Эта поза вызывала крайнюю неуверенность, к тому же она провела без сна две ночи и целый день, так что его услуги ей сейчас были ни к чему.
— Нет! — Шэнь У перекатилась на бок и закуталась в тонкое одеяло. — Я устала, хочу спать.
Лу Сюань наблюдал, как она ловко завертелась, растрепав длинные волосы, которые теперь беспорядочно падали на лицо, а из-под них на него сердито смотрели её глаза.
И почему-то это показалось ему... милым.
Вспомнив дневные безумства, он понял, что, даже если у него ещё остались силы, эта капризная особа точно не даст ему своего согласия. Лу Сюань лёг, вытянув руку, и жестом предложил ей использовать её как подушку. В прошлой жизни Шэнь У насмотрелась дорам, где так спали влюблённые, и ей было любопытно, каково это.
Закутавшись в одеяло, она уставилась на него:
— Если я лягу на твою руку, тебе не будет неудобно?
Лу Сюань не знал — никто раньше не использовал его руку вместо подушки. Но ему вдруг захотелось сократить дистанцию между ними:
— Нет.
Его тело не походило на мускулистые торсы из тиктоков — его мышцы были результатом тяжёлой работы, но от этого не менее сильными.
Поначалу Шэнь У даже заинтересовалось.
Но спустя некоторое время она начала потихоньку отодвигаться.
Ему было комфортно.
А вот ей — нет.
Однако, едва она отодвинулась наполовину, мужчина обхватил её длинной рукой и притянул обратно:
— В чём дело?
Шэнь У встретилась с ним взглядом, на секунду заколебалась, а затем прошептала:
— Завтра тебе снова работать, а так ты не отдохнёшь.
Лу Сюань слегка нахмурился:
— Говори правду.
Шэнь У...
— Твоя рука слишком твёрдая, она давит на шею.
Теперь настала очередь Лу Сюаня замолчать.
Пользуясь моментом, Шэнь У освободилась от его руки, аккуратно положила её на место и про себя вздохнула: дорамы обманывают — никакого удовольствия.
Гораздо приятнее лежать на мягкой подушке.
*
Шэнь У собиралась приготовить завтрак, поэтому, когда Лу Сюань встал, она тоже потянулась, ещё не до конца проснувшись.
Выйдя наружу, она увидела Сюй Инь, которая, зевая, вышла из восточной комнаты и выглядела ещё более сонной, чем она сама.
Умывшись, они вдвоём отправились на кухню, в то время как Лу Сюань и Лу Е ушли в горы. Лун Юй Цзяо тоже встала рано и вышла вскоре после них.
Шэнь У предположила, что та тоже отправилась в горы, пока никого нет.
Поглядев на Сюй Инь, она сказала:
— Давай сегодня тоже сходим проверим.
Сюй Инь уже научилась разжигать огонь и, подбросив в печь хворост, кивнула, после чего зевнула с довольным видом.
Не нужно было объяснять, что произошло.
Шэнь У всё ещё надеялась сходить в горы, но во время завтрака Лу Лао Тай объявила, что сегодня они с Сюй Инь должны выйти на работу.
— Все, кроме твоей невестки, которая на сносях, должны работать. Но раз вам нужно готовить, можете уйти пораньше.
В прошлой жизни Шэнь У никогда не работала в поле, и хотя она знала, что это тяжело, конкретного представления у неё не было. Поэтому она не стала спорить.
Ну и ладно, всё равно дома нечем заняться — телефонов-то нет.
Разве что солнце может здорово обжечь кожу, поэтому Шэнь У надела длинные рукава и брюки, взяла висевшую на стене соломенную шляпу и водрузила её на голову. Потом передумала — выглядело не очень, и переплела волосы по-другому.
Сюй Инь не боялась загара, в прошлой жизни она даже специально ходила в солярий.
Но обе они выделялись.
Лун Юй Цзяо рассмеялась:
— Третья невестка, ты совсем не похожа на работницу в поле. В деревне таких нет.
Эти слова были сказаны не только Шэнь У, но и всем остальным.
Даже те, кто часто работал в поле, считали, что Шэнь У не подходит для этого — уж слишком она разодета.
Но Шэнь У было всё равно:
— Если ты так говоришь, Лун Цинцин, я вообще не пойду. И если мама спросит, я скажу, что ты отбила у меня всю охоту.
С этими словами она действительно развернулась обратно.
Лун Юй Цзяо не хотела быть виноватой — если Лу Лао Тай узнает, её репутация пострадает:
— Я не это имела в виду.
— А что тогда? Хотела, чтобы все начали придираться ко мне? — парировала Шэнь У.
Лун Юй Цзяо покраснела — её задели за живое.
— Третья невестка, я не это...
Глаза её покраснели, и она встала за спину Лу Лаоу.
Тот нахмурился и уже хотел вмешаться, но Шэнь У опередила его:
— Вы с Лаоу ещё не поженились, не называйте меня так. Это ты начала задираться. Разве вы не подумали, что со мной что-то не так? Что я слишком капризная?
Чёрт побери, они и правда подумали.
Ван Хуа, будучи честной, призналась:
— Когда она это сказала, я тоже подумала, что тебе не место в поле.
Остальные тоже так считали, но изначально им не казалось, что слова Лун Юй Цзяо были обидными. Однако теперь, когда Шэнь У обратила на это внимание, стало ясно, что та хотела испортить её репутацию.
Шэнь У добавила:
— А теперь ты покраснела, и выглядит это так, будто я тебя обидела.
...
— Почему не работаете?
Раздался суровый старческий голос. Лу Лао Тоу, глава семьи, узнав, в чём дело, счёл это пустяковой женской перепалкой.
— Быстро на работу!
Все направились в поле. Шэнь У не чувствовала себя обиженной — спорить из-за такой ерунды было глупо, это только испортило бы её репутацию.
Однако Лун Юй Цзяо была не единственной, кто наблюдал за ней. Другие тоже обращали на неё внимание. Но её лицо было её лицом, и заботиться о нём она могла как хотела. Шэнь У не обращала внимания на чужие взгляды — если на неё смотрели, она просто улыбалась.
В итоге её определили в группу к нескольким женщинам постарше.
Увидев такую красавицу, они сразу подобрели:
— Сегодня работа лёгкая, просто прополка, не бойся.
Шэнь У подумала: «Что сложного в прополке?» Поначалу ей даже было интересно, и она даже устроила с Сюй Инь соревнование, кто больше выполет.
Но постоянные наклоны и подъёмы...
Вскоре у неё закружилась голова. Теперь она понимала, почему Лун Юй Цзяо из кожи вон лезла, чтобы получить должность учётчика, а потом, обнаружив свою «везучесть», предпочла продавать вещи на чёрном рынке, но не работать в поле.
Это был настоящий ад.
— Тётя, а нельзя ли просто опрыскать траву ядом? — в отчаянии крикнула Шэнь У одной из женщин, работавшей далеко от неё.
Та ловко справлялась с работой:
— Это слишком дорого! Да и трудодни нужно зарабатывать.
— Невестка третьего сына, поторопись, а то за день не наберёшь достаточно трудодней и зимой будешь голодать!
...
Женщина была добродушной, но её слова не вдохновили Шэнь У. Та подняла голову, увидела бесконечное поле и почувствовала отчаяние.
Она взглянула на Сюй Инь.
Та в прошлой жизни занималась боевыми искусствами и была выносливее обычных людей. Хоть работа и была монотонной, она не доводила её до отчаяния:
— Подожди, закончу свою часть — помогу тебе!
Шэнь У хотелось обнять подругу и заплакать. Вот что значит настоящая дружба.
В середине июля стояла невыносимая жара, и к полудню становилось только хуже. Шэнь У снова наклонилась, затем подняла голову к солнцу — и мир перед глазами поплыл, потемнело...
http://tl.rulate.ru/book/143943/7541916
Готово:
