Утром, увидев, как тот выходит из кареты, Цзян Чжунъю замер от волнения, боясь проявить неуважение к почтенному господину.
Но, к его удивлению, мастерство Е Дасао оказалось настолько великолепным, что покорило даже этого видавшего виды старого Юаньвая!
— Подождите немного, я сейчас схожу и спрошу, — сказал Цзян Чжунъю, вставая и быстро направляясь к кухне.
Ранее он был крайне недоволен тем, что Е Хуа самовольно приняла решение.
После ссоры с женой он больше не вмешивался в эти дела.
Поэтому до сих пор он не знал, кто же этот таинственный повар.
Но, попробовав столько блюд, Цзян Чжунъю предположил, что это должен быть опытный мастер с превосходными навыками.
Он и мечтать не смел об императорском поваре, но, возможно, это был повар, вернувшийся из столицы на покой и изредка принимающий заказы.
Войдя в кухню, Цзян Чжунъю огляделся, сразу пропустив взглядом Е Дасао и Е Саньсао, приняв их за помощниц.
Но, кроме них, в кухне никого не было, тем более того пожилого мастера, которого он представлял.
Цзян Чжунъю уже выпил немало, и теперь, выйдя на ветер, почувствовал, как голова пошла кругом.
Стоя у двери кухни, он высокомерно спросил:
— Где ваш главный повар?
Е Саньсао повернулась к нему, решив, что это один из гостей, и, видя, что он пьян, насторожилась:
— Кто вы такой? Что вам нужно от повара?
— Я пришёл спросить, какие ещё будут блюда! Почему так медленно? — заплетающимся языком произнёс Цзян Чжунъю.
Услышав, что он просто торопит с подачей, а не жалуется, Е Саньсао расслабилась.
Она указала на Е Дасао, которая в этот момент аккуратно раскладывала блюдо:
— Моя старшая невестка — главный повар. Следующие два блюда уже готовятся, скоро подадим.
Цзян Чжунъю посмотрел в указанном направлении и увидел женщину лет тридцати с чем-то, стоящую к нему спиной.
Он громко фыркнул:
— Я спрашиваю про шеф-повара, а не про помощницу!
Неужели ты хочешь сказать, что все сегодняшние блюда приготовила она?
Если у неё такие способности, я… я…
Он долго не мог закончить фразу, бессмысленно озираясь по сторонам, пока наконец не ткнул пальцем в печь:
— Тогда я съем всю золу из печи, даже не запивая!
Е Саньсао едва сдержала смех, успокаивая его:
— Ладно, ладно, идите обратно, скоро подадим.
— Я не пойду! — Цзян Чжунъю уже забыл, зачем пришёл. — Я не уйду, пока не увижу шеф-повара!
В этот момент вошла подавальщица и спросила:
— Е Дасао, следующие блюда готовы? Все ждут!
Она часто подрабатывала на подобных мероприятиях, но впервые видела, чтобы блюда съедали быстрее, чем успевали подавать.
Заметив Цзян Чжунъю, она удивилась:
— Ой, да ты же тесть! Почему не сидишь с зятем и гостями, а тут болтаешься?
Е Саньсао, узнав, что этот пьяница — муж Е Хуа и хозяин дома, обрадовалась, что не наговорила лишнего.
Иначе они могли бы остаться без оплаты за сегодняшнюю работу.
Подавальщица попыталась уговорить Цзян Чжунъю вернуться, но он упёрся и продолжал требовать шеф-повара.
Е Дасао, закончив раскладывать блюда, подошла и предложила:
— Он пьян, давайте я приготовлю ему похмельный отвар.
Подавальщица взяла тарелки:
— Я отнесу эти блюда и позову его жену. Пусть она разбирается.
Вскоре прибежала Е Хуа.
Она застала мужа, который ходил за Е Дасао по пятам и бормотал:
— Ты говоришь, что ты шеф-повар? Кто это подтвердит? Ты приготовила все сегодняшние блюда?
Не верю! Тебе максимум тридцать с чем-то. У кого ты училась? Ведь такие вещи передают только мужчинам!
Е Хуа чуть не упала в обморок от злости, схватила его и потянула к выходу.
— Сяо Хуа-гу, не торопитесь, — успокоила её Е Дасао, подавая чашку с отваром. — Дайте дяде выпить это, пусть посидит, скоро пройдёт.
Е Хуа, хоть и злилась, помешала отвар и подула на него, чтобы остудить.
Она извинилась перед Е Дасао:
— Мой такой — выпьет и забывает, как его зовут. Если он что-то грубое сказал, не обращайте внимания.
— Что вы, Сяо Хуа-гу, — ответила Е Дасао. — Пьяному что в лоб, что по лбу. Я же не стану всерьёз воспринимать.
Проверив, что отвар остудился, Е Хуа заставила мужа выпить его залпом.
Цзян Чжунъю облизнулся и пробормотал:
— А что это был за отвар? Вкусный…
Е Хуа была так зла, что не хотела с ним разговаривать.
Он и не требовал ответа, просто продолжал говорить без остановки.
Но вскоре похмельный суп подействовал, и Цзян Чжунъю постепенно протрезвел.
Он смутно помнил, что только что делал, и, подняв глаза на хмурую Е Хуа, сразу же почувствовал себя виноватым:
— Меня там напоили, я немного перебрал… И знаешь, этот похмельный суп, который приготовила эта повариха, действительно помогает…
Цзян Чжунъю вдруг хлопнул себя по лбу и, осенившись идеей, обратился к Е Дасао:
— Твой похмельный суп такой вкусный и полезный, зачем тебе ходить по чужим домам и работать помощницей? Это тяжело и денег приносит мало. Ты могла бы просто сварить большой котёл похмельного супа и каждую ночь продавать его в тех районах столицы, где много кабаков, и точно разбогатеешь!
Е Хуа больше не могла сдерживаться и шлёпнула Цзян Чжунъю по лбу:
— Ты не пьян, ты просто мозги пропил! С её кулинарным мастерством она может заработать на чём угодно, зачем ей продавать похмельный суп!
Цзян Чжунъю становился всё трезвее. Услышав слова жены, он удивлённо расширил глаза, полуоткрыл рот и медленно, как заржавевшая ось, повернулся к Е Дасао, заплетаясь языком:
— Ты… ты о ком? Ты говоришь, что все сегодняшние блюда приготовила она?
— А кто ещё? Ты что ли? Тебе бы такое и не снилось! — продолжала ругать его Е Хуа. — Ты уже протрезвел? Если да, то быстрее возвращайся, хватит позориться.
Цзян Чжунъю, словно шатаясь по вате, вернулся в главный зал.
За столом, увидев его возвращение, один из родственников начал подшучивать:
— Ты с женой туда-сюда ходил так долго, чем занимался?
— Отстань! — Цзян Чжунъю сел, едва не опрокинув стул.
Все за столом удивились:
— Что с ним? Вернулся и будто не в себе.
— Я только что видел главного повара на кухне, — медленно произнёс Цзян Чжунъю. — Оказалось, это женщина лет тридцати, а я сначала думал, что она помощница!
Цзян Юаньвай, услышав, что главный повар — женщина, замер с куском свинины в руках:
— Чжунъю, когда все закончат есть, ты обязательно должен познакомить меня с этим поваром.
— Дядя, вы тоже хотите устроить банкет? — спросил Цзян Чжунъю, почесав голову и подумав, что в его семье в последнее время не было никаких торжеств. Да и на похороны никто заранее не планирует.
http://tl.rulate.ru/book/145030/7837594
Готово:
