Глядя на солдат, что в полном строю уходили сквозь метель, Ян Вэй не мог сдержать зависти. Как бы ему хотелось бросить всё и присоединиться к ним, чтобы вместе с тем комендантом в чёрной броне рубить демонов.
Но стоило ему вспомнить о тяжелобольной матери, как взгляд его тут же померк.
«Мама столько лет растила меня, столько выстрадала! Как я могу бросить её и уйти в солдаты!»
С этой мыслью он забежал в палатку, отыскал там кинжал и сунул его за пояс. О демонах он гарнизону сообщил, так что перед тем господином в чёрном халате его совесть была чиста. Теперь нужно было возвращаться в деревню и забирать мать в город. Кинжал пригодится для самообороны. Если кто-то из деревенских посмеет ему помешать, он покажет им, что значит «ярость простолюдина — кровь брызнет на пять шагов».
Сделав несколько шагов, Ян Вэй вдруг остановился. Что-то вспомнив, он обернулся и посмотрел на большой котёл в центре лагеря. Он помнил, что там осталось ещё много жирного кабаньего мяса, которое солдаты не доели. Вспомнив его божественный вкус, он невольно сглотнул. В эти смутные времена простому человеку поесть мяса было настоящим праздником!
Поколебавшись, он стиснул зубы, подошёл к котлу, выловил несколько кусков и сунул их за пазуху, бормоча себе под нос:
— Простите, братья, я возьму немного мяса для старой матери. Если будет возможность, я обязательно верну долг с лихвой!
Сказав это, он, не оборачиваясь, скрылся в снежной пелене.
…
По тракту с востока двигалось несколько всадников. Во главе отряда ехала отстранённая дева с мечом за спиной. Это была Лю Цинди со своими людьми, прибывшая из столицы.
После нескольких дней безостановочной скачки они почти достигли границ уезда Линьань. Люди ещё держались, но лошади выбились из сил. Пришлось сбавить темп и ехать шагом в надежде найти деревню, где можно будет дать коням отдохнуть.
— Госпожа! Есть какие-нибудь вести о молодом господине? — осторожно спросил подчинённый в чёрном.
Лю Цинди, с усталым лицом, на котором не осталось и следа прежней холодной улыбки, лишь покачала головой.
— Даос У из Линьаня сказал, что в городе брата не было.
— Неужели его и вправду схватили демоны?
При этой мысли Лю Цинди чуть не обезумела от ярости. Ей хотелось изрубить своего братца на куски, чтобы выместить злость. Демоны рыщут повсюду, а он всё так же доставляет одни хлопоты! Будь он сильным практиком, тогда ладно, пусть бы странствовал по миру, никто бы и слова не сказал. Но он же был невеждой и бездельником, которого интересовали лишь эротические картинки да вино!
Другие, практикуя «Трактат о Несокрушимой Праведной Ци», могли одним словом сдвигать горы, а мечом рисовать на небе солнце и звёзды, устрашая демонов и призраков. В худшем случае, они могли использовать праведную ци, чтобы очистить своё тело, делая его неуязвимым для низшей нечисти.
А он? Он был полной противоположностью. Один взмах его меча — и в воздухе появлялись образы обнажённых красавиц или сцены развратных пиров. Он умудрился превратить благородную праведную ци в какую-то ересь. Если бы не заступничество отца, этого распутника давно бы с позором выгнали из Академии Белого Оленя!
Видя, как Лю Цинди исказилась в лице от гнева, подчинённый поспешил её успокоить:
— Госпожа, не стоит думать о худшем. Может, молодой господин просто напился в какой-нибудь таверне?
Лю Цинди, нахмурившись, закатила глаза:
— Напился?! Да ты посмотри на эту дыру! Ни деревни, ни постоялого двора, одна нищета! Кто здесь будет открывать таверну? Сплошные убытки! Таких, как мой брат, нужно отдать на растерзание какой-нибудь похотливой демонице, чтобы она высосала его досуха!
Подчинённый, услышав это, испуганно оглянулся.
— Госпожа, осторожнее со словами!
…
Хоть и рассвело, но в воздухе всё ещё висела густая туманная дымка. Яркое солнце было скрыто за тёмными тучами.
Через полтора часа Вэй Юань, преодолев со своим отрядом горы и реки, наконец увидел впереди то самое место, о котором говорил Ян Вэй.
Это был роскошный старинный особняк. У входа стояли две статуи чёрных каменных львов, а под карнизами висели кроваво-красные фонари.
— В строй! Двигаться тихо! — шёпотом скомандовал Чжан Бяо. Солдаты тут же выставили щиты, приготовили копья и, приглушив шаг, направились к демоническому логову.
Стоило им приблизиться на сто метров, как всё вокруг потемнело. Завыл ледяной ветер, терзая душу. Из ниоткуда возник густой серый туман, окутав отряд и лишив его обзора. В тумане замелькали смутные тени, а в вое ветра послышались плач и стоны.
Хоть солдаты и достигли ступени Закалённого Тела, большинство из них впервые столкнулись с подобным. Это были не дикие звери, а настоящие демоны и призраки.
Лишь Линь Течжу и несколько бывших практиков сохраняли спокойствие. В глазах остальных мелькнул страх, а сердца забились как бешеные.
Услышав этот перестук, Чжан Бяо холодно хмыкнул, и его шрам стал ещё более зловещим.
— Чего испугались, трусы? Это же просто трюки, чтобы пугать смертных! Техника, которой обучил нас господин, — лучшее оружие против этой нечисти!
Вэй Юань с лёгкой улыбкой посмотрел на своих солдат. Хоть он и был недоволен их реакцией, но понимал: у всех бывает первый раз.
Он легко топнул ногой, и из его тела вырвалась алая тень тигра. Не успела она даже издать рёв, как окружающий туман тут же рассеялся.
— Запомните мои слова, — сказал он, обернувшись к солдатам. — В любой ситуации сохраняйте спокойствие и ясность ума. Это всё — дешёвые трюки. «Техника Тигриного Демона», которой я вас обучил, не только обладает сокрушительной силой, но и способна разрушать иллюзии и устрашать врагов. Против этих бесплотных духов — самое то! Просто направьте свою Губительную Ци в оружие и рубите. Не нужно прилагать много усилий. Одного лёгкого удара достаточно, чтобы они растаяли, как весенний снег под солнцем.
В момент, когда его солдаты были в смятении, Вэй Юань не только не выказал страха, но и принялся спокойно обучать их тактике боя. Вот это выдержка настоящего полководца!
Услышав его уверенный голос, солдаты тут же успокоились. Они направили Губительную Ци в своё оружие и принялись рубить призрачный туман. Некоторые даже вошли в раж, и от их ударов раздавался слабый тигриный рёв.
Через мгновение туман под натиском Губительной Ци рассеялся, и всё вокруг снова озарилось тусклым утренним светом.
…
В глубине старинного особняка.
В алькове под красным пологом.
Лю Циншань с измождённым лицом лежал на свадебном ложе. Ноги его дрожали. Всего за одну ночь его «оприходовали» до такого состояния.
Рядом с ним, подперев голову рукой и покусывая алую губу, лежала невинного вида дева и с обожанием смотрела на него. Её пальцы блуждали по его плечу, а белоснежная, гладкая нога лениво лежала на его теле.
— Милый! Ну так ты можешь или нет?
Сладкий, томный голос прошептал ему на ухо. Лю Циншань сглотнул и промолчал. В паху неприятно ныло — явный признак переутомления.
— Хмф! — Дева обиженно надула губки. — Можешь так можешь, не можешь так не можешь. Что значит это твоё молчание?
— Сестрица? — донёсся из-за полога другой, не менее чарующий голос. — Время вышло. Теперь моя очередь!
— Иду, иду! — Дева бросила на Лю Циншаня недовольный взгляд, а затем с явной неохотой поднялась и вышла из-за полога.
— Сколько раз, сестрица?
— Семь или восемь? Не помню уже. Но, похоже, наш господин больше не может. Я испробовала всё, но без толку!
— Не беда! Я принесла пилюли для мужской силы! Подкрепим нашего господина!
— Ах ты, негодная сестра, у тебя были такие сокровища, а ты мне не сказала?
— Глупышка, не переживай. Когда я закончу, оставлю тебе парочку!
Слушая этот сладкий, чарующий шёпот, Лю Циншань не выдержал. Нос его защипало, и из глаз хлынули две струйки слёз.
— Ах, мой милый, всё-таки ты любишь меня больше! Услышал, что я пришла, и даже от радости заплакал.
http://tl.rulate.ru/book/145461/7788363
Готово:
