Она действительно не хотела их видеть, особенно Дуань Ичуаня. Его приближение, нависающая тень и исходящий от него тяжёлый воздух буквально перехватывали ей дыхание. На уровне инстинктов она отчётливо понимала: она боится его.
По сравнению с теми мужчинами, что хотели воспользоваться её слабостью, его присутствие вызывало ещё большее отвращение. Она ненавидела его, презирала и трепетала перед ним.
Раньше она даже не знала, как он выглядит, и изо всех сил старалась стереть его из памяти. Почему же он теперь внезапно появился перед ней!
В палате воцарилась тишина. Её холодный тон не оставлял сомнений в отношении к ситуации. Бабушка Дуань хотела что-то сказать, но передумала. Седая старушка заколебалась, в конце концов, смущённо вышла.
Дуань Ичуань тоже вышел, но через десять минут вернулся. Под пристальным взглядом Бай Юй он молча поставил перед ней контейнер с едой.
— Не надо! — Бай Юй оттолкнула контейнер. Оставшись с ним наедине, её тело напряглось ещё сильнее.
— Не голодна? — спросил он, смягчив голос.
— Мне ничего от тебя не нужно! Убирайся! — её голос дрожал. Даже та капля вежливости, что она проявляла к бабушке Дуань, теперь испарилась.
Столь яростного отпора Дуань Ичуань ещё не получал. Но он понимал: это заслуженно. Покорно отступив ещё на несколько шагов, он дал ей больше пространства.
Тишина затянулась. Он видел, как её покрасневшие глаза, полные ненависти, вот-вот прольются слезами. Нахмурившись, он молча развернулся и вышел.
Ладно уж. С таким взглядом не то что женитьба в качестве искупления — будь она рада этому? Нет, скорее убьёт, чем согласится.
Выйдя из палаты, Дуань Ичуань не ушёл. С мрачным выражением лица он велел работникам больничной столовой отнести Бай Юй ещё одну порцию еды. Он договорился, чтобы ей сказали, что это не от него. Так она не отказалась.
Он сел на скамейку в коридоре, и в висках снова застучала боль. С вражескими шпионами у него был чёткий план действий, но с женщинами... За двадцать пять лет у него не было ни одной пассии, да и вообще с представительницами прекрасного пола он почти не общался. Вокруг одни мужики, разве что женщины-сослуживцы. Как вести себя с ними — вопрос, а уж с Бай Юй, которая готова прибить его на месте...
Может, просто дать ей себя убить?
В конце концов, он действительно совершил перед ней гнусный поступок. Если ей так хочется, он готов умереть у неё на глазах?
Чёрт, вот бы найти того, кто подсыпал ему тогда наркотики!
Зверем он себя и впрямь почувствовал.
Лицо Дуань Ичуаня потемнело, в глазах вспыхнула холодная ярость. Шрам на переносице делал его ещё более угрожающим.
Шэнь Чэньань и остальные были правы: его характер не изменился. Но перед Бай Юй, которой он навредил, он испытывал вину. Как бы там ни было, он не мог вести себя с ней по-прежнему, поэтому сдерживался.
— Бай Юян, ты мне надоел! И ты проваливай, не кусай меня! — из палаты донёсся раздражённый голос Бай Юй, полный досады.
— У-у-у-у! — раздался жалобный плач малыша.
— Будешь реветь — выброшу тебя!
Дуань Ичуань замер. Снова это нереальное ощущение. Да, он стал отцом.
Мало того что Шэнь Чэньань и другие остолбенели, он сам до сих пор не верил в это.
Малыш и правда был пухленьким. Как и говорили, очень на него похож.
Значит, она ненавидит и его заодно?
Он вспомнил, как Бай Юй швырнула ребёнка после его слов о готовности взять ответственность за неё и сына. Нахмурился: она и раньше так поступала или только из-за него так разозлилась?
Прислушиваясь к их ссоре, он поднялся и попросил медсестру проверить, что там.
Вскоре в палате стало тихо.
Дуань Ичуань невольно расслабился и, когда медсестра вышла, поинтересовался, что случилось.
— Вы кто больной? — полноватая медсестра, которую он позвал впопыхах, не расспрашивая, теперь осмотрела его с любопытством.
— Я отец её ребёнка.
Медсестра понимающе улыбнулась и рассказала, что всё в порядке: малыш при кормлении укусил Бай Юй, нужно быть внимательнее. В пять месяцев у детей режутся зубки, такое бывает.
— А, — ответил Дуань Ичуань с невозмутимым лицом, но кончики ушей незаметно покраснели.
Он просидел в коридоре всю ночь. На следующее утро, прежде чем Бай Юй отправилась оплачивать счёт, он сделал это за неё.
Травма затылка у неё была несерьёзной, просто из-за долгого сна врачи оставили её под наблюдением на день.
Он шёл за ней и сыном на почтительном расстоянии. Похоже, она догадалась, кто заплатил, и снова насупилась. Затем шлёпнула Бай Юяна, потянувшего к ней ручонки, что-то сердито пробурчала и вышла из больницы.
Дуань Ичуань наблюдал за этой сценой.
Ну и ладно, шлёпнула и шлёпнула. Всё равно не сильно. Да хоть десять раз — не убьёт же.
Он следовал за ней до жилого комплекса, видя, как она с лёгкой улыбкой отвечает на приветствия соседей. Когда она поднялась в квартиру и скрылась за дверью, он перевёл взгляд и не пошёл дальше.
Собираясь уходить, он вдруг услышал шёпот тех, кто только что любезно здоровался с Бай Юй:
— Говорю же, эта женщина — шлюха. С такой внешностью, да одна с ребёнком — раньше в нашем дворе такого не было. Это она сама того мужика к себе привела, только заселилась — и сразу безобразие!
— Ага! Я как-то спросила, где отец ребёнка, а она так вильнула, ничего не ответив. Тогда я не придала значения, а потом сестра из отдела кадров газеты сказала: у Бай Юй в документах вообще стоит «не замужем»! Интересно, откуда тогда ребёнок?
— Она же раньше в деревне была, чжицин. Как в этой грязи умудрилась сохранить себя такой — наверное, у неё талант особый!
— Фу, и придётся теперь с ней жить в одном дворе...
Перешёптывания становились всё громче.
Уголок губ Дуань Ичуаня дрогнул в безрадостной ухмылке. Он шагнул вперёд и вклинился в разговор:
— А какой, говорите, у Бай Юй особый талант?
Его внезапное появление испугало женщин. Они обернулись, увидели незнакомца, а потом его ледяную усмешку.
Отпрянув, они переглянулись:
— Ты... ты кто такой?
http://tl.rulate.ru/book/145039/7716651
Готово:
