× Обновление рекламы: перенос всех кампаний в новый формат

Готовый перевод Best Friends Transmigrate Together! Marry Rough Men! If You Divorce, I Divorce Too / Лучшие подруги перемещаются вместе! Выходят замуж за грубых мужчин! Если ты разводишься, я тоже развожусь: Глава 37

(Ctrl + влево) Предыдущая глава   |    Оглавление    |   Следующая глава (Ctrl + вправо)

Мужчина смотрел на неё таким взглядом, будто хотел съесть, и даже такая недотёпа, как Шэнь У, наконец поняла его намерения. Её лицо слегка покраснело, и она легонько толкнула Лу Сюаня в грудь.

Твёрдая, как камень!

Она пристально посмотрела на него и прошептала:

— Ты не спишь? Поспи немного, восстанови силы.

— И так можно восстановить силы, — пробормотал Лу Сюань, наклоняясь к ней.

Шэнь У на собственном опыте узнала, как именно он собирался «восстанавливать силы», но, поскольку был разгар дня и после обеда предстояло работать, мужчина всё же проявил некоторую сдержанность. Однако её губы ещё долго оставались онемевшими и слегка болезненными.

Когда она проснулась после дневного сна, лёгкая припухлость на губах ещё не совсем сошла.

Выйдя из комнаты, Шэнь У сразу заметила насмешливые взгляды окружающих. Особенно выделялась Сюй Инь, которая предпочла остаться в спальне и готовиться к экзамену, читая книгу.

Лун Юйцзяо во второй половине дня отправилась на работу, и многие спрашивали её о фотографии. В её сердце копилось лишь тяжёлое раздражение.

На гору поднималось много людей, но раньше ничего не случалось. Почему же на этот раз произошёл инцидент?

Это точно было связано с Шэнь У и Сюй Инь!

Они не ладили между собой, и, возможно, было бы разумнее расспрашивать их по отдельности.

Шэнь У не знала, о чём она думала. Весь день она провела за учебниками, чувствуя, как знания вбиваются в голову, отчего у неё началась лёгкая мигрень.

Решив размяться, она вышла на улицу.

Солнце уже клонилось к закату, и те, кто не работал в поле, сидели в тени деревьев, наслаждаясь прохладой. Среди них была Ли Пин, которая шила одежду для своего ещё нерождённого ребёнка, держа в руках отрез ткани.

Лицо Шэнь У было слишком примечательным — изящные черты, стройная фигура. Трудно было не заметить её.

Кто-то внимательно разглядел её и обратился к Ли Пин:

— Говорят, твоя третья невестка больше не выходит в поле?

Ли Пин, вспомнив об этом, почувствовала лёгкий дискомфорт, но всё же кивнула:

— Да, она слишком нежная для работы в поле. Третий брат готов её содержать.

— Конечно, она как цветок — и лицом, и фигурой, — одна из женщин даже показала руками очертания груди и бёдер. — Будь я мужчиной, я бы тоже её содержала.

— С такой в постели, наверное, очень даже...

— Но так нельзя! — возразила другая. — Кто в молодости не красив? Если она не работает, значит, другим придётся выполнять её работу?

— Вот именно, — вздохнула Ли Пин.

— Это не так! — раздался звонкий голосок. Лу Паньэр, игравшая неподалёку в камешки с другими детьми, не выдержала и вступилась за свою любимую тётю. — Мой третий дядя отдаёт всю добытую дичь в общий котёл. К тому же, тётя Сань готовится к экзамену на должность учителя, и потом у неё тоже будут трудодни и зарплата. Да и готовит она отлично — она не бездельница!

Девочка посмотрела на женщину, сравнившую Шэнь У с цветком, и серьёзно добавила:

— Мама говорит, что цветы бывают разные: есть полевые сорняки, а есть роскошные пионы.

— Ого, какая болтушка! — рассмеялась одна из женщин. — А твоя мама — что за цветок?

Ван Хуа, если судить по общим стандартам, не была красавицей, и в голосе спрашивающей звучала лёгкая издёвка.

— Мама говорит, что хоть её и зовут Ван Хуа («Цветок»), она не хочет быть цветком, — Лу Паньэр подперла подбородок ладонью. — Она хочет быть вечнозелёным деревом. И мне тоже велела не быть цветком.

— Вот так малютка!

— Взрослые разговаривают, а дети не должны вмешиваться, — отчитала её Ли Пин. — Иди играй.

Затем она снова перевела разговор на Шэнь У:

— Говорит, что хочет сдать экзамен на учителя. По-моему, не сдаст. А третий брат совсем голову потерял.

— Если у неё так и не будет трудодней, это вам же во вред, — заметили ей. — Но мужчины не дураки. Сейчас она для него новинка, а со временем всё пройдёт.

Шэнь У вышла прогуляться. Некоторые смотрели на неё, даже не пытаясь скрыть любопытства, другие и вовсе перешёптывались, глядя в её сторону. Было бы странно, если бы она этого не заметила.

Однако у неё уже был опыт подобного, и она не придавала этому значения.

Возвращаясь, она нарочно громко окликнула женщин:

— Тётушки, о чём это вы беседуете?

Её громкий голос заставил их вздрогнуть.

Лу Паньэр, увидев, что Шэнь У вернулась, тут же пожаловалась:

— Тётя Сань, они говорят, что ты лиса, которая околдовала третьего дядю, чтобы он тебя содержал!

Воцарилась неловкая тишина.

— Дети болтают всякое, — засмеялись женщины под испытующим взглядом Шэнь У. — Что они понимают?

— Именно потому, что ничего не понимают, они повторяют то, что слышат от других, — спокойно сказала Шэнь У. — Но я понимаю: кто из нас не сплетничает за спиной?

Она демонстративно сохраняла невозмутимость.

— Вот и отлично, что понимаешь!

— Мы просто болтали о пустяках…

Шэнь У взяла Лу Паньэр за руку и пошла домой, но вскоре вернулась с тазом воды и выплеснула её под дерево, где сидели женщины.

— Ай!

— Моя одежда!

— Невестка, ты что творишь?!

— Ты же сама сказала, что все сплетничают за спиной! — крикнула Шэнь У, пока перепуганные женщины отряхивались.

— Я сказала, что все сплетничают за спиной, но не сказала, что буду терпеть, если сплетничают обо мне!

Она стояла, уперев одну руку в бок, а в другой держа таз.

— В следующий раз, если будете шептаться у меня за спиной, постарайтесь, чтобы я не узнала. Иначе дело не ограничится тазом воды.

С этими словами она развернулась и зашла во двор.

Как раз в этот момент вышла Лу Лаотай, собираясь велеть ей готовить ужин.

Она посмотрела на Шэнь У и внезапно осознала, что та обычно обращалась с ней довольно мягко — ведь она ежедневно называла её «лисицей», но ни разу не окатила водой.

Всё познаётся в сравнении.

Лу Лаотай собиралась отругать её за безделье, но теперь голос её стал тише:

— Пора готовить ужин!

— Знаю, мама. Сейчас займусь.

«Какая же она хорошая невестка!» — мелькнуло в голове у Лу Лаотай, и она тут же с отвращением отогнала эту мысль.

— Лу Лаотай, рассуди нас! Твоя третья невестка совсем обнаглела!

Лу Лаотай и сама считала, что Шэнь У перешла границы, и тоже злилась на неё, но, когда дело касалось противостояния между чужими и своими, она всегда вставала на сторону семьи.

— Сами виноваты! — рявкнула она. — Языки у вас без костей! Моя третья невестка вам же добра хотела — помоет ваши грязные рты!

Окружающие лишь разочарованно переглянулись.

Стоило ли ожидать от Лу Лаотай чего-то иного?

Один за другим они разошлись, бормочая что-то недовольное.

— Мама, ты слишком явно выделяешь третью невестку, — проворчала Ли Пин.

Лу Лаотай: ???

Если она выделяла третью невестку, то старшая невестка была просто слепой и глухой.

Шэнь У не из тех, кто будет молча терпеть. Если сплетничают за её спиной, и она не знает — ладно. Но если узнает, то непременно отомстит.

После ужина Шэнь У вышла во двор, чтобы немного прогуляться и помочь пищеварению.

К ней мягкой походкой подошла Лун Юйцзяо с улыбкой на лице:

— Третья невестка.

Честно говоря, Лун Юйцзяо нельзя было назвать ослепительной красавицей, но в её облике было что-то уютное и располагающее. Возможно, поэтому деревенские относились к ней хорошо.

Особенно сейчас, когда она напоминала нежный полевой цветок.

Шэнь У подняла на неё взгляд:

— Что-то случилось?

— Я слышала, что четвёртая невестка тоже поднималась в гору. Раз вы обе были там, не видела ли ты, подобрала ли она что-нибудь?

Она всё ещё не могла смириться с потерей. И это было понятно — ведь тот женьшень был продан за шестьдесят юаней.

— Мы не ладим и были на разных склонах, — равнодушно ответила Шэнь У. — Не знаю. Спроси её сама.

Заметив Сюй Инь, она громко позвала:

— Эй, Сюй Инь! Лун Юйцзяо хочет тебя о чём-то спросить!

Пальцы Лун Юйцзяо, свисавшие вдоль юбки, непроизвольно сжались в кулаки.

Когда на неё упал ледяной взгляд Сюй Инь, в голове у Лун Юйцзяо тут же всплыли образы охотничьих ружей, стрел и кинжалов.

— Ничего важного, — поспешно сказала она, нервно улыбаясь.

Шэнь У, видя её реакцию, с ухмылкой добавила:

— Она спрашивала, не видела ли я, как ты что-то подобрала в горах. Но мы же были на разных склонах, вот я и посоветовала ей спросить тебя лично.

— Может, ты сама её расспросишь, Лун Юйцзяо?

В глазах Шэнь У читалось чистое озорство. Жизнь без телефонов была скучна, и её моральные устои, кажется, продолжали стремительно разрушаться.

http://tl.rulate.ru/book/143943/7541931

(Ctrl + влево) Предыдущая глава   |    Оглавление    |   Следующая глава (Ctrl + вправо)

Обсуждение главы:

Всего комментариев: 1
#
Спасибочки большое за перевод💐
Развернуть
Чтобы оставлять комментарии Войдите или Зарегистрируйтесь

Инструменты
Настройки

Готово:

100.00% КП = 1.0

Скачать как .txt файл
Скачать как .fb2 файл
Скачать как .docx файл
Скачать как .pdf файл
Ссылка на эту страницу
Оглавление перевода
Интерфейс перевода