Его взгляд был тяжёлым, изучающим. Су Цзыму едва сдерживал волнение.
Наконец учитель заговорил:
— Ты, иди за мной.
С этими словами он вошёл в комнату, даже не взглянув на Су Цзылинь. Су Цзыму положил одеяло и последовал за ним.
Су Цзылинь подняла бровь. Этот учитель действительно был странным, как и говорили местные женщины.
Женщина, стоявшая рядом, выглядела немного смущённой, но сохраняла спокойствие, видимо, привыкнув к таким ситуациям.
— Не обращайте внимания, девочка. Учитель Ян такой человек, но он действительно знающий. Если ваш брат ему понравится, он сможет сдать экзамен на начальный уровень.
Су Цзылинь улыбнулась и протянула ей коробку с едой:
— Тётя, это мои домашние закуски. Пожалуйста, передайте их учителям.
Женщина не спешила брать:
— Это не подходит. Учитель строго запрещает принимать подарки. Если я возьму, то, боюсь, не смогу остаться здесь.
Су Цзылинь открыла коробку:
— Это ничего не стоящие вещи, просто моя домашняя еда. Посмотрите.
В коробке было два слоя. На верхнем лежали две миски тофу. Когда она открыла её, кисло-острый аромат ударил в нос. Зелёный тофу был украшен красным перцем, а на поверхности лежали кунжут и крошки арахиса.
Кислый запах лайма вызывал слюноотделение.
Женщина колебалась. В последнее время было жарко, и у учителей плохой аппетит.
Заметив её колебания, Су Цзылинь снова протянула коробку:
— Моя семья продаёт этот тофу на рынке. В такую погоду он отлично возбуждает аппетит. Это не подарок. — Она подмигнула: — Считайте, что я принесла это для брата, но он один не съест, так что пусть все разделят.
Женщина рассмеялась, увидев её игривое выражение, и взяла коробку. Заметив, что Су Цзылинь взглянула на комнату, она успокоила её:
— Не волнуйтесь. Если они так долго не выходят, значит, ваш брат умён, и учителю он нравится. Если бы он был глупым, его бы уже выгнали.
Услышав это, Су Цзылинь вздохнула с облегчением. Это было косвенное подтверждение, что с Су Цзыму всё в порядке.
Женщина отнесла коробку в комнату, а через некоторое время вернула её Су Цзылинь. Во дворе росло гранатовое дерево, усыпанное маленькими плодами, некоторые из которых ещё были бутонами.
Под деревом стоял каменный стол, за которым они сидели и болтали.
Когда раздался звук открывающейся двери, Су Цзылинь тут же встала и посмотрела в ту сторону.
Су Цзыму вышел из комнаты. По его лицу ничего нельзя было понять, но его шаги явно стали легче.
— Ну как?
Су Цзыму сохранял серьёзное выражение, но, услышав её вопрос, кивнул.
Су Цзылинь подняла бровь, собираясь что-то сказать, но тут он не выдержал.
Его губы не могли сдержать улыбку, глаза загорелись, и он тихо, но с волнением и радостью произнёс:
— Учитель принял меня.
Су Цзылинь подумала, что если бы они были сейчас на улице, этот парень, наверное, подпрыгнул бы от радости.
Она погладила его по голове:
— Вот видишь, я же говорила, что у тебя получится. Подожди меня здесь.
Су Цзылинь вошла внутрь, чтобы оплатить обучение и питание, а когда вышла, её глаза сияли ещё больше.
Они пошли в общежитие, чтобы постелить одеяло. Видя, что его настроение вдруг упало, Су Цзылинь потрепала его по голове:
— Что случилось? Слишком обрадовался?
Су Цзыму надулся:
— Я скучаю по дому!
Су Цзылинь фыркнула:
— Скучаешь по дому? По маминым шлепкам или папиным пинкам?
Су Цзыму промолчал.
Ему показалось, что затылок и задница начали болеть.
Видя смех в её глазах, он отвел взгляд и кашлянул:
— Ну, не так уж сильно. Не волнуйся, я буду хорошо учиться.
Су Цзылинь погладила его по голове:
— У вас же есть десятидневный отпуск. Ты сможешь вернуться домой с тётей и дядей на их телеге.
Су Цзылинь подняла подбородок:
— А ты как думал? Недооцениваешь свою сестру, да?
Пока она болтала с тётей Чэнь, Су Цзылинь узнала много всего, вплоть до того, в какой книжной лавке лучше покупать принадлежности.
— Пойдём, я куплю тебе кисти, тушь, бумагу и тушечницу.
— Сестра, я слышал, что письменные принадлежности очень дорогие, это как сжигать серебро. — Он знал, как тяжело зарабатывать деньги, ведь он сам не раз ездил в город.
— Не волнуйся, твоя сестра умеет зарабатывать! Детям не стоит так много думать, а то не вырастешь. — Су Цзылинь шла и разговаривала с ним.
Вспомнив, как долго учитель продержал его в комната, она с любопытством спросила:
— О чём тебя спрашивал учитель?
Су Цзыму вздрогнул, моргнул и вдруг вспомнил, что сказал учитель, как только он вошёл в комнату.
Он сказал:
— Ты неплох, по крайней мере, не показываешь своих эмоций. Ты, наверное, не знаешь, но многие ученики не выдерживают моего взгляда и убегают, даже не заходя в эту комнату.
Су Цзыму промолчал.
Он хотел сказать, что тоже боялся!
Он тоже чуть не сдался, просто оцепенел от страха. Если бы учитель ещё немного на него посмотрел, он бы, наверное, заплакал.
Выйдя из переулка, сестра и брат направились в книжную лавку. По словам тёти Чэнь, большинство учеников их учебного зала были из небогатых семей. Выйдя из этого переулка, на противоположной стороне была книжная лавка, где ученики покупали письменные принадлежности.
Потому что там было дешевле.
Когда они вошли в лавку, их встретил аромат туши. Су Цзылинь на мгновение остановилась, оглядывая комнату.
Лавка была небольшой, но в ней было всё необходимое. Заметив посетителей, хозяин поднял голову, и на его лице появилась приветливая улыбка.
— Что вы хотите купить?
Увидев всё это, Су Цзылинь не знала, что именно нужно. Она сразу перешла к делу:
— Мы из учебного зала напротив. Мой брат сегодня только поступил туда, и учитель порекомендовал нам прийти сюда за письменными принадлежностями. Мы не очень разбираемся, не могли бы вы что-нибудь посоветовать?
Не знаю, показалось ли это Су Цзылинь, но, услышав, что они из соседнего учебного зала, улыбка хозяина стала более искренней.
— Только поступили? Тогда купите два базовых набора, чтобы менять их. — Он подошёл к полке и достал две пачки бумаги. — Это жёлтая конопляная бумага, она прочная и долговечная. Если её не мочить, она не испортится. Она подходит для начинающих учеников, чтобы практиковать каллиграфию.
Су Цзылинь взяла жёлтую конопляную бумагу, а хозяин достал ещё одну пачку белой конопляной бумаги.
http://tl.rulate.ru/book/145267/7942368
Готово:
