× Ура! Первый день лета К обсуждению

Готовый перевод After Escaping Famine, the Three-Year-Old Fubao Became Everyone’s Treasure / После бегства от голода трёхлетнюю Фубао все начали обожать: К. Часть 340

(Ctrl + влево) Предыдущая глава   |    Оглавление    |   Следующая глава (Ctrl + вправо)

Пока другие получают награды от императора, ему приходится тащить этих бандитов в управление.

Несправедливость просто душит.

Вспомнив слова Цинь Сунъина, Чжэн Юйвэй почувствовал беспокойство.

Он огляделся и сглотнул.

Теперь, когда люди Цинь Сунъина ушли, у него осталось лишь десяток стражников.

Если кто-то захочет освободить заключённых, сейчас самый подходящий момент.

— Чего уставились? Быстро в управление!

Чжэн Юйвэй рявкнул.

Если с преступниками что-то случится на его глазах, император с него шкуру снимет!

Вот и пойми этих столичных чиновников — хорошие дела обходят стороной, а плохие так и липнут.

Когда же он наконец сможет перебраться на другое место?

Му Чжэн, сопровождавший Цинь Сунъина во дворец, не только получил похвалу от императора, но и щедрые награды.

Вернувшись в дом Циней, он велел отнести подарки в свою комнату, даже не взглянув на них, а сам с узлом в руках отправился к Цинь Хэсюаню.

— Брат Му, ты вернулся? Отец закончил свою миссию?

Увидев Му Чжэна, Цинь Хэсюань поднялся ему навстречу.

Когда генерал Му погиб на поле боя, а его жена последовала за ним, оставив восьмилетнего Му Чжэна сиротой, его взял к себе генерал Вэнь.

Му Чжэн по сути рос вместе с Цинь Хэсюанем.

В детстве, когда того обижали, Му Чжэн не раз заступался за него и даже тайком учил боевым приёмам.

Для Цинь Хэсюаня Му Чжэн был одновременно и наставником, и другом.

Однако, когда Му Чжэну исполнилось шестнадцать, генерал Вэнь отправил его в дом Цинь, где он стал работать под началом Цинь Сунъина.

Поэтому только после возвращения Цинь Хэсюаня в столицу они снова встретились.

— Молодой господин, это вам, — Му Чжэн протянул свёрток Цинь Хэсюаню.

— Брат Му, сколько раз я просил не называть меня молодым господином? Разве нельзя, как в детстве, звать меня Хэсюанем?

Цинь Хэсюань с покорной улыбкой взял свёрток и развернул его. Внутри оказалась прекрасно выделанная шкура пятнистого оленя.

— Ты её купил? — Цинь Хэсюань провёл рукой по шкуре, ощутив приятную гладкость и переливы цвета. — Какая чудесная шкура!

— Е Лаода передал вам. Я просто принёс, — ответил Му Чжэн и тут же развернулся, чтобы уйти.

— Эй, брат Му, ты…

Цинь Хэсюань лишь покачал головой и снова улыбнулся, поглаживая шкуру оленя.

Когда все вернулись домой, атмосфера должна была быть радостной, но из-за истории с женой Лаосы все вели себя осторожно, словно боясь кого-то задеть.

Трудно было сказать, чьё именно настроение они старались не испортить, но неловкость витала в воздухе.

Лаосы, чувствуя себя виноватым, быстро поужинал и ушёл в свою комнату.

Цэнь Лао, понимая ситуацию, тоже поспешил удалиться, сославшись на усталость, и вместе с Ши Лэем и Мэн Юем отправился в западную комнату, которую приготовила для них Е Дасао.

Только тогда семья Е немного расслабилась и начала тихо обсуждать происходящее.

— Старший брат, как Лаосы себя чувствует в последние дни? — спросил Е Лаоэр.

— Пока он был здесь, я даже дышать боялась лишний раз, не то что говорить, — с тревогой добавила Е Эрсао.

— Всё в порядке. Ведите себя как обычно. Чем больше вы напрягаетесь, тем хуже ему будет.

Если все будут вести себя естественно, он постепенно забудет об этом, — успокоил их Е Лаода.

Е Лаотайтай, выслушав старшего сына, кивнула и строго сказала:

— Посмотрела я на вас за ужином. При Лаосы я постеснялась говорить, но даже мне хотелось встать и уйти.

Завтра все ведите себя нормально!

Все согласно закивали.

— С семьёй ещё ладно. Лаоэр с женой впервые увидели Лаосы после случившегося, поэтому неловкость неизбежна. Через пару дней всё наладится.

Но самое неприятное — это деревенские сплетни.

Когда мы сегодня возвращались, у въезда в деревню уже слышались пересуды, — вздохнула Е Дасао.

Услышав это, семья переглянулась и замолчала.

Как говорится, людская молва страшна.

Особенно в деревне, где любая новость быстро становится известна всем, обрастая при этом невероятными подробностями.

Но рот людям не закроешь.

К тому же, чем больше пытаешься оправдаться, тем сильнее разгораются слухи.

— Лаосы уже не ребёнок. Настоящий мужчина должен стойко переносить такие вещи, — сказала Е Лаотайтай, хотя в голосе её звучала тревога.

Она повернулась к жене Лаосана: — Не может ли Лаосан найти для брата работу в городе?

— Матушка, мы уже думали об этом.

Лаосан даже договорился с хозяином мастерской, чтобы Лаосы мог поработать там подсобным рабочим.

Если найдётся что-то получже, он сможет уйти в любой момент.

Но Лаосы сам отказался, и мы не стали настаивать, — тоже вздохнула Е Саньсао.

— Матушка, не переживайте. Завтра я возьму Лаосы на охоту.

Мы уйдём рано утром и вернёмся поздно, так что вряд ли встретим кого-то из деревенских.

Заодно запаслись дичью и грибами на зиму, — сказал Е Лаода, беспокоясь о здоровье матери, которая недавно оправилась от болезни.

Кроме того, Е Лаода надеялся добыть ещё несколько хороших шкур, чтобы отправить их в дом Цинь.

Долг перед семьёй Цинь рос, и это вызывало у него лёгкую тревогу.

— Это хорошая идея, — после раздумий согласилась Е Лаотайтай.

Охота поможет отвлечься.

Да и в горах редко встретишь людей.

Братья смогут поговорить по душам, и старший поддержит младшего. — Хорошо, тогда идите. Всё равно дома сидеть без дела.

Обсудив этот вопрос, все разошлись по своим комнатам.

Только тогда Е Дасао смогла проверить домашние вещи.

— Чего не хватает? — спросил Е Лаода, заходя в комнату и вытирая мокрые руки.

— Несколько кусков ткани, купленных в Тяньцзине, — с сожалением ответила Е Дасао. — Я хотела сохранить их, чтобы через пару лет сшить одежду для Тяньтянь!

— Теряя несколько кусков ткани, мы ещё легко отделались. Хорошо, что не оставили дома серебряные билеты и украшения.

Особенно нефритовую пластину, которую Цинь Сяоцзяоцзе подарил Тяньтянь. На ней же герб дома Цинь.

Если бы она пропала и это вызвало проблемы, нам бы несдобровать.

Е Дасао содрогнулась при этих словах.

Верно!

Лучше было сразу отказаться от подарка.

Их семья — простые крестьяне, и такие вещи лишь создают лишние переживания.

— Брат Цинь говорил, что даже если что-то потеряется, дом Цинь всё найдёт. Никто не посмеет продать вещи из дома Цинь или использовать их для плохих дел, — вдруг сказала Тяньтянь, уже уложенная в постель.

http://tl.rulate.ru/book/145030/7837756

(Ctrl + влево) Предыдущая глава   |    Оглавление    |   Следующая глава (Ctrl + вправо)

Обсуждение главы:

Еще никто не написал комментариев...
Чтобы оставлять комментарии Войдите или Зарегистрируйтесь

Инструменты
Настройки

Готово:

100.00% КП = 1.0

Скачать как .txt файл
Скачать как .fb2 файл
Скачать как .docx файл
Скачать как .pdf файл
Ссылка на эту страницу
Оглавление перевода
Интерфейс перевода