Обычно в это время она уже читала бы книгу, наслаждаясь ночным перекусом и беседуя с Чжэньчжу и Фэйцуй. Такие прекрасные дни остались в прошлом уже больше месяца.
— Я слышал, ты сегодня навещала их, — Канси, заметив, что Вэньшань снова задумалась, не спеша перевернул страницу книги и спросил.
Вэньшань ничуть не удивилась, что Канси об этом знал, и лишь кивнула:
— Чэньце была любопытна и решила навестить их.
— Ну и как?
Услышав вопрос, Вэньшань сразу оживилась. Она сидела напротив Канси, но теперь выпрямилась и с энтузиазмом наклонилась вперёд:
— Все они молодые, свежие и красивые. Ванши тихая и спокойная, Гуаэрцзяши живая и очаровательная. Чэньце считает, что обе прекрасны.
Её лицо явно говорило:
— Император, поспешите увидеть этих красавиц!
Канси, не поднимая головы, лишь произнёс:
— Ага.
Вэньшань надула губы и снова поникла.
Канси, увидев её расстроенное лицо, с трудом сдержал улыбку. Вэньшань всегда была такой — не могла до конца скрыть эмоции, всё читалось у неё на лице.
Изначально Канси вызвал её, чтобы подразнить, но после нескольких дней, проведённых вместе, ему стало по-настоящему комфортно с ней. Вэньшань была уравновешенной, он никогда не видел, чтобы она с кем-то ссорилась. К тому же она оставалась искренней и простодушной — из тех, кого Канси понимал с первого взгляда.
Раньше он считал её спокойный характер скучным, но именно во время южного инспекционного тура, когда у него появилась возможность чаще быть с ней наедине, он начал ощущать её особую прелесть.
И всё больше любил её дразнить.
Когда она злилась, то напоминала взъерошенную кошку, причём такую, что даже не пыталась царапаться, а лишь тихо дулась.
Вэньшань же пока не знала, что Канси начал смотреть на неё сквозь розовые очки. Узнай она об этом — наверняка испугалась бы до смерти и потрогала бы его лоб, проверяя, не заболел ли он.
Тем временем в боковом зале братья Иньчжэнь и Иньсы тоже были заняты мыслями. Поскольку они находились вдали от дворца, жить было не так удобно, и Иньчжэнь с Иньсы делили одну комнату.
Иньсы всё ещё мрачно дописывал оставшиеся строки, а Иньчжэнь, сидя рядом, уже не мог сосредоточиться на чтении.
Иньсы, взглянув на его лицо, понял: тот беспокоился за матушку. Во дворце все хвалили Иньсы за ум, но лишь он сам знал, что старший брат был куда проницательнее.
Благодаря прошлому опыту Иньсы, как ни скрывал, всё равно казался умнее сверстников. Иньчжэнь же, будучи настоящим шестилетним ребёнком, обладал не по годам развитым умом.
И притом не выставлял это напоказ.
Чем дольше Иньсы общался с Иньчжэнем, тем больше убеждался: в прошлой жизни он проиграл не зря.
Никто не сумел разгадать старшего брата.
— Брат, не тревожься за матушку, император-отец не причинит ей вреда, — не поднимая головы, пробормотал Иньсы, дописывая задание.
Судя по всему, император-отец действительно увлёкся матушкой, и теперь был на пике интереса — потому все прежние «нарушения» превратились в забаву.
Иньчжэнь, конечно, заметил необычное поведение Канси. Матушка всегда оставалась незаметной в его глазах, и внезапное внимание выглядело подозрительно.
Иньсы наконец закончил переписывать «Предисловие к собранию стихов из Павильона Орхидей» и, размяв руку, подошёл к столу, налил воды. В комнате не было слуг — только они двое.
Иньчжэнь вздохнул:
— Знаю.
— Но матушка не рада.
Иньчжэнь ясно видел: Вэньшань искренне не интересовалась вниманием императора. Это не было кокетством — лишь подлинное сопротивление.
Его любовь стала для неё обузой. Учитывая её происхождение и благосклонность старших родственников, она могла бы прожить во дворце спокойно, если б не совершила измены. Теперь, воспитывая его с младшим братом, она обеспечила будущее. В такой ситуации внимание императора оказалось бесполезным.
И даже опасным.
Но главное — матушка действительно не радовалась.
За последнее время Иньчжэнь слышал её вздохи чаще, чем за все предыдущие годы вместе.
— Нужно придумать, как отвлечь императора-отца от матушки, — после паузы сказал Иньчжэнь.
Иньсы согласился:
— У меня есть идея. Послушай, подойдёт ли.
...
На следующее утро, едва Вэньшань помогла Канси одеться, она поспешила проводить его. Чжэньчжу вошла с водой и с улыбкой сказала:
— Госпожа, умойтесь сначала.
После умывания Вэньшань спросила, проснулись ли Иньчжэнь и Иньсы. Чжэньчжу ответила: принцы уже встали и ушли купить местные угощения, чтобы порадовать её.
Как же приятна сыновняя забота!
Вскоре Иньчжэнь и Иньсы вернулись. Увидев усталость Вэньшань, Иньсы сказал:
— Матушка, сегодня вечером император-отец, скорее всего, не придёт. Можете расслабиться.
Вэньшань оживилась:
— Что случилось?
Иньсы и Иньчжэнь переглянулись и загадочно покачали пальцами:
— У нас свои секреты.
Иньчжэнь положил ей сяолунбао:
— Матушка, сначала поешьте. Не волнуйтесь.
Раз они так уверены, Вэньшань успокоилась.
И действительно, тем вечером Канси не пришёл.
Наутро объявили указ: Ванши пожаловали титул Благородной госпожи Ми.
Вэньшань поразилась — старт оказался необычайно высоким.
http://tl.rulate.ru/book/144711/7654072
Готово:
