— Но публикация в газетах — это уже прошлое, сейчас всё сразу публикуют в официальном блоге в Weibo, — сказала Мэй Чжэн, почти шёпотом, наклонившись к уху Ду Цзинмо.
Она сама прошла через это в молодости.
Иначе она бы не сказала, что лучше просто заниматься пандами и жить спокойно.
— Понятно, — ответила Ду Цзинмо.
Она совсем не удивилась. Она уже давно не была наивной студенткой: раньше она работала в шоу-бизнесе, где все отношения и ресурсы строились на выгоде, и это было слишком очевидно.
— Но мне правда хочется участвовать в этой спасательной команде, потому что там действительно помогают раненым пандам, — Ду Цзинмо посмотрела на Мэй Чжэн серьёзно.
Всё остальное не важно. У неё есть особый дар: она умеет читать мысли панд, и, возможно, это знак свыше, что она должна заниматься именно этим.
Она пробовала, но не могла прочитать мысли соседского пса по кличке Хуан.
Несколько раз она смотрела ему в глаза, но не получала никакой информации.
Также она не могла прочитать мысли Сян Бяо из мясной лавки или ягнёнка, ожидавшего своей участи рядом с прилавком.
Хорошо, что она не могла их читать. Иначе как бы она ела говядину?
— Ты добрая и умная, Су Мэй тебе повезло, — Мэй Чжэн резко сменила тему.
— Разве мы не собирались навестить Син Лэ? Давай пойдём сейчас, малыши уже спят, я справлюсь сама, — Ду Цзинмо вздохнула, чувствуя неловкость. На работе такие разговоры с Мэй Чжэн вызывали у неё внутренний диссонанс.
В её глазах Мэй Чжэн была уважаемым и опытным смотрителем, на которого она равнялась, стремясь стать таким же профессионалом.
Но когда Мэй Чжэн упоминала бабушку, Ду Цзинмо чувствовала себя не опытным смотрителем, а маленьким ребёнком, играющим в песочнице.
— Хорошо, как только я вернусь от Син Лэ, ты сразу сможешь пойти в столовую, — Мэй Чжэн посмотрела на солнце: было уже почти одиннадцать.
Она уйдёт на сорок пятьдесят минут, а потом Ду Цзинмо сможет поесть.
Ничего не помешает.
После ухода Мэй Чжэн Ду Цзинмо осталась наблюдать за малышами на территории детского сада.
[О чём вы только что говорили?] — с дерева донёсся внутренний голос Сиси.
Ду Цзинмо подняла голову и увидела, как Сиси выглядывает из-за ветки, явно заинтересованная и любопытная.
Когда Мэй Чжэн наклонилась к её уху и заговорила шёпотом, Ду Цзинмо тоже понизила голос.
Потом, когда она снова заговорила в обычном тоне и упомянула Син Лэ, Сиси, вероятно, заинтересовалась, что именно она сказала.
Когда дело касалось Син Лэ, Сиси всегда проявляла особый интерес.
— О чём мы говорили? Угадай, — Ду Цзинмо посмотрела на Сиси и подняла бровь.
Панде всего год, а уже такая любознательная.
Пусть попробует угадать, сможет ли понять.
Сиси почесала голову, пытаясь угадать.
[Может, вы обсуждали, как добавить еды Син Лэ?]
[Если дадите больше еды Син Лэ, то и мне тоже! Нельзя несправедливо, нельзя выделять кого-то одного,] — Сиси смело высказала предположение и добавила уточнение.
Ду Цзинмо спокойно покачала головой.
Разве можно было обсуждать добавку еды шёпотом?
[Тогда, может, вы говорили о новой игрушке для Син Лэ?]
[Если дадите новую игрушку Син Лэ, то и мне тоже! Я хочу такую же!!!] — Сиси угадывала всё увереннее.
Ду Цзинмо рассмеялась. Действительно, малышка.
Как бы ни старалась, всё сводилось к этим двум вещам.
— Нет, это не то. Мы говорили о человеческих делах, которые не касаются вас, панд, — Ду Цзинмо сказала прямо, чтобы не мучить малышку.
[OAO] — Сиси замолчала.
Она сосредоточенно смотрела на смотрителя, словно на дереве не было ничего интереснее.
[Почему я панда?] — Сиси почесала голову.
— Эй, ты вообще знаешь, что ты панда? — Ду Цзинмо улыбнулась.
Боже.
Как Сиси осознаёт, что она панда?
У неё есть самосознание?
— Разве быть пандой плохо? Ты знаешь, сколько людей мечтают быть тобой, сколько хотят переродиться пандой в следующей жизни.
Ты счастливица, Сиси, — Ду Цзинмо не задумывалась, насколько сложно это понять малышке, но она уже сказала.
Спроси любого на улице, кто не хотел бы стать пандой?
Наверное, из ста человек восемьдесят согласились бы.
[Дайте мне миску молока, и я буду ещё счастливее,] — Сиси тут же высказала желание.
Ду Цзинмо промолчала.
Настоящий маленький тролль.
Но, похоже, это говорило о том, что у Сиси довольно гибкое мышление для панды её возраста.
[Это ты сказала, что мы с Син Лэ — две панды,] — Сиси наконец осознала это, растерянно.
— Да, это я сказала, — Ду Цзинмо кивнула.
Вот как.
Она с детства задавалась вопросом: знают ли кошки, что собаки — это собаки, а собаки знают, что кошки — это кошки?
Или, например, знают ли волки, что зайцы — это зайцы, а зайцы знают, что волки — это волки?
Наверное, знают.
— Цзайцзай, спускайся, у меня есть пампушки.
Иди сюда, иди сюда, иди сюда, иди сюда. Ты же только что упала? Я хочу тебя утешить, чтобы потом не злилась на меня, — Чжан Шэн стоял у дерева на базе, держа только что приготовленные пампушки, специально чтобы угодить Сиси.
Он звал свою капризную малышку, которая сидела на дереве, и не мог понять, что она там находит интересного.
— Иди сюда, иди сюда, иди сюда, иди сюда.
Эй? Зачем я вообще трачу столько слов? — Чжан Шэн продолжал говорить, одновременно размышляя о своей многословности.
http://tl.rulate.ru/book/144891/7705131
Готово:
