С помощью прохожих Сун Лянь довела раненого до лечебницы и отвела его во внутренний двор. Он был худощавым и высоким, на голову выше её, и весь его вес давил ей на плечи. Едва поднявшись, она чуть не упала, спотыкаясь, но, беспокоясь о его ранах, не останавливалась для отдыха, пока врач не осмотрел раны и не сказал, что жизни ничего не угрожает. Только тогда она прислонилась к стене, чтобы перевести дух.
Врач перевязал раны, встал, собрал аптечку, сдержал себя и всё же поклонился:
— Рана не смертельна, но если она будет постоянно открываться, это приведёт к хроническим заболеваниям, что сильно навредит здоровью. С такими серьёзными ранениями вам нужно соблюдать покой.
Сун Лянь поспешила поблагодарить врача. Она была знакома с ранениями, но всё же внимательно расспросила о мерах предосторожности.
— Не допускайте попадания воды, соблюдайте лёгкую диету, избегайте продуктов, вызывающих воспаление, меняйте повязку каждый час, соблюдайте постельный режим, не допускайте повторного повреждения раны. Если рана на груди углубится хоть на волос, вы умрёте на месте. Это очень опасно. Если поднимется температура, снова позовите меня.
Сун Лянь всё запомнила, достала спрятанные деньги, заплатила врачу втрое больше и попросила уделить особое внимание. Аптекарю она дала золотую монету, попросив его следить за происходящим на улице. Мальчик сразу согласился, принёс лекарство, поклонился и ушёл. Сун Лянь села у кровати, глядя на его бледное, как снег, лицо и потрескавшиеся губы, и не смогла сдержать лёгкий упрёк:
— С такими ранами, даже если дело важное, рядом должен быть кто-то.
На её лбу выступил лёгкий пот, щёки покраснели, и рука, держащая чашу с лекарством, дрожала от усталости. Несколько раз она взмахивала рукой, чтобы удержать пальцы и поднести ложку к его губам. Даже в рваной одежде, с измазанным лицом, её яркие миндалевидные глаза невозможно было скрыть. Если бы она не сутулилась и не опускала голову, эта одежда не смогла бы скрыть её красоту.
Взгляд Лу Яня остановился на её слегка нахмуренных бровях, и он мягко спросил:
— Разве ты не оставила записку, что возвращаешься в Цзяньхуай? Почему ты спрашивала о регистрации в Ланьтяне и аренде жилья? Хочешь остаться здесь?
Сун Лянь сразу поняла, что он следил за ней. Обычно она была бы начеку, но сегодня настроение было настолько подавленным, что, гуляя по улице, она пыталась взбодриться, не обращая внимания на окружающих. Поэтому его внезапное падение, несмотря на ясное сознание, стало подозрительным. С одной стороны, раны действительно были серьёзными, с другой, он всегда был ясен, как луна, и вряд ли стал бы намеренно вызывать хаос.
— Что случилось?
Сун Лянь покачала головой, вспоминая увиденные раны. Кроме раны на плече и груди, на спине и руках были заживающие шрамы. Чаша с лекарством вдруг стала казаться неподъёмной. Сун Лянь опустила руку и смотрела на него в замешательстве. Поднять восстание было нелегко, а он был учёным. За этот год, даже без неё, он, должно быть, пережил много опасностей. Он был человеком спокойным и умиротворённым. Если бы он действительно ушёл в отставку и нашёл уединённое место, жил бы вольной жизнью, это было бы прекрасно. Но разве ему нравится такая жизнь в хаосе, где каждый день неизвестно, жив ты или мёртв?
Он взял чашу неповреждённой левой рукой и выпил лекарство до дна, его голос был мягким и спокойным:
— Даже если я ранен, это из-за того, что я не занимался боевыми искусствами с детства. Эти старые раны, небольшая цена за немного спокойствия жителей Цзяньхуай.
Когда он говорил о Цзяньхуае, его тёмные брови выражали искреннюю теплоту, как и в те времена, когда он погружался в каллиграфию и живопись. Сун Лянь немного успокоилась, тихо кивнула и достала кусочек засахаренного фрукта, протянув его ему. Это была её привычка, появившаяся после отъезда из столицы. Где бы она ни была, она всегда носила с собой что-нибудь съестное. Видя, что он не берёт, она сунула фрукт ему в рот, тихо сказав:
— Очень сладкий, А Янь, попробуй.
Персик был покрыт сахарной глазурью, и сладость растворилась во рту. Взгляд Лу Яня упал на три маленьких мешочки, и он понял, что, оказавшись в плену в столице, она, должно быть, много голодала. В его сердце возникла лёгкая боль. Боль отозвалась в ране, и Лу Янь с трудом подавил зуд в горле, его голос был мягким:
— В этом году в Цзяньхуае отменили накопленные долги и налоги. Весной люди начали расчищать пустоши, сколько смогли. В этом году дожди были хорошие, погода благоприятствовала, и весь Цзяньхуай теперь покрыт плодородными полями. Я могу гарантировать, что жители Цзяньхуая больше не будут голодать.
Сун Лянь с детства умела чувствовать добрые намерения. Она поняла, что спрятанные в рукаве запасы пищи заставили его переживать, и в её душе, как в тихой воде, появилась рябь. Ей стало немного неловко, и она снова спрятала мешочки в рукав:
— Если в Цзяньхуае нет срочных дел, А Янь, останься в Ланьтяне, чтобы вылечить раны. Когда я разберусь с личными делами, возможно, мы сможем вернуться в Цзяньхуай вместе.
Лу Янь откинулся назад, глядя на её лицо, его голос был мягким и спокойным:
— Если у вас есть дела, леди Сун, вы можете рассказать мне. Войска Цзяньхуая спаслись благодаря вашему уму. Я должен внести свой вклад в ваше дело.
Сун Лянь покачала головой. Она собиралась сделать это, избегая его внимания, и не хотела, чтобы он знал. За этот год в столице она действительно хотела убить своих родителей. Она убрала чашу с лекарством, тёплым полотенцем вытерла ему руки:
— Это мелочь, я справлюсь сама, А Янь, не беспокойся. Важно, чтобы ты выздоровел как можно скорее.
Её мягкие слова не смягчили холодную атмосферу в лечебнице. Температура вокруг упала на несколько градусов. Он взял полотенце неповреждённой левой рукой и сам вытер кровь. Его левая рука была такой же ловкой, как и правая. Его голос был спокойным, без тени эмоций:
— Если вы не хотите, чтобы я вмешивался в ваши личные дела, леди Сун, вы можете отправить письмо в Линьчжоу и попросить помощи у наследника Лань Цзе. Тогда вам не придётся страдать, стоя три часа на берегу реки, и вы не будете так часто хотеть броситься в воду, как будто река, ваш дом. Вы с Гао Лань Цзе близки, разве он не заслуживает того, чтобы вы доверили ему свою жизнь?
Сун Лянь уронила полотенце, подняла его, с трудом собралась с силами. Когда она узнала, что Лю Фу и Сун И избежали такой катастрофы и стали одними из немногих счастливчиков в столице, в её сердце вспыхнул огонь, который мог сжечь все внутренности. Несправедливость, обида, разочарование, она то винила несправедливость судьбы, то себя за невнимательность, и не могла не чувствовать безнадёжности. Где уж тут было обращать внимание на окружающих. Узнав, что он, несмотря на раны, сопровождал её так долго, она увидела, что его выражение лица было спокойным, как будто он действительно давал ей совет, но слова были острыми.
Сун Лянь села у кровати и объяснила:
— Не то чтобы я не хотела твоей помощи, просто это не важно, я справлюсь сама, не нужно тебе беспокоиться. Если я не справлюсь с такими мелочами, как я смогу помогать тебе в будущем?
http://tl.rulate.ru/book/144521/7687839
Готово:
