Раньше он никогда бы не задал такого вопроса, предпочитая, чтобы ситуация разрешилась сама собой.
Но теперь он невольно спросил, и уже не мог понять — был ли это каприз или в его словах скрывался иной смысл.
Лишь в глубине души теплилась слабая надежда, что она даст иной ответ.
Надежда, что она разгадает его и ответит по-новому.
Цзинь Цзю увидела дрожащий свет в его глазах, словно проглядывающий сквозь воду сгнивший золотой лист, будто ждущий, чтобы его вытащили.
Ловушка? Или здесь кроется нечто большее?
Она не понимала.
Лишь следуя своим истинным чувствам, ответила:
— Я думала, ты больше не спросишь об этом.
— Почему? — На этот раз растерялся уже Сун Ши Юй.
— Когда у тебя был сердечный приступ, разве я не... уже дала тебе ответ? — Она приподняла широкий полупрозрачный рукав его одежды, прикрыв им его лицо. — Твоя шляпа с вуалью тогда плохо скрывала — вблизи всё было видно. Тогда я хотела сказать тебе, что не стоит так переживать из-за внешности. И ещё... я хотела вот так...
Она наклонилась и поцеловала его в щёку.
— Но ты тогда выглядел таким погружённым в свои мысли, что я не решилась тебя тревожить. Я ждала, пока ты сам захочешь рассказать, прежде чем спрашивать о прошлом. Я знаю, ты тогда не специально... наверное, эмоции переполняли тебя, потому ты так и поступил. Я тоже была не права, не стоило сомневаться в твоих намерениях. В конце концов, это я выбрала тебя.
Сквозь полупрозрачную ткань Сун Ши Юй разглядел осторожность в её взгляде и понял, что она не намеренно затронула эту тему.
Прошлое, сформировавшее его характер, и настоящее. Всё это неизбежно всплывало, когда они были вместе.
Но мог ли он сказать?
И что она сделает, если узнает?
Сун Ши Юй слегка приоткрыл бледные губы, сжал край её одежды и хрипло проговорил:
— Если я скажу тебе, что знаю Шан Гуань Юэ Янь и у нас с ней плохие отношения... кого ты выберешь: меня или её?
В одно мгновение Цзинь Цзю всё поняла.
Тогда, после встречи с Шан Гуань Юэ Янь, Сун Ши Юй вёл себя странно — вот в чём было дело. Узнав, что Шан Гуань Юэ Янь её начальник, он взвесил всё и, решив, что дела важнее его, сказал те слова, надеясь хотя бы на каплю её предпочтения.
Но она тогда, поглощённая тревогой об утечке информации и подозрениями в его скрытых мотивах, упустила его чувства.
Теперь же Сун Ши Юй сам сказал, что у них с Шан Гуань Юэ Янь плохие отношения, и даже поставил её перед выбором.
Значит, дело не просто в плохих отношениях — возможно, между ними вражда.
Цзинь Цзю насторожилась:
— Насколько плохие?
Если он расскажет подробно, то раскроет своё прошлое.
Цзинь Цзю была не глупа, даже владела некоторыми нестандартными методами, и Сун Ши Юй не решался говорить об этом, лишь спросил:
— Ты всегда должна докладывать Ди Цзюню через Шан Гуань Юэ Янь? Если она будет скрывать информацию, как тогда донести её до императора?
— Конечно, у меня есть способы обратиться выше её головы, но это зависит от обстоятельств. Если Шан Гуань Юэ Янь не совершила серьёзного проступка, за это меня оштрафуют и вдобавок дадут пятьдесят ударов палками. — Цзинь Цзю почувствовала, что он спрашивает не просто так, и осторожно продолжила: — Ты хочешь, чтобы я что-то передала?
Конечно, хотел. Многое.
Но он понимал, что это навлечёт на неё беду.
Сун Ши Юй ещё не решил, стоит ли раскрывать всё. Если его личность станет известна, это вызовет бурю, и даже их жизнь окажется под вопросом.
Он покачал головой, и разговор о его происхождении закончился.
Цзинь Цзю, видя его нежелание продолжать, не стала настаивать. Она поцеловала родинку у его виска и собралась встать.
Но внезапно свет дрогнул.
С треском погасла лампа на столе.
Вокруг сразу потемнело, только фонари под крышей, колышась, отбрасывали на бумагу окон влажные пятна, словно размокшие лепёшки.
Из соседней комнаты донёсся тихий звук лунной лютни. Играющий явно не старался, бренча лениво и нестройно.
— Вот уж действительно не умеет играть. — Цзинь Цзю отвлеклась, прислушиваясь, и брезгливо заметила: — Пять фальшивых нот за первые такты...
Но Сун Ши Юя уже захлёстывало накопившееся за дни желание. Он не стал ждать, пока Цзинь Цзю закончит оценивать бездарную игру подражателя, и его горячие поцелуи уже оставляли влажные следы на её запястье.
Её руки были обожжены расплавленным золотом, и хотя раны уже перевязали, он не хотел причинять ей ещё больше боли, потому тихо спросил:
— В этот раз... я сам? Ты просто посмотришь на меня, хорошо?
Цзинь Цзю оторвалась от раздражающих звуков лютни и удивлённо посмотрела на него, слегка заколебавшись:
— Ты... справишься?
...
Неужели она не понимает, насколько это оскорбительно?
Сун Ши Юй был уверен, что не оставил у неё впечатления слабака — даже несколько раз проявлял силу. Как она могла задать такой вопрос?
Из-за его сердечного недуга она решила, что он... не способен?
— Справится или нет — ты сейчас увидишь. — Он произнёс это сквозь зубы.
— Хорошо, посмотрю. — Цзинь Цзю усмехнулась, сняла с его лица полупрозрачную ткань и в тусклом свете свечи точно нашла его губы.
Они так давно не были так близки, что Сун Ши Юй даже растерялся, вынужденный следовать её ритму.
Она, кажется, заметила это, сделала паузу и намеренно остановилась, изучая его выражение.
В комнате было темно, свет едва пробивался.
Она слышала его сбившееся дыхание и видела, как он сглотнул.
http://tl.rulate.ru/book/144516/7626934
Готово:
