Покрытые тёмной краснотой гу-черви, насытившиеся человеческой кровью, взорвались вместе с трупным ядом, устремившись ввысь сплошной тучей. Их хвосты были связаны тончайшими нитями, и тысячи чёрных созданий выстрелили в воздух, словно иглы. Не дав людям опомниться, они хлынули на них, подобно приливу, заползая под одежду.
Цзинь Цзю с детства общалась с Дань Си и пропиталась его знакомым запахом, потому гу-черви не сразу смогли определить, друг перед ними или враг. Чтобы не остаться без добычи, они все разом свернули в сторону.
Фан Ши Цинь с криком рассыпал порошок реальгара, но только что вышедшие из человеческих тел гу-черви не испугались, одержимые жаждой плоти. Они проникали в щели, разрывали зубами ткань под лёгкими доспехами стражников, впивались под кожу, высасывая кровь. Некоторые обладали такими острыми жалами, что пробивали даже несколько слоёв преград, добираясь до жил.
Цзинь Цзю на миг остолбенела от неожиданности, но тут же опомнилась и бросилась к Дань Си, торопливо пытаясь освободить его от цепей.
— Тебе не следовало… приходить, — увидев её, Дань Си мгновенно расплакался. — Уходи. Я навлёк беду на наш род, потому и должен умереть здесь.
— Какой вздор! Если ты умрёшь, кто возьмёт на себя груз ответственности за сотни людей? Твоя младшая сестра Син Лань? Или те самые непреклонные нян-нян? — Цзинь Цзю сняла серёжку и выпрямила её, превратив в золотую иглу. Она годами работала с золотыми механизмами, и раскрыть замок было лишь вопросом времени.
Шум в комнате привлёк внимание стражников снаружи, и те, обнажив мечи, ринулись внутрь.
Ситуация накалилась.
Всё висело на волоске.
На лбу Цзинь Цзю выступила испарина, и она, бормоча «быстрее», продолжала искать подходящую точку опоры, чтобы подцепить замок.
— Син Лань справится лучше меня… Мне не следовало заниматься торговлей гу-червями, не следовало соглашаться на доставку в столицу, не следовало...
Слишком много «не следовало».
Все эти «не следовало» стали искрой, что разожгла сегодняшнюю катастрофу, грозящую уничтожить весь род.
Цзинь Цзю это раздражало, и она готова была дать ему пощёчину.
Сколько можно твердить про «не следовало», «если бы», «возможно»…
Что случилось, то случилось.
Но она всё же решила сказать ему правду:
— Их борьба за власть докатилась и сюда. Они хотят использовать вас как кинжал, направленный в Ди Цзюня. Если не вы, то будет кто-то другой. Держи замок крепче! Чёрт возьми, никак не поддаётся!
История Ди Цзюня до восхождения на престол не была образцовой: он убил отца и брата, и об этом знала вся империя. Его власть шаталась, пережив три волны потрясений, которые он подавил железной рукой. Затем пропала императорская печать Юй Си, начались мятежи князей, а его незаконное восхождение вызвало гнев чиновников.
Чтобы свергнуть Ди Цзюня, нужен был предлог.
И Гора Колдовства и Заклинаний стала этим предлогом.
Так что вина была не только на Дань Си.
В борьбе за власть простые люди становились пешками на доске.
Чёрные фигуры пожирали белые, и даже смерть должна была обрести ценность.
Пот стекал по щеке Цзинь Цзю, пока она сосредоточенно возилась с замком.
Крики боли не смолкали, и стражники, ворвавшиеся в комнату, ещё не успев ничего разглядеть, уже оказались опутаны гу-червями.
Единственная лампа в комнате была опрокинута, и мгновенно вспыхнуло пламя.
Нога Фан Ши Циня уже была обглодана гу-червями до кости, но паразиты продолжали высасывать мозг из обнажённых останков.
Он что-то кричал, исказившись от боли, и, размахивая мечом, бросился на них.
До прихода Цзинь Цзю Дань Си уже был готов умереть, но её слова заставили его вспомнить о сородичах и придали сил. Увидев безумное выражение лица Фан Ши Циня, он инстинктивно закричал:
— А Юй, спаси меня!
Спаси меня, А Юй.
Он называл её так тысячи раз.
И наконец получил ответ.
В решающий момент замок тихо щёлкнул.
Цзинь Цзю даже не успела понять, что произошло, как её пальцы уже скрутили серёжку в иглу, и, услышав свист воздуха, она метнула её в нужном направлении.
В свете пламени блеснула острая линия, и, словно метеор, игла вонзилась прямо в глаз.
Прошло мгновение.
Полилась кровь.
Огонь разгорался всё сильнее, и останки стражников, обглоданные гу-червями до костей, продолжали кричать от боли, отравленные ядом, и в агонии наблюдали, как их тела и паразиты сливались в пламени.
Зал собраний превратился в адское пекло, освещая жуткую сцену внутри.
Дань Си машинально хотел прикрыть глаза Цзинь Цзю, но замер, едва подняв руку.
Пламя озарило контур её лица, а взгляд был холоднее ледяного лезвия в самый лютый мороз.
Это был взгляд властителя, взирающего на ничтожных созданий, взгляд, отточенный годами во дворце, где не было места жалости, страху или сомнениям — взгляд, от которого стыла кровь.
В этот момент Дань Си впервые по-настоящему осознал, что за десять лет при дворе она изменилась, что пять лет разлуки не прошли даром.
Она осталась собой, но уже не была той, кого он знал.
В дни, когда он её не видел, она выросла в женщину, способную постоять за себя, а не в ту маленькую подружку, что пряталась за его спиной, боясь получить взбучку.
— Пошли! — Цзинь Цзю не знала, о чём думал Дань Си, и не испытывала ни капли вины за убийство сослуживцев. Она резко подняла Дань Си, пробывшего в заточении двое суток, и, увидев, что ослепший Фан Ши Цинь всё ещё пытался убить её, ударила ногой.
— Бам!
Фан Ши Цинь отлетел назад, сбив по пути троих стражников, и остановился, лишь врезавшись в колонну.
Пламя распространялось, а гу-черви и люди, превратившиеся в огненные шары, рвались наружу в поисках спасения.
Вскоре зал наполнился густым дымом.
Цзинь Цзю, не обращая внимания на пепел, оседающий на лице, поддерживала Дань Си, но выход оказался завален грудой тел в человеческий рост. Снаружи царил хаос: стражники гибли в огне, а земля была усеяна костями.
— Туда… — Дань Си, стараясь не быть обузой, из последних сил поднялся на ноги. — Там потайная дверь.
Цзинь Цзю заметила тёмные пятна на его коленях и, пока дым не задушил её, без лишних слов взвалила Дань Си на спину. Когда на пути попадались стражники, она ловко уворачивалась.
http://tl.rulate.ru/book/144516/7626830
Готово:
