Юйчу слегка приподняла бровь и кивнула:
— Достаточно снять только верхнюю одежду.
Её слова прозвучали, но юноша так и не пошевелился.
— Что-то не так? — Юйчу нахмурилась, изучая его выражение лица, но ребёнок лишь опустил глаза, и его эмоции оставались нечитаемыми.
Уже в таком возрасте он был столь молчалив — будущий Повелитель Демонов Сюаньлин, чей характер начал формироваться уже тогда.
Юйчу подождала пару секунд, прежде чем он снова тихо произнёс:
— Не нужно. У меня нет потенциала.
— Кто сказал, что нет? Просто…
Просто потенциал был не для пути бессмертных, а для демонического. Юйчу вздохнула и, видя, что он явно не хочет сотрудничать, подняла руку. Её сила бессмертных сковала запястья и лодыжки юноши, а верхняя одежда сама разошлась в стороны.
Сюаньлин широко раскрыл глаза.
Он был ещё мал, но уже видел достаточно человеческой низости и смутно понимал, что подразумевали бессмертные под «парным совершенствованием».
В его возрасте он, конечно, не годился в Печь-треножник, но для успешного парного совершенствования смертного с бессмертным требовалось с детства ежедневно очищать меридианы и стимулировать акупунктурные точки, чтобы к зрелости всё прошло гладко.
Неужели она действительно задумала это?
Когда тонкие пальцы бессмертной коснулись его юных плеч, невыразимое чувство унижения захлестнуло разум будущего Повелителя Демонов.
Даже не зная ещё о существовании Короны Демонического Бога, он всё равно был избранным ею. Позор быть использованным как Печь-треножник и ощущение скованных рук заставили его глаза мгновенно вспыхнуть кроваво-красным.
Демоническая, зловещая аура вспыхнула вместе с мощью Повелителя Демонов, и не ожидавшая этого Юйчу отступила на шаг. Её пальцы оторвались от его плеча, а капли крови упали на пол.
Она нахмурилась.
Юноша отступил, приняв оборонительную позу, плотно сжав тонкие губы.
Он был ошеломлён — не понимал, откуда взялась эта внезапная сила, позволившая ему даже ранить бессмертную.
Его взгляд невольно остановился на окровавленных пальцах одетой в белое бессмертной, и его лицо побледнело.
Но, к удивлению, бессмертная не стала его ругать, лишь мягко улыбнулась:
— Я тебя напугала? Ладно, сегодня отдохни. О тренировках поговорим позже.
Юйчу тоже было досадно. В этом мире взрослый был слишком насторожен, и, возможно, ей следовало действовать осторожнее.
Она отступила и вышла из комнаты.
Оставшийся юноша замер, растерянно глядя ей вслед, пока она простым заклинанием остановила кровь.
Она вышла.
Он постоял ещё немного, крепко сжав губы.
Напряжённое тело наконец расслабилось. Его взгляд ещё долго был прикован к двери, прежде чем он медленно опустился на пол, обхватив колени.
Прошло полмесяца, прежде чем они снова встретились.
После того как он ранил её, в душе ребёнка поселился странный дискомфорт, но он не понимал, что это за тревожное, раздражающее чувство.
Вернувшись в покои как обычно, он на этот раз услышал голоса.
Сюаньлин замер, моргнул прекрасными глазами и медленно приблизился, остановившись у двери.
— Наставник, — раздался почтительный юношеский голос.
За дверью Сюаньлин резко поднял взгляд, уставившись на створки, губы его сжались в холодную линию.
— Сяо Цинхэ.
Почему он на вершине?
Повелитель Ветров не общался с внешним миром, и за полмесяца жизни здесь Сюаньлин не видел никого постороннего.
Лишь однажды, полмесяца назад, Сяо Цинхэ пришёл за вещью и столкнулся с ним.
Тогда Наставник не принял его. Почему теперь разрешил войти и разговаривает с ним?
Сюаньлин прикусил тонкую губу, подняв глаза на закрытую дверь.
Он услышал спокойный голос бессмертной:
— Если больше не о чем, можешь идти.
Звучало так, будто она говорила с Сяо Цинхэ холодно.
Почему-то эти слова успокоили его.
Он поднял руку, бледные пальцы коснулись косяка, прозрачные глаза ребёнка снова моргнули.
В комнате Сяо Цинхэ, однако, осторожно продолжил:
— Наставник, у меня есть ещё один вопрос… к вам.
Он, казалось, смущался. Юйчу, заинтересовавшись, равнодушно ответила:
— Что ещё? Говори.
Сяо Цинхэ колебался, прежде чем сквозь зубы выдавить:
— Наставник взяла ученика… для Печи-треножника? Я не понимаю… Если вы хотите парного совершенствования, зачем выбирать смертного?
Закончив, он с облегчением вздохнул, смотря на неё влюблённым взглядом.
Юйчу опешила.
Она сразу поняла — ученик явно что-то не так истолковал.
Естественно, она вспомнила прошлый раз: реакция Сюаньлина в тот день, возможно, была вызвана именно этими разговорами о Печи-треножнике?
Он вырос в такой среде, где чувство безопасности было роскошью, а тут ещё эти слухи — наверное, ему было очень тяжело.
А она тогда так неосторожно себя повела…
Теперь всё ясно.
Юйчу слегка стиснула зубы, смотря на ученика с приподнятой бровью:
— Осмеливаться спрашивать меня о Печи-треножнике — это уже перебор. Иди наказание получи.
С таким трудом заполученный ученик, а отношения испорчены из-за сплетен.
Если бы этот ученик просто сам подумал о Печи-треножнике, ещё куда ни шло, но он ещё и Сюаньлину всё рассказал…
Парное совершенствование в мире бессмертных — обычный метод, ничего постыдного. Но ученику спрашивать об этом Наставника — верх неприличия.
Юйчу прищурилась.
Сяо Цинхэ перед ней замер.
Уйти сейчас означало признать поражение. Потому он задержался и, не слушаясь, тихо сказал:
— Я… я просто забочусь о вас… зачем вам этот никчёмный…
Юйчу подняла бровь.
Будущий Повелитель Демонов, только-только избавившийся от клейма монстра, и вот уже «никчёмный».
У Демонического Бога просто не было дара к бессмертным практикам.
Но объяснять это бессмертным бессмысленно.
Услышав слова Сяо Цинхэ, Юйчу сразу поняла его истинные мотивы. Она усмехнулась, язвительно бросив:
— Не его, так тебя?
Это была лишь колкость, но в этот момент дверь распахнулась.
Оба в комнате подняли глаза.
На пороге стоял бледный юноша с тонкими чертами, губы его были сжаты, пальцы впились в косяк, суставы побелели.
http://tl.rulate.ru/book/145376/7765878
Готово:
