному сюйцаю? Угождай мне.
Он никогда не был человеком с мягким характером, но всё своё сердце он отдал ей, не решаясь сказать ни одного резкого слова, стремясь лишь порадовать её.
А она не обращала на это внимания, топтала его чувства, как сорняк.
— Хочешь отомстить? Я могу разобраться со всеми, кто тебе мешал, будь то чжичжоу или его слуги.
Янь Хэн насмешливо провёл пальцем по её щеке.
Это был жест, полный эротического подтекста, явное издевательство сверху вниз.
Он сделал это с той, кого всегда ценил и никогда не осмеливался легко прикоснуться.
Теперь, будучи уже взрослым и занимая высокое положение, Янь Хэн чувствовал лишь мёртвую пустоту в сердце.
Цзи Юньчань смущённо закрыла глаза.
Но Янь Хэн не собирался останавливаться. Он провёл пальцем по её подбородку, слегка приподняв его, заставив её встретиться с ним взглядом.
Его голос был нежен, но в глазах не было тепла:
— Почему молчишь, а?
Глаза Цзи Юньчань наполнились слезами, она покачала головой и тихо сказала:
— Цзянцзюнь, не наживайте себе врагов.
Эти слова, произнесённые и услышанные, показались смешными.
В этот момент её забота была настолько фальшивой, что не содержала ни капли искренности, больше походила на откровенную отговорку.
Янь Хэн усмехнулся, его тело слегка дрогнуло.
Он смотрел на её бледное лицо и с горькой усмешкой сказал:
— Ты знаешь, что сказала моя мать?
С этими словами он достал из кармана письмо, всё ещё хранящее тепло его тела.
Он отпустил его, и два тонких листа бумаги упали на пол.
Цзи Юньчань дрожащими руками молча подняла их и развернула.
Почерк на письме был не самым красивым, но знакомым — это был почерк матери Янь Хэна.
Она прочитала каждое слово. В начале письма мать Янь Хэна беспокоилась и упрекала его, но в середине, догадавшись, что письмо написано ею, начала выражать свою заботу о ней.
...Прошло столько лет, мать знает, что ты тоже не можешь забыть её. Раз уж нашёл, обращайся с ней хорошо.
...Мать знает, что тебе обидно, но Юаньюань — хорошая девочка. Расспроси её подробно, не было ли в прошлом каких-то скрытых обстоятельств, не обижай её.
Каждое слово было наполнено искренней материнской любовью.
Сердце Цзи Юньчань переполнилось горечью. Её взгляд упал на последнюю строчку: "Судя по времени, вам уже пора пожениться." Эти слова стали для неё ударом по голове. Слёзы скатились по её щекам, она больше не осмеливалась поднять голову.
Глаза Янь Хэна покраснели, его сердце разбилось, словно падающий снег. Он хрипло произнёс:
— Ты понимаешь, что имела в виду моя мать.
— Цзи Юньчань, — он взял её за подбородок, заставив встретиться с ним взглядом. — Скажи, что ты сожалеешь.
В этот момент любые слова казались бессмысленными.
Цзи Юньчань, рыдая, покачала головой, избегая его взгляда.
Янь Хэн усмехнулся, но в его улыбке не было тепла. Он холодно смотрел на неё, его взгляд был полон гнева и любопытства:
— Какой секрет ты хотела мне рассказать?
Это был последний шанс.
Но в этой ситуации её прошлые страдания казались лишь смешным оправданием. Как она могла сказать это? Как он мог поверить?
Поэтому Цзи Юньчань опустила ресницы, молча отказавшись.
Терпение Янь Хэна иссякло, он резко отпустил её.
— Ты действительно быстро учишься, молодец.
Он встал, смотря на неё сверху вниз, и с отчаянием спросил:
— Я твоя собака, Цзи Юньчань?
Цзи Юньчань, стоя на коленях, молча плакала, сдерживая рыдания, боясь издать звук.
Как странно, подумал Янь Хэн. Та, кто раньше совсем его не боялась, теперь боялась его до дрожи.
Как скучно.
Усталость распространилась из глубины его сердца, он больше не хотел продолжать эту игру.
Пусть она получит то, чего хочет.
Янь Хэн достал из рукава тот самый документ и бросил его перед Цзи Юньчань, затем встал и ушёл.
Никто не знал, что это должно было принести ему несколько сладких слов от неё.
Цзи Юньчань, ничего не подозревая, подняла его.
— Сюйцай Чжэн Юн... освобождается от всех обвинений...
Она, потрясённая, подняла взгляд на Янь Хэна, её тело начало дрожать.
http://tl.rulate.ru/book/145721/7777378
Готово:
