Для людей кровь и плоть — естественная пища.
Но для демонов это всё равно что жевать траву и цветы.
Кроме того, Вэньюэдань не демон, почему же она вдруг стала пить кровь и есть человеческую плоть?
Да, Вэньюэдань, которую схватил Янькэ, не демон.
Среди своих кровь распознаёт своих.
Даже если злой дух возродится в человеческом облике, запах крови его рода не изменится.
Сегодня, пока горожане спорили с чиновниками, Лоча тайком попробовал немного крови Вэньюэдань.
Это был запах человеческой крови, а не его сородича.
Но.
Он не посмел сказать об этом, не посмел вмешаться, потому что именно он должен был быть схвачен Янькэ как демон.
Этой ночью, перед сном, Лоча лежал на полу, ворочаясь с боку на бок.
Когда пробил полночный час, он наконец сел и задал вопрос, который мучил его весь день:
— Чжуша, ты знаешь, как Тайидао поступает с демонами?
Из-за ширмы тихо прозвучал ответ:
— Убивают. Её душу уничтожат Мечом Небесного Владыки, а тело бросят в печь и сожгут дотла.
Вот так расправа: уничтожить и тело, и душу.
Лоча сжался от боли и глухо спросил:
— А если женщина, которую сегодня схватили в усадьбе Се, не демон? Если она попадёт в Чанъань, её тоже так уничтожат?
Чжуша ответила:
— Эрлан, когда я была в Чанъане, часто слышала о Тайидао. Они никогда не ошибались в поимке демонов. Если мастер Янькэ говорит, что Вэньюэдань — демон, значит, она демон.
Из Бяньчжоу по воде до Чанъаня двадцать дней пути.
И через двадцать дней жизнь несчастной женщины навсегда исчезнет из этого мира.
Никто не узнает о её невиновности, никто не узнает, что она не демон.
Лоча почувствовал тяжесть в груди, отодвинул мешающую ширму и, глядя на тень на кровати, медленно и твёрдо произнёс:
— Чжуша, но она действительно не демон…
Долгое время в комнате стояла тишина, лишь с кровати доносились лёгкие шорохи.
Внезапно Чжуша, держа в руках подсвечник, босиком подошла к нему и посмотрела прямо в глаза:
— Эрлан, почему ты говоришь, что она не демон?
Свет свечи колебался от дуновения ветра, и лицо Чжуши то становилось чётким, то размывалось.
Без причины Лоча вспомнил ругательства, которые слышал сегодня на рынке.
Люди проклинали злых духов, называя их бессердечными и заслуживающими смерти.
Кто-то даже требовал пойти в управление начальника области, чтобы тот приказал отправить в Чанъань и казнить годовалого сына Вэньюэдань.
Он стоял среди них, растерянно озираясь.
Оказывается, люди так ненавидят демонов…
На вопрос Чжуши Лоча смущённо опустил голову, не смея смотреть ей в глаза:
— Просто я подумал, что мастер Янькэ говорит и действует как-то странно, и заподозрил, что Вэньюэдань, возможно, не демон. Ложись спать, наверное, я просто слишком много думаю.
Сказав это, он сразу же лёг и накрылся одеялом, притворившись спящим.
Шаги Чжуши затихли, но её слова долго звучали в его сердце:
— Если она не демон, то погибнет напрасно…
Этой ночью Лоча увидел сон о своём последнем дне в горах Ишань перед тем, как спуститься в мир людей.
Мать, зная, что он уходит, была безутешна:
— Люди ненавидят демонов, ты ни в коем случае не должен раскрывать свою сущность. Мать родила тебя с трудом, вырастила с ещё большим трудом. Если тебя схватят и отправят в Тайидао, мы сможем лишь смотреть, как ты умрёшь от меча Цзицзин.
Тогда он спросил, кто такая Цзицзин.
Мать с печалью посмотрела в сторону гор:
— Это моя бывшая подруга. Десять лет назад её двое самых близких и все её ученики погибли в войне между людьми и демонами. В тот день, когда мы с твоим отцом покинули Чанъань и вернулись в горы Ишань, чтобы укрыться, она пришла проводить нас с Мечом Небесного Владыки в руках.
Когда-то они были близкими друзьями, но в последний раз встретились как враги.
Цзицзин, одетая в траурные белые одежды, спокойно сказала им:
— Тридцать первый Небесный Учитель Тайидао Цзигуанхоу умер вчера. Теперь перед вами стоит тридцать второй Небесный Учитель Тайидао Цзицзин. Лои, Цзинь Хэ, если когда-нибудь я узнаю, что любой из клана Великих Призраков появится в Далине, этот Меч Небесного Владыки станет их последним пристанищем.
— Мы не смеем винить её, — сказала мать, что редко плакала, но в тот день её глаза покраснели от слёз. — Её старшая сестра погибла вместе с Чи Фаном, и даже тела её не нашли. Её отец, страдая от воздействия Искусства захвата душ, покончил с собой перед её глазами. Не говоря уже о всех её учениках, которые погибли, оставив её одну поддерживать Тайидао.
Они не смели винить её в жестокости, в отсутствии сострадания.
Ведь вина была на них.
— Хотя я и твой отец всегда поддерживали Тайидао, но кровная месть — это то, что невозможно забыть… — В конце мать попросила его запомнить одну вещь: — Эрлан, в любое время ты должен помнить. Ты демон, и мир тебя не примет.
Как только его сущность будет раскрыта, Тайидао пройдёт каждый уголок Далина, чтобы найти каждого демона, осмелившегося спуститься в мир людей.
Меч, висящий у ворот храма, уничтожит всё, что связано с демонами.
После слов матери Лоча почувствовал страх.
Когда пришёл отец, он с горечью спросил:
— Батюшка, я не хочу спускаться в мир людей.
Отец похлопал его по плечу, наполовину утешая, наполовину ободряя:
— Ты с детства живёшь в горах Ишань и никогда не спускался вниз. Твоя мать боится, что ты будешь поступать безрассудно, вмешиваться в дела людей, раскроешь свою сущность, поэтому намеренно преувеличивает. Цзицзин страшна, но если ты не будешь лезть в чужие дела, спокойно отправишься в Юнчжоу, старший брат встретит тебя. Скажи мне, разве старший брат, который уже пять лет живёт среди людей, когда-нибудь попадал в беду?
Лоча хотел возразить, что Лоцзин — следующий король демонов гор Ишань, который мечтает стать королём всех демонов.
Если Лоцзин не поедет в Юнчжоу, разве клан Великих Призраков легко примет его?
К тому же, перед отъездом Лоцзин сказал, что собирается расторгнуть помолвку с невестой Цинянцзы.
Его поход в мир людей был лишним делом.
А для Лоцзина это было необходимостью из-за множества важных дел.
На кровати Чжуша дышала ровно, а Лоча на полу ворочался и вздыхал.
Стоит ли ему вмешиваться в это дело?
http://tl.rulate.ru/book/144713/7652042
Готово:
