В этот самый момент Линь Хаотянь с девушками проходил мимо той самой лавки. Хотя её дверь была лишь приоткрыта, гневный рёв Сунь Далэя отчётливо донёсся до ушей Линь Хаотяня.
Он остановил своих спутниц.
— Братец Линь, почему мы остановились? — удивлённо спросила Лю Циннин. — Лавка, о которой я говорила, ещё впереди.
— Посмотри туда, — Линь Хаотянь указал на здание. — Время торговое, а они закрыты. И я заметил, что прохожие заглядывают внутрь, качают головами и уходят. Похоже, у них какие-то проблемы. Зайдём, разузнаем, в чём дело.
Сказав это, он направился к лавке.
— Хорошо, давай посмотрим, — согласилась Лю Циннин и, взяв Линь Мяоюй за руку, последовала за ним.
У самого порога голоса изнутри стали ещё отчётливее.
— Запомни, сопляк, плетью обуха не перешибёшь! Всегда думай, прежде чем лезть на рожон, понял меня?!
— Кхм! — Линь Хаотянь вошёл внутрь, тихо кашлянув, давая о себе знать.
Отец и сын, увидев посетителя, тут же вскочили на ноги.
Сунь Цзыцян, всё ещё кипя от гнева, дерзко бросил:
— Хм! Быстро же вы явились! Говорю вам, вы не получите нашу лавку! Только через мой труп!
— Заткнись! — рявкнул на него отец. Затем он обернулся к Линь Хаотяню и виновато произнёс: — Господин Сюэ, прошу прощения за дерзость моего сына. Но наша лавка...
Не дав ему договорить, Линь Хаотянь с улыбкой прервал его:
— Думаю, вы ошиблись. Я не господин Сюэ. Моя фамилия Линь. Проходя мимо, я заметил, что у вас нет покупателей, и решил зайти узнать, в чём дело. И заодно спросить, не продаёте ли вы свою лавку.
Отец и сын переглянулись. Сунь Далэй вздохнул и ответил:
— Уважаемый, наша лавка... эх! Скажу вам честно, её уже «зарезервировал» молодой господин из семьи Сюэ. Сегодня они как раз должны были прийти за ней. Мы приняли вас за него, потому мой сын и наговорил вам грубостей.
— О каком молодом господине Сюэ идёт речь? — спросила вошедшая следом Лю Циннин.
— О том самом, из семьи Сюэ нашего города Лю, — устало ответил Сунь Далэй.
— А, так речь о Сюэ Цзюне, — поняла Лю Циннин. — Этот пойдёт на всё ради своей цели. Продавать вам всё равно придётся. Но наша семья Лю не боится семьи Сюэ. Раз уж так вышло, продайте лавку нам. Мы дадим за неё справедливую цену.
— Вы... вы из семьи Лю? — запинаясь, спросил торговец.
— Я — Лю Циннин из рода Лю, и мне нечего скрывать! — гордо заявила девушка.
Под напором убедительных доводов Лю Циннин, которая умело взывала и к разуму, и к чувствам, отец и сын в конце концов согласились продать лавку Линь Хаотяню за четыреста тысяч низкосортных духовных камней.
На самом деле, они оба понимали, что противостоять мощи семьи Сюэ бесполезно, и уже давно собрали вещи, планируя покинуть город сразу после продажи. Сегодняшний спор был лишь последним всплеском отчаянного упрямства Сунь Цзыцяна.
Как только все формальности были улажены, отец и сын, схватив свои пожитки, поспешно покинули город Лю.
— Лю Циннин, не ожидал, что ты так красноречива. Я прямо-таки впечатлён! — сказал Линь Хаотянь, когда всё закончилось.
— Ещё бы! — с гордостью ответила она, явно довольная похвалой. — Я уже помогаю отцу с семейным бизнесом. Если не уметь чётко излагать свои мысли, можно понести ненужные убытки.
— Пойдём, посмотрим задний двор, — Линь Хаотянь не стал продолжать разговор и первым направился вглубь дома.
Лю Циннин скорчила ему в спину гримасу, надула губки и пошла за ним вместе с Линь Мяоюй.
Задний двор оказался на удивление уютным.
Там располагались четыре комнаты. Помимо них, во дворике был искусно устроен небольшой пруд с кристально чистой водой, в которой лениво плавали несколько рыбок. Рядом — ухоженная клумба. А главное — оставалось достаточно свободного места, чтобы поставить шезлонг.
Увиденное весьма обрадовало Линь Хаотяня. Он удовлетворённо кивнул и сказал сестре:
— Сестрёнка, выбирай себе любую из этих комнат.
— Ура! — Линь Мяоюй, которая с первого взгляда на дворик уже прикидывала, где поселится, тут же побежала осматривать комнаты.
Лю Циннин же осталась стоять посреди двора. Её глаза забегали, и вдруг, словно что-то придумав, она бросилась вслед за Линь Мяоюй.
Оказавшись рядом с девочкой, Лю Циннин начала свою маленькую игру:
— Милая, а ты не хотела бы, чтобы сестрица жила поближе к тебе? Так тебе будет гораздо удобнее приходить ко мне в гости.
Линь Мяоюй задумалась, а потом растерянно спросила:
— Хотела бы, конечно. Но отсюда до твоего дома так далеко. Сестрица, ты что, тоже собираешься купить здесь дом?
Лю Циннин мысленно рассмеялась и вздохнула. Иногда Линь Мяоюй была такой сообразительной, но сейчас совершенно не понимала намёка. Вспомнив, что девочке всего четыре года, она решила больше не ходить вокруг да около.
— Милая, — ласково начала она, — смотри, здесь же четыре комнаты, верно? Одна — для тебя, одна — для твоего брата. Остаются ещё две. Почему бы мне не занять одну из них?
— Ой, и правда! Сестрица, а когда ты переедешь? — тут же сообразила Линь Мяоюй.
— Конечно же, вместе с вами! Как тебе такая идея? — видя, что её план сработал, прямо спросила Лю Циннин.
— Здорово! Здорово! Пойдём, скажем братику!
С этими словами Линь Мяоюй схватила Лю Циннин за руку и потащила её к Линь Хаотяню, ещё из комнаты крича:
— Братик, братик! Пусть сестрица тоже живёт с нами! Тогда мне не придётся бегать так далеко, чтобы с ней поиграть!
Они подбежали к Линь Хаотяню. Лю Циннин выжидающе смотрела на него. Когда он бросил на неё взгляд, она тут же отвернулась, но уши держала по ветру, чтобы не пропустить ни слова.
— Сестрёнка, если сестрица будет жить здесь, это может плохо на ней сказаться. Её родные не одобрят, — мягко объяснил Линь Хаотянь сестре.
— Мой отец не будет против! — тут же выпалила Лю Циннин.
Поняв, что отреагировала слишком бурно, она поспешила объясниться:
— Кхм, то есть, я...
Не успела она договорить, как с парадного входа донёсся громкий крик:
— Старина Сунь, выходи! Мы пришли забрать лавку!
http://tl.rulate.ru/book/145477/7964962
Готово:
