Добродетельный герцог Ван сказал: — Я местный деревенский бог. При жизни носил фамилию Ван. Могу я узнать ваше имя?
— Меня зовут Сун Ю, но моя наставница дала мне имя Менлай[1]. - ответил он.
— Вы Даос?
— Я вырос в Даосском храме.
— У тебя уже есть даосское имя? — вновь спросил местный деревенский бог.
— Пока нет, — спокойно ответил Сун Ю, встречая взгляд божества. — Что привело вас ко мне, господин?
— Хорошо, тогда я буду обращаться к вам "господин Менлай", - вежливо сказал Герцог Добродетели Ван — Прошу прощения что побеспокоил вас в столь поздний час, но дело касается благополучия местных жителей. Я заметил, что вы обладаете высокой культивацией и пришёл к вам искать помощи.
— Прошу, говорите прямо, господин.
— Эта история началась десять лет назад. - растягивая слова, как это делали при прошлой династии, начал Герцог Добродетели Ван. — Десять лет назад в эти края пришёл великий демон. Он очаровал сердца людей и даже заставил местных жителей построить ему храм примерно в двадцати ли отсюда.
Эти слова почти полностью прояснили ситуацию для Сун Ю.
Они посмотрели друг на друга, не зная, кто должен заговорить первым. Сун Ю ждал, пока божество продолжит, а оно, похоже, ждало его слов.
— Почему вы не доложили об этом? — спросил Сун Ю.
— Прошу, выслушайте меня, господин, — произнёс Герцог Добродетели Ван.
Сун Ю слегка растерялся.
Большинство этих местных божеств когда-то были людьми, отличавшимися добродетелью и порядочностью при жизни. К тому же они были очень стары. Как младший, он должен был проявлять уважение. Молодому человеку вроде него было нелегко прямо их критиковать.
Герцог Добродетели Ван сказал: — Тогда я перейду сразу к сути.
— Прошу.
— Хотя у того демона были выдающиеся магические способности, несколько лет назад его уничтожили мастер из Храма Небесного Моря вместе с Герцогом Грома Чжоу. - Тогда было жаль разрушать незаконно возведённый храм, тем более что он находился недалеко от главной дороги.
— Даже с разрушенной каменной статуей, храм мог служить пристанищем для путников, укрывать их от дождя. Поэтому его оставили в покое. Но недавно, когда я находился в заливе Мадзя, я неожиданно обнаружил, что в том храме снова горят благовония и стоят подношения.
— Вы лично в этом убедились?
— Мне стыдно признаться, но мои силы ограничены, и я не умею сражаться. Увидев курильницы и подношения издалека, я не осмелился подходить. - смущённо произнес Герцог Добродетили.
— Вы поступили разумно, — успокоил его Сун Ю.
— В этот раз, я хотел попросить господина Менлай расследовать это дело. Если всё подтвердится, через несколько дней при полной луне я доложу об этом властям.
— Вы подозреваете, что демон мог возродиться благодаря курильницам и подношениям?
— Да, я думаю что это возможно.
— Завтра я схожу посмотреть.
— У вас благородный характер. Благодарю вас заранее от имени всех местных жителей. - вновь низко поклонился Герцог, а затем сказал: — У вас впечатляющий уровень культивации. Даже если демон возродился, у него не будет прежних сил. Если вы отправитесь туда днём, опасности быть не должно. Что же до адреса, я уже записал его на бумажке и положил перед алтарём.
Сун Ю поклонился: — Прощайте, господин.
Герцог Добродетели Ван на мгновение замер, а затем поклонился в ответ.
Подняв голову, Сун Ю увидел как все вокруг него превратилось в клубы дыма и исчезло. А затем у него потемнело в глазах.
Когда он снова открыл глаза, он всё еще находился в углу деревенского храма. В храме было темно, и лишь через неплотно прикрытую дверь просачивался лунный свет и ложился на пол длинной косой полосой, напоминая длинную диагональную полоску белого инея на плитах пола. Вдоль стены смутно виднелся ряд статуй божеств.
Храп людей из цзянху то нарастал, то затихал.
Сун Ю поднялся и обыскал алтарь, но не увидел записки перед статуей Герцога Добродетили Вана. Вместо этого, она оказалась перед статуей Великого Императора Чицзиня.
Это была жёлтая ротанговая бумага, обычно используемая для чертежей талисманов. Почерк был аккуратным и достаточно умелым.
Он убрал бумажку и снова окинул взглядом статуи божеств.
В подобных деревенских храмах обычно не делали различий между буддизмом и даосизмом. Простые люди не могли позволить себе строить отдельный храм для каждого, поэтому божества приходилось размещать вместе, и они не возражали.
Текущий Владыка Небесного дворца, даосское божество Великий Император Чицзинь, естественно, стоял в центре, так же как и буддийское божество Владыка Десяти Тысяч Будд. Рядом находились и другие божества — в основном те, кто был широко известен в современном обществе по разным причинам. Например, в народном романе, пользовавшемся большой популярностью, упоминался Герцог Грома Чжоу из Громового Дивизиона. Благодаря этому репутация Герцога Грома Чжоу укрепилась в сознании людей, и его положение стало более заметным во многих вновь построенных храмах, особенно в тех маленьких, которые люди возводили самостоятельно.
Но не ясно получил ли от этого Чжоу какую-то выгоду.
Большинство богов развивались и возникали подобным образом.
Местные божества существуют и в наше время. Среди них — горные и речные боги, боги дорог и деревень. Большинство из них когда-то были людьми.
Когда эти люди покидали мир, народ продолжал хранить о них память. Сила человеческой веры превращала их в божеств, а императорский двор зачастую закреплял это, даруя имена и должности в пантеоне.
В этом мире, будь то Даосский Небесный Дворец или Буддийский Западный Рай, так называемые Боги и Будды по сути мало чем отличались от местных божеств, вознесённых силой людских чаяний. Разница была лишь в том, что их образ возвышался куда выше в сердцах верующих.
Вот почему при смене нового императора нередко становились популярными и новые божества.
Возьмём для примера Великого Императора Чицина. Легенды рассказывают, будто он появился на свет в час, когда небо отделилось от земли. Пройдя через тысячу триста пятьдесят испытаний, каждое из которых длилось почти тридцать тысяч лет, он, наконец, вознёсся на трон Небесного Императора. Для многих это истина. Даже сомневающиеся убеждены, что вера в него уходит в седую древность. Но в действительности имя его возникло лишь каких-то двести лет назад — тогда его не существовало вовсе, и никто в мире о нём не слышал.
Образ богов должен был оставаться возвышенным в глазах простого люда. Но наставница Сун Ю не раз внушала ему: истинный культиватор обязан видеть их сущность ясно и правильно, не так, как простые люди.
Хотя никогда прямо не объясняла, в чём заключается это понимание, он должен был самостоятельно постичь истину.
Сун Ю всё ещё находился в процессе постижения этого.
Долго разглядывая статуи в лунном свете, он не мог уснуть. Сун Ю повернулся, открыл дверь и вышел наружу.
Полуночный ветер обрушился на него, но он был не холодным, а больше свежим. Подняв взгляд, он увидел ясное, чистое ночное небо. Лунный свет был серебристым и золотил края облаков, заставляя их словно светиться. Он очерчивал волнистые контуры великих гор, создавая прекрасную картину при лунном свете.
Он просидел под луной до самого рассвета, а затем покинул дорогу Цзиньян и свернул на боковую тропу.
Эта дорога тоже была главной, но у нее не было названия. Он была не такой значимой, как официальная дорога, ведущая в столицу, но все равно была достаточно просторной.
Сун Ю не торопился. По пути он делал остановки и не раз расспрашивал прохожих, пока, наконец, не наткнулся на храм.
Хотя ему сказали, что нужный храм находится недалеко от главной дороги, на самом деле он стоял на склоне горы рядом с ней. Его было видно издалека, и идти до него было приблизительно ещё два ли. Сун Ю, помня слова Герцога о том, что храм находится около дороги, продолжал идти по ней и невольно прошёл мимо. Расспросив прохожих, он повернул назад.
К тому времени, как он добрался, наступил полдень.
Сун Ю повесил свой походный рюкзак на ветку дерева в сотне метров от храма, а затем по маленькой тропинке направился к обветшалому строению, словно совсем не испытывал страха.
Приблизившись, он почувствовал запах ладана и свечей.
И правда, в храме тлел ладан.
Принюхавшись, он понял, что это, скорее всего, местный самодельный ладан с ароматом, близким к запаху трав для отпугивания комаров — свежий и бодрящий.
Обветшалый храм был примерно того же размера, что и тот, где он ночевал прошлой ночью. Постройка повторяла план главного зала обычного храма, но была чуть меньше, да и состоял он лишь из одного зала. Именно в таком стиле обычно строили деревенские храмы, и служителей — монахов или даосов — у них почти не было.
Однако этот храм казался куда более захудалым, чем вчерашний.
Сун Ю остановился у входа и внимательно его осмотрел.
Также как и в прошлом храме здесь не было ни окон, ни дверей - лишь бамбуковый забор переграждал проход. Стены когда-то были красными, но теперь краска облупилась во многих местах, а сами стены покрылись трещинами и шрамами. Виднелись следы повреждений от ножей, топоров, ударов молний и пожаров, некоторые даже пронзали стены насквозь.
Сун Ю оглядел следы повреждений, представляя в уме сцены прошлых событий, а затем осторожно вошёл.
Забор только слегка заслонял вход, и Сун Ю легко убрал его в сторону
Сун Ю ступил в храм и глубоко вдохнул. Никаких неприятных запахов он не почувствовал — лишь травяной аромат самодельного ладана.
Он подошёл к алтарю. Древняя статуя божества давно исчезла, оставив лишь следы своего прежнего местоположения. На её месте теперь стояла глиняная фигурка кота — обычного размера. По сравнению с прежней статуей, которая была ростом не меньше человека, она выглядела совсем крошечной.
Перед ней лежал глиняный кирпич, в который было воткнуто множество благовоний. Большинство уже догорало, и лишь три палочки всё ещё тлели, да и те были сожжены больше чем наполовину.
Всё указывало на то, что это был самодельный ладан местного производства.
Он был сделан из травяного порошка на бамбуковой палочке, обёрнутой в красную бумагу. Он долго тлел и источал приятный аромат.
Здесь также были выставлены подношения - немного приготовленного мяса и сырая рыбка толщиной с палец.
Сун Ю встал в центре храма, медленно обводя взглядом всё помещение. Подойдя к алтарю, он поднял с него пучок шерсти, долго прислушиваясь к своим ощущениям, прежде чем отложить его. Затем он выбрал тихий угол и присел, будто готовясь наблюдать за храмом.
Похоже в храме никого не было.
Может он отлучился по рабочим делам?
Но Сун Ю пока не мог понять что к чему.
Возможно, местное животное обернулось духом и стало жаждать подношений и ладана людей. Увидев этот храм, оно нахально объявило его своей территорией.
Для духов гор и чудовищ аромат благовоний и запах подношений был губительно притягателен.
Или, может быть, местные сами так поступили, а дикая кошка с гор просто решила сделать здесь своё логово.
В эту эпоху в некоторых местах действительно поклонялись кошкам как богам. Люди надеялись, что те поймают всех мышей и у них останется больше еды.
Или же демон, о котором говорил Герцог Добродетели Ван вновь возродился.
Просидев около часа, он заметил что солнце все больше клонится к горизонту. Золотые лучи проникали сквозь вход и постепенно продвигались внутрь.
Сун Ю сидел, скрестив ноги, и лучи солнца уже почти достигли его ног, когда снаружи вдруг заметилось движение.
Он медленно поднялся и устремил взгляд наружу.
Кошка медленно продвигалась по узкой тропинке, залитой солнцем. Высокие травы загораживали путь, но она ловко отодвигала их лапой. Перед канавой она изящно взмыла в прыжке, будто её тело стало невесомым, затем огляделась по сторонам и пробормотала себе что-то под нос, будто размышляла. На входе она то поднимала лапу, то опускала, не решаясь зайти. И вот она приняла решение.
Сун Ю наблюдал как кошка ловко переступила порог и подняла голову, встретившись с ним взглядом. Её янтарные глаза притягивали внимание и завораживали.
— Вы даооский монах? - спросила кошка.
Строение голосовых связок демонов и чудовищ отличалось от человеческого. Если они не принимали человеческий облик, было невозможно определить пол по голосу, даже если они говорили на человеческом языке. Максимум можно было угадать их исходную форму или примерно определить возраст.
Эта кошка говорила чистым и изящным голосом.
— Как я могу обращаться к вам? — вежливо поклонился Сун Ю.
— Меня зовут Трёхцветная Леди.
— Здравствуйте Трёхцветная Леди, меня зовут Сун.
— Зачем вы пришли в мой храм?
— Вчера я переночевал в деревенском храме, и местное божество попросило меня осмотреть кому здесь стаят благовония и подношения», — сказал Сун Ю, выпрямляясь, но склонив голову. — Могу ли я спросить, было ли позволено Трёхцветной Леди императорским указом собирать здесь подношения?
— Это как?
— Это... - Сун Ю встретил ёё взгляд, на мгновение замерев.
У этого маленького кошачьего демона уровень культивации был невысок, и, вероятно, она только недавно стала демоном. Судя по явной наивности в её глазах, с ней следовало говорить предельно осторожно.
http://tl.rulate.ru/book/145490/7779674
Готово:
