– Тогда ты действительно хочешь вернуться? Я могу помочь тебе сбежать, чтобы ты исчезла без следа. Это тоже будет своего рода местью этому негодяю Цинь Чжи.
Глупышка прикинула, что во многих современных романах так и пишут.
Главная героиня, разочаровавшись в главном герое, исчезает в толпе, и только тогда он осознаёт свою любовь к ней, седеет за одну ночь и до конца дней мучается воспоминаниями о ней.
Услышав это, Сяо Де насмешливо скривила губы.
– Ты так ему мстишь или мне? Он будет страдать в роскошном и богатом поместье генерала, а я с огромным животом – скитаться по свету и наслаждаться сладостью мести? Что за шутка.
В поместье генерала ей всё-таки нужно было вернуться.
Скитаниям по горам под чужим именем и воспитанию ребёнка в одиночку она предпочитала богатство, славу, власть и почёт поместья генерала.
Только дурак откажется от счастья.
А она дурой не была.
Лунный свет, словно серебро, рассыпался по снегу, отливая холодным сиянием.
Выехав из города, А Му и А Лань не осмеливались останавливаться на привал и гнали повозку дальше на юг.
Так продолжалось до тех пор, пока Цинь Чжи с большим отрядом, словно свалившись с неба, не окружил их маленькую повозку.
Цинь Чжи всегда считал себя человеком честным и порядочным.
Но он и подумать не мог, что все его немногие тёмные стороны проявятся именно из-за Сяо Де.
С мрачным взглядом и суровым лицом он пригрозил жизнями и будущим А Му и А Лань, чтобы заставить Сяо Де вернуться с ним в поместье.
Глаза Сяо Де беспомощно покраснели, словно она была ошеломлена его низостью.
Но Цинь Чжи знал лишь одно: он ни за что не позволит Сяо Де вот так просто исчезнуть из его мира.
Даже если она будет его ненавидеть, обижаться на него, даже если он сможет удержать лишь её тело.
Он всё равно пойдёт на это.
Но человеческая жадность безгранична.
Как он и желал, Сяо Де вернулась с ним.
Но она словно превратилась в глиняную красавицу, которая не умела ни смеяться, ни злиться, ни сердиться.
Угроза жизни миновала, и при дворе день за днём воцарялось спокойствие.
Цинь Чжи снова стал уделять Сяо Де больше внимания.
Каждый раз, видя, как она смотрит на него без единой эмоции, без капли чувства, Цинь Чжи испытывал неописуемую боль.
Но как бы он ни был нежен и ласков, как бы ни ухаживал за ней, она оставалась безучастной.
Цинь Чжи знал, что виноват, и мог лишь терпеть её холодность.
Так продолжалось до дня родов Сяо Де.
Функция безболезненных родов от Глупышки действительно работала, и Сяо Де не чувствовала никакой боли.
Её душа словно отделилась от тела и парила в воздухе, наблюдая за муками плоти, как за театральным представлением.
Она также видела, как Цинь Чжи в волнении ходил взад-вперёд за дверью, выглядя ещё более напряжённым, чем в своём первом бою.
Но когда Сяо Де благополучно родила сына, Цинь Чжи развернулся и ушёл.
Он вернулся к вечеру.
Вне себя от радости, он принёс императорский указ.
Он обменял свои военные заслуги и власть над армией на эту милость.
В нынешней династии наложнице не дозволялось становиться главной женой.
Даже после смерти Чу Яньси Цинь Чжи мог лишь жениться на другой.
Он не мог просто так сделать свою наложницу главной женой.
Но он выпросил указ у государя.
Сяо Де была провозглашена его главной женой, и одновременно ей был пожалован титул почётной госпожи первого ранга.
Она получала жалование от двора, и после смерти её поминальную табличку могли поместить в родовой храм.
Сяо Де отныне была не просто наложницей, которую можно было купить или продать.
Она была придворной дамой!
Словно простив Цинь Чжи, Сяо Де уронила горячую слезу и бросилась в его объятия.
Напряжённые всё это время брови Цинь Чжи разгладились, будто с души свалился огромный камень.
Глупышка остолбенела. А как же система выживания для наложниц?
Как она вдруг стала хозяйкой дома?
Хоть её исполнительница и была хитра, но не слишком ли она сильна?!
Положение хозяйки поместья генерала – это и впрямь куда лучше, чем скитаться с ребёнком на руках.
Глупышка взволнованно прыгала вверх-вниз, чувствуя, что после всех страданий они наконец обрели счастье и стали идеальной парой.
Цинь Чжи был невероятно заботлив к своей госпоже и со стороны казался редким и прекрасным мужем.
Когда её госпожа проживёт с Цинь Чжи долгую и счастливую жизнь, ей будет чем похвастаться перед другими системами.
Но она не ожидала, что этот день так и не наступит.
Летним днём десять лет спустя.
Сад по-прежнему утопал в цветах, пейзаж был живописен.
Те два куста пионов сорта "Бьюти Дженерал" благодаря заботе Сяо Де за эти годы разрослись, заполнив собой целый угол сада.
В тот вечер одна служанка поспешно и украдкой покинула сад и направилась во двор Сяо Де.
– Госпожа, это чистая правда! Я действительно слышала в саду у искусственной горы… такие… непристойные звуки.
Услышав про искусственную гору, Сяо Де на мгновение замерла, а потом, подумав, решила пойти туда со слугами.
Когда тусклый свет фонаря осветил беспорядок за искусственной горой, он также осветил и лицо Цинь Чжи, чёрное, как дно котла.
Миловидная красавица, то ли от стыда, то ли от робости, спряталась за спину Цинь Чжи, выставив лишь пару ясных, как вода, глаз, и с вызовом посмотрела на Сяо Де.
– Что это значит, генерал? Кровать в доме недостаточно велика, или вы считаете, что я не потерплю других женщин?
Раздосадованному и чувствующему свою вину Цинь Чжи её ровный голос показался насмешливым.
Вспыхнув от стыда и гнева, он заговорил без разбора, не заботясь о последствиях.
– К чему такие вопросы, госпожа? Не так ли ты сама когда-то соблазняла этого генерала?
Державшие фонари слуги с самого начала в страхе опустили головы, не смея смотреть по сторонам.
Теперь, услышав слова генерала, они и вовсе готовы были зарыться головой в землю.
Госпожа когда-то была наложницей, но теперь она всё-таки госпожа генерала с титулом.
Как генерал мог, как он мог так говорить о госпоже?
Они не понимали, но Сяо Де нисколько не удивилась.
В эти годы в Поднебесной царил мир.
Цинь Чжи на поле боя стал не нужен, поэтому он получил должность начальника столичной стражи.
Хоть он и лишился власти над армией, но обрёл влияние и благосклонность императора.
Все эти годы он играл роль беззаветно любящего мужа.
Но сколько этой любви осталось по прошествии времени, никто не знал.
Вряд ли можно было сказать, что он так уж ценил Сяо Де – скорее, он хотел таким образом завоевать доверие императора.
http://tl.rulate.ru/book/144232/7622941
Готово:
