Она дождалась, пока масло в котле разогреется, сначала положила ложку соли, размешала её в масле, и только потом аккуратно опустила в котёл большие толстые куски тофу.
Кусочки тофу попали в масло, пузырьки поднялись, зашипели, и аромат начал распространяться повсюду. Когда обе стороны подрумянились и тофу затвердел, она вынула его большой железной лопаткой и разложила на бамбуковом подносе, чтобы стекло лишнее масло.
Масла осталось ещё много. Цзян Цинлань зачерпнула половину, обжарила в нём ломтики имбиря, добавила немного бобовой пасты, а затем вывалила в котёл кусочки белой редьки, кочерыжки пекинской капусты и нарезанные грибы.
Последним шагом было добавление воды. Когда вода закипела и блюдо потомилось достаточно долго, она наконец добавила замоченную заранее фунчозу.
Но на этом всё не закончилось.
Остатки масла, в котором жарился тофу, она поставила на маленькую печь, чтобы разогреть. Твёрдо держа ложку, она аккуратно поливала тушёные овощи горячим маслом.
Шипение раздавалось снова и снова, когда масло попадало в котёл.
Ого! В тушёных овощах оказались редька и капуста, источающие свежий аромат, грибы с насыщенным вкусом и золотистый жареный тофу, наполненный бобовой сладостью.
А теперь, когда блюдо ещё раз обдали горячим маслом, аромат разнёсся по всему двору, добавив ещё один слой к этому богатому букету.
Цзян Цинлань налила миску и протянула её:
— Госпожа, попробуете?
Сначала Ван Хуэйнян немного беспокоилась, но потом, почувствовав аромат, у неё слюнки потекли, и она уже не думала ни о чём, кроме как поскорее набрать себе порцию.
Первым делом она попробовала тофу. Жареный тофу был мягким, снаружи покрыт хрустящей корочкой, а внутри — пористой структурой, вобравшей в себя сочный, солоноватый, ароматный и насыщенный бульон. Такой маленький кусочек, а по вкусу напоминал тушёную свинину!
Потом она попробовала капусту и редьку. Удивительно, но эти обычные овощи совсем не казались пресными. Фунчоза разварилась и впитала все вкусы, тая во рту и оставляя после себя приятное послевкусие.
Цзян Цинлань наложила ещё полмиски риса:
— Госпожа, попробуйте залить рис бульоном от тушёных овощей.
Бульон был коричневато-жёлтым, немного клейким из-за крахмала от фунчозы, и как только рис попал в него, он сразу же пропитался.
Ван Хуэйнян осторожно отхлебнула, её глаза загорелись, и она быстро доела всё, что было в миске, тихо пробормотав:
— Боже, даже император с императрицей, наверное, не ели такой вкусной постной еды.
Цзян Цинлань тут же спросила:
— Тогда насчёт моей платы?
Ван Хуэйнян тут же потянулась за ещё одной порцией риса и тушёных овощей:
— Выплачу! Сегодня же!
Увидев, что другие поварихи стоят в растерянности, она добавила:
— Не волнуйтесь, сегодня все получат плату. А теперь давайте есть, а то если этих котлов не хватит, придётся готовить ещё.
Поварихи, увидев, с каким аппетитом Ван Хуэйнян ела, тут же потянулись за порциями от Цзян Цинлань. Только Цянь Нянцзы наложила себе из своего котла.
Одна из женщин доброжелательно сказала:
— Попробуй у Цзян Нянцзы, правда вкусно.
Цянь Нянцзы раньше работала в известной лавке рыбного супа «Тётушки Сун» и считала себя выше других.
Теперь, когда её затмили, она внутренне закипела от злости, но на лице сохранила улыбку:
— Я люблю своё.
В полдень началась раздача постной еды. Верующие выстроились в очередь во дворе, монахи раздавали рис, овощи и следили за порядком, всё шло гладко.
Се Лаофужэнь была почётной гостьей, но в знак благочестия ела из того же котла, что и простолюдины с нищими.
Впрочем, ей не пришлось стоять в очереди — молодой монах принёс две порции и почтительно отнёс их в павильон Минъинь.
Монах часто обслуживал знатных гостей и был очень сообразительным.
Бесплатная постная еда редко нравилась аристократам, но из-за благочестия они не могли отказаться или оставить её. Поэтому для таких гостей он всегда накладывал лишь половину порции.
Се Лаофужэнь уже немного наелась весенних рулетиков, но, получив постную еду, всё же принялась есть.
Се Линьчуань всё ещё резвился во дворе, пиная камешек, то подбрасывая его, то ударяя с разворота, демонстрируя ловкость и грацию. Камень будто прилип к нему, подчиняясь каждому движению.
Се Лаофужэнь позвала его:
— Саньлан, разве тебе не больно? Иди скорее, поешь.
Се Линьчуань знал, что надо хоть немного попробовать. Только он сел и взял миску, как бабушка воскликнула:
— Ой, сегодня постная еда какая-то необычная!
Он откусил пару раз — и правда, что-то другое.
Он был привередлив к еде, даже некоторые блюда из «Башни Фэнлэ» ему не нравились. В прошлые годы он просто проглатывал постную еду, не разбирая вкуса. Но в этом году он вдруг почувствовал в ней аромат тушёной рыбы и жареной баранины!
Се Лаофужэнь доела и, немного смутившись, сказала монаху у двери:
— Молодой мастер, можно ещё немного постной еды?
Это было действительно неловко, ведь обычным людям полагалась только одна порция.
Но Се Лаофужэнь была не обычным человеком, а тем, кто жертвовал храму Цзяньлунсы больше всех.
Монах принёс ещё две полных порции, причём для Се Линьчуаня добавил побольше.
Тому только того и надо было.
Миски опустели, и хотя Се Лаофужэнь ещё хотела есть, её живот уже не вмещал больше. Раздражённая, она шлёпнула внука по руке:
— Вот видишь, зачем ты меня кормил этими рулетиками? Теперь места не осталось!
Се Линьчуань:
— ...
http://tl.rulate.ru/book/144607/7656656
Готово:
