— Меня предупреждал начальник отдела: я не могу уволиться. Если я уволюсь, он свяжется с руководством новой компании и оклевещет меня, сказав, что меня уволили за серьёзные ошибки. Я не могу рисковать, адвокат Сон. Наверное, я слишком труслив, не настоящий мужчина, — с горькой улыбкой сказал Чо Минджун.
Почему простым людям так тяжело?
— Он начал домогаться вас через сообщения или звонки? Вы их сохранили? — Сон Чжонён, выросшая в детдоме, хорошо понимала его отжание.
— Первые сообщения пропали. Телефон однажды сломался, на новом осталось лишь несколько сообщений и записей звонков. Однако он обычно писал и звонил поздно ночью. Можно ли считать это доказательством домогательств? — Чо Минджун открыл телефон и показал сообщения.
— Часть из них адвокат противной стороны может интерпретировать как пьяный бред или восхищение вами. Некоторые сообщения и время отправки могут быть прямо признаны домогательствами. Однако для обвинения в принуждении к сексуальным действиям по Закону о наказании за сексуальное насилие потребуются более прямые доказательства, — Сон Чжонён вернула телефон. — Прошу прощения за вопрос, но были ли у вас более глубокие отношения, например, интимная близость? Если да, есть ли видео или фото?
Чо Минджун не ответил сразу, опустил голову, задумался, затем поднял взгляд на ясные глаза Сон Чжонён, в которых не было сомнений.
— Четыре дня назад на корпоративе я остался присматривать за ним, когда он напился. По пути от бара к парковке он чуть не добился своего, но доказательств нет. Это был единственный раз, когда он прямо хотел изнасиловать меня.
После этих слов он почувствовал облегчение. То, что не смог рассказать даже психологу, он выложил перед адвокатом Сон, с которой виделся впервые. Она внушала ему полное доверие.
— Обычно в барах нет камер. Если дело дойдёт до суда и камеры заснимут этот момент, это поможет. Но обсудим это, если решите подать иск. Можете не отвечать на мой следующий вопрос, — Сон Чжонён посмотрела на него.
Тот кивнул.
— Ваша сексуальная ориентация — мужчины или женщины?
— Адвокат Сон очень проницательна. Моя семья даже не догадывается. Я всегда думал, что предпочитаю женщин, но в Университете Тонгук познакомился с младшим студентом и понял, что отношусь к меньшинству, — Чо Минджун открыто признал свою ориентацию.
— Ваш начальник, вероятно, узнал об этом и поэтому стал так откровенно домогаться. Это началось через полгода после вашего устройства на работу, верно? — Сон Чжонён увидела кивок. — А до этого произошло что-то особенное? Вы говорили, что оба выпускники Тонгука. Например, мероприятие в честь дня университета?
Чо Минджун задумался, затем широко открыл рот.
— Да, день университета. Мы оба участвовали, я снова встретил того младшего студента. Возможно, начальник увидел, как я признаюсь ему в чувствах.
Сон Чжонён кивнула.
— Я могу стать вашим адвокатом. Если хотите урегулировать дело мирно, помогу составить соглашение. Если готовы обвинять, помогу подать иск и потребовать компенсацию. Но поскольку не было фактического причинения вреда, максимум — два года тюрьмы.
— Я понял. Максимум два года? — Чо Минджун считал это слишком малым наказанием.
— Да. Сейчас за сексуальные преступления, если это не насильственное преступление, дают до пяти лет, за тяжкие — свыше десяти. Два года — максимум. Гарантировать не могу, доказательств мало. Главное — готовы ли вы к общественному обсуждению? Если нет, советую защитить приватность, добившись максимальной выгоды через мирное урегулирование.
Она объяснила:
— Я предложу решение, наиболее соответствующее вашим интересам. Пока не было ни одного случая, когда мужчина подавал на мужчину за сексуальные домогательства. Если решите судиться, журналисты поднимут шум. Готовы ли вы к процессу под прицелом общественности?
Чо Минджун не дал окончательного ответа. Сон Чжонён оставила контакты и посоветовала носить диктофон. Он оплатил счёт, она не настаивала на разделе. Наблюдая, как он уходит, она надеялась помочь ему.
— Чжонджэ, результаты анализов есть? Я был в ужасе, услышав о аварии, — Чжон Усон, снимаясь в рекламе китайской водки, узнал о происшествии.
Хотя новости и фото с премьеры «Внешности» показывали, что друг в порядке, он остановил съёмки, чтобы позвонить Ли Чжонджэ.
— Предварительные результаты есть. Я всё ещё в больнице. Раньше не было времени, решил пройти полное обследование, — Ли Чжонджэ ответил из кабинета. — Не волнуйся, со мной всё в порядке, даже царапины нет.
— Теперь спокоен. Увижу вечером и окончательно успокоюсь. Не отпускай этого пьяного водителя, у него нет чувства ответственности, — Чжон Усон сидел на вращающемся стуле, все чувствовали его гнев.
Другу повезло не пострадать, но если бы случилось несчастье, кто возместил бы потери?
— Чжонён посоветовала проверить водителя. Я поручил это, но пока новостей нет. Ничего страшного. Хотя я нажил врагов в индустрии, никто не станет меня убивать, — Ли Чжонджэ, достигший нынешнего положения, не мог не нажить врагов.
В конфликтах интересов надо бороться за свою долю. В индустрии есть и те, кто не гонится за славой, но это обычно люди с деньгами и властью, как Ли Еджин.
— Адвокат Сон тоже была в машине? С ней всё в порядке? — Чжон Усон знал по новостям, что в машине были только Ли Чжонджэ и ассистент.
Третьего человека не было. Он подумал, что друг скрыл информацию. Как потенциальная невеста, Чжонён заслуживала заботы.
— В момент аварии её не было. Шин Бухван поехал за ней на премьеру. Я попал в аварию, позвонил ему, чтобы забрал меня. Чжонён напомнила, что наказания за пьяное вождение ужесточаются, и общественные лица не должны терпеть это. Усон-си, нельзя садиться за руль пьяным, иначе мне придётся звонить Чжонён, чтобы вызволила тебя из полиции.
— Не буду беспокоить будущую невестку, обязательно буду соблюдать закон, ха-ха, — Чжон Усон, убедившись, что друг в порядке, не стал задерживать съёмочную группу. — Вешаю трубку, нужно снимать.
— Запомни: то, что было с твоей бывшей девушкой и уголовным прелюбодеянием, не должно повториться. Сомневаюсь, что Чжонён возьмётся за твоё дело. Не заставляй друга просить её за тебя, — Ли Чжонджэ, зная Чжонён несколько месяцев, уже понимал её.
Она защищала клиентов, соответствующих базовой морали. Его друг Чжон Усон, встречаясь с бывшей, не знал, что она замужем. Думал, развод оформлен, но это стало достоянием общественности.
На следующей неделе Сон Чжонён завершила дело в Пусане, освободив клиента из полиции. Дальнейшие действия взял на себя местный адвокат. Дело о захвате общественной территории урегулировали мирным соглашением. Ли Чжонджэ, узнав, что пьяный водитель был случайностью, сообщил ей.
Затем он начал ежедневно связываться с ней. Если она не отвечала на звонки, писал сообщения. Она отвечала на сообщения, сбрасывала звонки, если не могла ответить. Для Ли Чжонджэ было важно, что она не просила остановиться и не отвергала сближение. У него был шанс.
Однажды в середине сентября, около 22:00, Сон Чжонён собиралась спать, когда получила звонок от Чо Минджуна.
— Адвокат Сон, я в полицейском участке района Каннам. Я ударил начальника. Можете приехать и выписать меня? Хочу, чтобы вы представляли меня в суде.
— Буду через полчаса. Пока я не приеду, ничего не говори. Не волнуйся, скоро буду, — Сон Чжонён предупредила, взяла ключи, вышла к парковке.
http://tl.rulate.ru/book/145261/7956281
Готово:
