Гао Шао-цзун уловил в голосе Чэнь Юня нотки уважения и не удивился. У неё действительно были истинные таланты, она была умна и добра, заслужить уважение было для неё естественным.
Она хотела обвинить Ли Ляня, вероятно, не желая, чтобы он был похоронен с чистыми руками в гробнице князя Лин, а также из-за своей мачехи и сводной сестры. Если Ли Ляня осудят, его прошлые преступления также не смогут остаться в тени. Старые дела всплывут, и Люши тоже не избежит последствий. Но даже если это затронет маркиза Пинъян, она, похоже, не остановится…
Неизвестно, чем она займётся после завершения дел в доме маркиза Пинъян.
В занятости всё ещё можно терпеть, но в моменты покоя она часто надеялась, что будет, как в Линьчжоу, когда та была рядом, разделяя еду и постель…
Гао Шао-цзун слегка прикрыл глаза, сдерживая поднимающуюся тоску, убрал со стола две стрелы и, встав, приказал Чэнь Юню:
— Дела на Северной Окраине не терпят отлагательств, прошу вас, господин, разделить со мной тяготы и отправиться в путь этой же ночью.
Чэнь Юнь согласился, но перед тем, как уйти, не удержался и спросил:
— А что насчёт матушки-госпожи?
Гао Шао-цзун не ответил, лишь надеялся, что она получит его письмо, поймёт его чувства и осознает, что он не придаёт значения наследникам, и вернётся на Северную Окраину. Если она не приедет, как только дела там утихнут, он сам отправится в Ланьтянь, чтобы забрать её.
— Отправляемся.
Чэнь Юнь вздохнул и лишь ответил:
— Матушка-госпожа после возвращения в Линьчжоу направилась в Ланьтянь, но не зашла к маркизу Пинцзину. Видимо, она не питает к нему чувств. Когда дела на Северной Окраине утихнут, мы с господином отправимся за ней, чтобы вернуть её на Север.
Гао Шао-цзун вышел из кабинета, взял поводья, его лицо было холодным, как вода:
— Она и Лу Цичан — это прошлое, больше между ними ничего нет. Впредь не упоминайте об этом.
Чэнь Юнь замолчал, поклонился и удалился, подняв полу халата, сел в экипаж сзади.
Гао Шао-цзун взобрался на коня и приказал своим телохранителям Гао Юню и Гао Хайю:
— Следите за Юань Цзи. Если он спокойно вернётся домой, тайно оберегайте его. Если же он проявит неверность и попытается передать список наших агентов в столице другим, убейте на месте.
Двое тихо согласились, скрылись в лесу и направились в Лоян.
Донесения из столицы попали в руки Цянь Бо уже к вечеру. Услышав, как Чжан Цин докладывает внутри, он не вошёл, а остался ждать снаружи.
Увидев, как Цянь Лю несёт поднос с лекарством, он подумал и сказал:
— Неси обратно, согрей его.
Цянь Лю был не слишком сообразительным, но за эти пять-шесть дней понял: когда матушка-госпожа отсутствует, лекарство почти невозможно вручить. То господин занят делами и не может отвлечься, то обсуждает дела с подчинёнными, то устал и хочет отдохнуть.
Он тут же спросил:
— Матушки-госпожи нет в доме?
Цянь Бо покачал головой. С тех пор как они находятся в Ланьтяне, матушка-госпожа уходит рано утром и возвращается поздно вечером, занятая делами.
Цянь Лю заглянул в кабинет и, ничего не увидев, унёс поднос обратно.
Цянь Бо остался у двери. Голос Чжан Цина внутри был едва слышен, но он и без того знал, что тот докладывает о делах матушки-госпожи.
— Какой это был юноша, что он говорил?
Чжан Цин почувствовал недовольство в голосе господина и поспешил ответить:
— Ему лет пятнадцать-шестнадцать. Шесть бродяг попытались отнять у него купленные булочки и лекарство. Юноша сначала пытался договориться, просил вернуть лекарство, но его не слушали. Он повторил просьбу три раза, а затем, не получив ответа, схватил молоток и бросился в атаку, убив двоих на месте.
Юноша был красив, и до этого он всем встречавшимся людям был доброжелателен, но его ярость испугала даже Чжан Цина. Особенно то, как он, убив людей, спокойно поднял лекарство, отряхнул грязь, очистил окровавленные булочки и ушёл. Это явно был не простой человек. Чжан Цин сомневаясь спросил:
— Матушка-госпожа тайно следовала за этим юношей две улицы. Возможно, это не простое дело. Может, мне стоит тайно разузнать о нём?
Лу Янь нахмурился:
— Она что, вмешалась, заговорила с ним?
Чжан Цин поспешно ответил:
— Нет, матушка-госпожа держалась на расстоянии. Позже она зашла в чайную, и когда я уходил, она всё ещё была там. Я буду осторожен, чтобы не привлечь её внимания.
Лу Янь опустил веки, его лицо стало мрачным:
— Ладно, следите за ней и защищайте, но не вмешивайтесь в её дела. Если что-то узнаете, сразу доложите.
Юноша, пусть и красив, был всего лишь пятнадцатилетним мальчишкой. Она вряд ли могла быть настолько бесчеловечной.
Он посмотрел на небо, его взгляд остановился на заходящем солнце, и, не увидев её возвращения, его брови покрылись инеем, а тени от ресниц стали гуще:
— Пойдите, пригласите её вернуться.
Чжан Цин заколебался. Дело не в том, что он не хотел подчиняться или боялся говорить с матушкой-госпожой, а в том, что за этот год он понял: когда матушка-госпожа выходит из дома, даже если он не понимает её намерений, она явно не просто гуляет и развлекается. Вмешиваться в её дела было бы неуважением. У господина не было серьёзных причин.
Взгляд сверху был тяжёлым, и Чжан Цин, скрепя сердце, согласился:
— А если матушка-госпожа откажется вернуться?
Лу Янь поиграл с куском персикового дерева в руке. Вчера в полдень он послал Чжан Цина позвать её, но она не вернулась, а вместо этого отправила этот кусок дерева с двумя следами зубов, намекая, что, если он не будет пить лекарство, его постигнет та же участь. Два ряда зубов были ровными, как ракушки, видно было, что она приложила силу. Но он был господином и пациентом. Разве можно не подчиниться приказу господина?
Лу Янь положил кисть, встал и лёг на кровать, закрыл глаза и спокойно сказал:
— Скажите, что у меня началось осложнение от раны, поднялась температура, я не могу пить лекарство, и мне нужен кто-то, кто накормит меня. Ваша матушка-госпожа должна вернуться.
Чжан Цин застыл, глядя на этот изысканный профиль, который затмевал горные ручьи, открыл рот и закрыл его, когда на него упал спокойный, но властный взгляд. Он поспешно согласился, поклонился и выбежал.
http://tl.rulate.ru/book/144521/7687843
Готово:
