Что касается племени креветколюдов, то, не в обиду будет сказано его нынешней расе, но справиться с ними им было пока не по силам.
Потому что их было около пятисот.
И они были явно сильнее, чем просто затерянная раса котолюдов-рыболовов.
Кроме того, если чувства не обманывали Ли Эра, у этого племени были свои корни.
Они, должно быть, поклонялись какому-то изначальному богу.
В пространстве Хаоса это было нормально.
Особенно для сильных изначальных племён.
Более того, такие племена часто враждебно относились к тем, кто поклонялся «демонам извне», вроде котолюдов.
С таким сильным племенем креветколюдов нынешним котолюдам было не справиться.
Ли Эр предпочитал, чтобы они пока вели себя тихо и увеличили свою численность до тысячи.
Тысяча — это было достаточно, чтобы он мог укрепиться на третьем курсе, хотя этого было ещё далеко не достаточно для поступления в университет.
Он смотрел, как старый жрец Муто на вершине алтаря молча читал молитвы и время от времени переставлял жертвы.
— Великий, всемогущий, могущественный владыка, твой смиренный слуга молит о твоём явлении.
Великий, всемогущий, могущественный?
Услышав эти слова, сердце Ли Эра дрогнуло.
По сравнению с прежними «милосердный» и «щедрый», это было на порядок сильнее.
Услышав это, Ли Эр больше не сомневался, стоит ли ему являться.
Наконец, он начал своё первое, или, вернее, второе нисхождение.
С его началом, в доселе солнечном и ясном царстве вдруг откуда-то набежали тучи.
Подумав, Ли Эр решил потратить две тысячи единиц веры на две нити божественной силы и поднять на море перед полуостровом огромные волны.
Божественное величие должно было въесться в кости верующих, так что иногда нужно было устроить представление.
После вспышки молнии Ли Эр наконец вселился в тот самый маяк, который всё это время лежал на алтаре.
Вот только теперь он был намного больше.
Изначально его маяк был размером с человеческую голову и напоминал маску — не то зверя, не то человека, а скорее, демона.
Поскольку в пространстве Хаоса были десятки тысяч рас, а то и больше, маяк должен был соответствовать эстетическим представлениям большинства, чтобы привлечь их внимание.
Затерянные расы выбирали маяк, во-первых, по ощущению его силы, а во-вторых, по тому, насколько сильным, добрым или злым и к какой расе принадлежал бог за ним.
Стая кроликолюдов вряд ли выбрала бы маяк своего естественного врага.
Разве что для того, чтобы принести себя в жертву?
Хотя и такое бывало, но редко. Имея всего три попытки, никто не стал бы так рисковать.
В старшей школе можно было бесплатно создать царство три раза, и каждый раз можно было бросить в Хаос только один маяк.
Если раса находила маяк, но прятала его или уничтожала, это тоже считалось провалом.
Поэтому маяк должен был быть грозным, чтобы раса, нашедшая его, даже если не захочет его выбирать, побоится его осквернить.
Сейчас этот маленький маяк был вставлен в лоб огромной статуи, вырезанной по его образу и подобию.
Этот маяк Ли Эр вырезал сам.
На самом деле, все маяки создавались теми, кто хотел создать царство, по проектам, разработанным ещё в средней школе.
В них в определённой степени был заложен их божественный путь и надежды на божественный сан.
Когда Ли Эр вселился в статую, она и весь алтарь засияли.
Пока он пытался понять, чем это нисхождение отличается от предыдущего, божественная панель вдруг сама собой выскочила.
«Обнаружено семя чужой божественной силы. Поглотить?»
«Обнаружено семя чужой божественной силы. Поглотить?»
Ли Эр застыл на месте. Семя божественной силы? Это была нешуточная вещь.
Он о нём только слышал, но никогда не видел.
Он поспешно, следуя указаниям панели, направил своё сознание.
И только тогда он обнаружил, что в центре алтаря под ним невесть откуда появился странный сгусток энергии.
Семя божественной силы, также известное как семя божественного сана.
Такие молодые боги, как Ли Эр, были новичками, ещё не нашедшими свой божественный путь.
А божественный путь, по сути, и был божественным саном.
Разные саны давали разные божественные права.
Например, бог бури управлял ветром, бог огня — огнём.
Это были базовые права.
И разные саны давали разные права.
Санов было много, но права были уникальны.
Поэтому многие разные саны часто имели один и тот же корень — одно и то же право.
Отсюда и пошли божественные пантеоны.
Но как бы то ни было, чтобы получить своё право, нужно было сначала получить свой сан.
А получить сан было очень и очень трудно.
Встав на божественный путь, ты становился полубогом! Получив сан, ты становился истинным богом.
И встать на этот путь иногда было непросто.
А встать на подходящий путь — ещё труднее.
Ты хочешь стать богом войны.
А твой путь — бог скотоводства, бог ткачества, бог кузнечного дела.
Или даже бог определённой горы, определённого дерева, определённого камня.
Если ты в итоге не превратишься в Сунь Укуна, то, даже пройдя такой путь до конца, ты станешь лишь низшим истинным богом.
В Туманном городе было полно таких.
Их называли «городскими божками».
И они составляли семьдесят-восемьдесят процентов всех истинных богов в городе.
Хотя многие из них были превосходными помощниками, особенно среди мастеров карт, кузнецов, алхимиков — почти все они были такими.
Но в целом, нынешнему миру нужны были боги, способные сражаться.
И тут появлялись семена божественной силы.
Созданные особым способом, они позволяли сразу же встать на определённый божественный путь, что было гораздо надёжнее, чем полагаться на удачу и естественное развитие расы.
Хотя семя мог создать любой истинный бог, обычные боги никогда бы этого не сделали, потому что это вредило их собственной основе и перекрывало путь к дальнейшему росту.
Разве что бог был на пороге гибели.
Или за дело брался сам бог-владыка.
Но даже для него создание каждого семени вредило основе.
Поэтому, хотя о семенах в Туманном городе и ходили легенды, видели их или находили крайне редко.
Почувствовав семя, Ли Эр невольно направил к нему своё сознание.
У разных санов была разная аура.
Особенно у боевых — её можно было почувствовать, просто приблизившись.
Ярость, жестокость, рёв.
Ли Эру не нужно было даже подходить, чтобы понять, что это было семя боевого типа.
А какого именно сана, пока было неясно.
Потому что семя было ещё незрелым.
Зрелость — это поглощение особой вибрации, исходящей от алтаря во время жертвоприношения. Это была особая сила, отличная от веры, божественной силы или божественной энергии.
Только посадив семя в алтарь, можно было его получить, и только так оно могло созреть.
А созрев, оно порождало соответствующий божественный путь.
Хозяин алтаря под влиянием верующих, то есть расы, естественно, мог получить этот путь.
Божественный сан бога определялся верующими, а не им самим.
Это был один из железных законов реального мира.
Почувствовав это семя, Ли Эр на мгновение засомневался.
Хотя оно определённо было боевого типа, его аура была слишком яростной.
А если вспомнить об Алтаре Кровавого Демона…
Ли Эр был почти уверен, что это семя было частью алтаря.
Это объясняло, почему, несмотря на то, что его создал восьмизвёздочный мастер, лимит нагрузки был целых 30 единиц.
Хотя, по сравнению с двумя другими свойствами алтаря, это всё равно было выгодно, но всё же несколько необычно.
Вот только он не знал, знали ли другие, или тот самый мастер Шэньму, что в алтаре было запечатано семя божественной силы.
И ему было любопытно, какой именно сан оно скрывало.
Боевых санов было великое множество.
Даже в одном пантеоне силы, разные саны давали совершенно разные права.
Ли Эр был в замешательстве. Если это семя действительно было частью Алтаря Кровавого Демона, то оно могло быть связано с тем древним изначальным богом.
Он не знал, будут ли какие-то проблемы, если он встанет на путь этого бога.
И самое обидное, что о таком семени он не мог никого спросить, даже учителя.
Поколебавшись, Ли Эр вернул своё сознание в статую.
Небесные знамения не прекращались. Старый жрец Муто и котолюды, конечно, не знали, что их бог просто отвлёкся.
С появлением знамений они лишь продолжали повторять ту молитву, на которую он откликнулся.
— Великий, всемогущий, могущественный владыка…
Ли Эр взглянул на жертвы на алтаре.
В основном это была довольно крупная добыча, включая несколько свирепых зверей, явно добытых вождём.
Увидев их, Ли Эр остался очень доволен.
Для первого жертвоприношения иметь таких зверей в качестве жертв означало не только то, что его стартовая раса была очень сильной, но и то, что эффект от ритуала будет лучше.
Пока он собирался официально ответить на жертвоприношение, снизу донёсся шум.
Увидев это, не только старый жрец, но и сам Ли Эр был недоволен.
Устраивать такое во время большого жертвоприношения было оскорблением божественного величия.
Пока он думал, не наслать ли божественную кару для демонстрации своей силы, ситуация внизу заставила его задуматься.
Один из котолюдов, не отличавшийся ни ростом, ни силой, тащил на себе морского змея, чьё тело волочилось по земле.
http://tl.rulate.ru/book/145342/7752263
Готово:
