Засада
В любую эпоху путешествия были делом скучным, особенно в древние времена, когда дороги оставались неровными, а амортизаторы повозок оставляли желать лучшего. Тряска не давала даже книгу почитать, отчего скука становилась ещё невыносимее.
Хун Ин коротала время, плетя узлы.
Поначалу Мо Цзинчунь пытался развлечься, разглядывая пейзажи за окном, но вскоре опустил занавеску. Чтобы избежать дневного зноя, все выдвинулись на рассвете, и теперь за окном не было ничего интересного.
От скуки он закрыл глаза и углубился в изучение наследия мечников.
Это наследие содержало не только учебные материалы — там были путевые заметки, биографии, описания таинственных земель, встреч с демоническими тварями, волшебных трав и цветов, а также любовных драм среди сю ши.
Судя по всему, мечник, оставивший это наследие, обладал живым умом.
Он исподтишка записывал всевозможные сплетни и легенды, спрятав их в глубине текста. Если бы не праздное любопытство Мо Цзинчуня, он бы никогда не узнал, что там есть подобное.
Теперь путешествие больше не казалось таким унылым.
Разве что приходилось сдерживать смех, но в остальном время проходило приятно.
С момента основания династии Дачжао прошли десятилетия, население столицы разрослось, и теперь каждый клочок земли ценился на вес золота.
Даже резиденция Герцога Чжэньго, при всём её богатстве, не могла позволить себе просто так построить даосский храм в городе. Разве не лучше потратить деньги на что-то ещё?
Поэтому монастырь Голубого Облака находился довольно далеко от усадьбы.
А с учётом гружёного обоза скорость каравана была и вовсе черепашьей.
К полудню возницы уже промокли от пота, и, когда путь пролегал через тенистую рощу, Цинфэнцзы отправил к Мо Цзинчуню посыльного — предложить сделать привал.
Перекусить, вздремнуть.
Они были так близко к столице, что никто даже не задумывался о возможной опасности.
Уловив отдалённый шум, Мо Цзинчунь повёл ухом, но всё же согласился, написав записку для Цинфэнцзы.
После трапезы он тайком вызвал к себе управляющего Чжана.
* * *
Глубина рощи.
Мускулистый мужчина с широким мечом в руках спросил:
— Старший, пора действовать?
Лидер группы, высокий молодой человек, носил на лице шрам — от левой брови через всё лицо до правого уголка губ. Этот рубец, будто бы рассекавший лицо пополам, превращал когда-то приятные черты в устрашающие. По нему можно было судить, сколь смертоносен был его противник.
Если бы не дорогие лекарства, присланные князем Жуй, он бы уже отправился к предкам.
Именно поэтому Мэн Сюань, несмотря на высокий риск, взялся за это задание. После этого долг будет погашен, и даже если ему придётся скитаться по свету, он больше не станет заниматься подобной мерзостью.
— Не спеши, — холодно ответил Мэн Сюань. — У богатеев привычка послеполуденного сна. К тому же в такую жару даже люди еле держатся, не то что кони. Поев, они обязательно отдохнут.
— Тогда-то они и будут беззащитны.
Он не сказал вслух, что его гложет дурное предчувствие.
Резиденция Герцога Чжэньго — не обычный дом. Даже простые слуги и охрана там — ветераны с полей сражений. Даже застав их врасплох, они потеряют немало братьев.
— Старший прав, — пробурчал богатырь, потирая живот. — Тогда давайте и мы перекусим, а то у меня в животе «Пустая крепость» разыгрывается.
Остальные захихикали и принялись жевать сухой паёк, поглядывая с завистью на пиршество каравана.
— Ну и барство — ни малейшего дискомфорта не выносят. За такой короткий путь умудрились котелки развести!
— Зато горяченькое вкуснее.
— В такую-то жару? Да они и ложку-то в рот не возьмут!
— С ихними-то яствами? Ещё как возьмут!
— Брось, тебе и лебеда за милую душу!
— Верно, у меня аппетит — хоть куда!
Мэн Сюань жевал лепёшку, слушая перепалку, и мысленно молился, чтобы все его люди остались живы.
Увы, слуги Герцога оказались слишком бдительными — даже воду везли с собой. Не удалось подсыпать снотворное в источник, а это облегчило бы дело.
Как и предполагалось, через полчаса почти все — монахи, возницы, слуги — разбрелись на отдых.
Даже дозорные, прислонившись к повозкам, клевали носом.
Вскоре раздался храп.
— Старший, пора! — нетерпеливо подгонял богатырь.
Тревога сжимала сердце Мэн Сюаня, но, видя ожидающие взгляды братьев, он мысленно охнул.
Разве теперь он может остановиться?
Его мать всё ещё в руках князя Жуй.
— Повторяю, — сурово сказал он, делая рукой знак. — Сяо Линь с отрядом перекрывает путь вперёд, проверяет западню. Остальные — в охват. Вперёд!
* * *
Внутри повозки.
Мо Цзинчунь, который должен был спать, сидел с прямой спиной, медленно извлекая меч. Полюбовавшись клинком, он вложил его обратно в ножны с металлическим звоном.
Затем проверил колчан и надел нефритовое кольцо для стрельбы из лука.
http://tl.rulate.ru/book/144153/7580340
Готово:
