— Брат, она так меня отделала, что у меня всё тело болело, а ты ещё и пинал меня, — прокричал мальчик, чувствуя себя крайне обиженным. — Я не знаю, что она там себе на умела. Я её не обижал, а она меня отходихтила больше, чем тебя.
Поэтому он чувствовал себя пострадавшим больше брата.
— Если будешь жаловаться дальше, она может снова тебя отходить, — молодой человек недовольно посмотрел на него. — Хватит устраивать истерики. Если не хочешь, чтобы тебя снова избили, просто веди себя хорошо.
Молодой человек снова посмотрел во двор. Там стоял его дядя, а третий дядя с тётей сидели на земле, скорчившись от боли. Было очевидно, что третьего дядю и тётю отходили гораздо сильнее.
После избиения он, наконец, понял.
С того момента, как Тао Циюи ворвалась в дом, до того, как она их отходила, она сказала всего две фразы. Одна была просьбой узнать, в порядке ли её двоюродная сестра Юань, а вторая – что её третий дядя отделал Сяоли и Сяохуай.
— Кем она себя возомнила? Почему я должен её слушать? — возразил мальчик, не желая сдаваться.
Зная упрямый нрав своего брата, молодой человек вздохнул и напомнил:
— Тебя отходили, а ты так и не понял, почему тебя наказали?
— Потому что она сумасшедшая, она не только бьёт нас с братом, но и старших, — выпалил мальчик, не задумываясь.
Молодой человек покачал головой:
— Он отходил нас, потому что мы принесли домой нашу раненую кузину Юань, как предупреждение. Дядю он отходил как побочный эффект, а третьего дядю и тётю он отходил, потому что третий дядя отходил Сяоли и Сяохуай.
Молодой человек с удивлением посмотрел на брата широко распахнутыми глазами, затем поднял взгляд на Тао Циюи в комнате. Увидев, что она смотрит на него с улыбкой, он почувствовал, как по спине пробежал холодок.
Он быстро отвёл взгляд и подсознательно придвинулся ближе к брату.
Он был таким трусливым и всё же смел ослушаться. Молодой человек посмотрел на него и беспомощно покачал головой.
— Пойдём, — сказал юноша, похлопав мальчика по плечу, — мы же привели кузена Юаня домой, так что долг отвести его обратно — наш.
Только после того, как его избили, он всё это понял. Он просто не ожидал, что даже несмотря на то, что его кузен Юань был калекой, найдётся женщина, готовая выйти за него замуж.
Защищать его и его братьев и сестёр.
Так называемое уважение и сыновья почтительность старших ничего не значили в глазах Тао Цюии.
— Да я ведь не собирался нести кузена Юаня, это... — выпалил юноша.
— Хорошенько подумай, прежде чем говорить, — вовремя прервал его юноша и выразительно напомнил, — Ты хочешь, чтобы тебя избили раз или два? Подумай сам.
Тао Цюии здесь избили, и если бы он снова предал своего деда, его бы снова избил дед.
Поняв предупреждение брата, мальчик подсознательно посмотрел на Тао Цюии. Увидев, что она снова смотрит на него с улыбкой, он весь задрожал.
Эта женщина так быстро меняет выражение лица.
Перед его мысленным взором снова предстала жалкая сцена, как его только что били метлой и гоняли по двору. Его отец и дядя не смели подойти, чтобы остановить его, и оттащили потерявшую сознание бабушку в сторону, чтобы спрятаться.
Невыносимо.
Юноша быстро вошёл в комнату, быстро придвинул стул, помог Вэй Цзинъюаню сесть, сдержал боль во всём теле и вместе с братом поднял стул и ушёл.
В голове у него была только одна мысль: как можно скорее отправить этого человека обратно и никогда больше не иметь с ним никаких контактов.
— Иди ровно. Если толкнёшь его или он упадёт, тебе придётся остаться в постели на тот же срок, что и ему, — небрежно пригрозила Тао Цюии.
Видя, что они идут медленнее, Тао Цюии искривила губы в улыбке и пошла вперёд, чтобы их нагнать.
— Ты избил мою жену и внука, устроил беспорядок в моём доме. Считаешь, что так просто уйти уместно? — Дедушка Вэй смотрел на Тао Цюйи холодным, острым взглядом.
Поняв, что старик не так прост, как кажется, Тао Цюйи остановилась и обернулась к Третьему Дедушке Вэю. Вместо ответа она спросила: «Считаешь ли ты уместным приводить сюда моих людей без моего согласия?»
— Твоих людей? — Третий Дедушка Вэй усмехнулся. — Откуда мне знать, когда внук моей семьи Вэй стал твоим?
— Это было вчера, — Тао Цюйи улыбнулась, но в глазах её улыбки не было.
Дедушка Вэй сузил свои проницательные глаза. Происхождение этой девушки не уступало его собственному. Как девушка-подросток могла развить такой властный и защитный характер? Как семья Хуан, заинтересованная только в прибыли и мелких кражах, могла воспитать такую девушку? Он не верил этому.
— Третий Дедушка Вэй, — тактично напомнила Тао Цюйи, надеясь избежать вражды. — Вам следует быть хорошо осведомлённым и опытным в вашем возрасте. Как вы могли до сих пор позволять себя обманывать и использовать?
— Мне неинтересно, почему ты использовал болезнь как предлог, чтобы привести кого-то в свой дом и удерживать его. Я лишь хочу спросить тебя, знаешь ли ты, как сильно был избит Вэй Цзинъюань вчера?
— Ты не знаешь, потому что тебе всё равно, ха-ха…
— Ты… — Дедушка Вэй был так зол, что не мог говорить. Что означал этот двойной смешок? Она издевалась над ним? Она, младшая, сказала ему, старшему, что он использовал свою болезнь как предлог, чтобы задержать Вэй Цзинъюаня. Это было просто возмутительно.
Тао Цюйи не волновало, почему Третий Дедушка Вэй привел Вэй Цзинъюаня к себе. На её взгляд, он просто искал неприятностей. Он заслуживал того, чтобы его обидели, а его внука избили.
— Я избил тебя не для того, чтобы просто избить, а чтобы предостеречь. Я, Тао Цюи, буду защищать тех, кого считаю нужным. Если кто-то посмеет занести на них свой когтистый коготь, я ему эти когти поотрубаю.
— Я лично наказал виновника, который спровоцировал все сегодняшние события. Это дело для меня закрыто. А будем ли мы иметь какие-либо дальнейшие дела в будущем, я предоставлю на усмотрение Вэй Цзинъюаня.
С этими словами Тао Цюи удалилась.
Она сказала, что избила его не ради избиения, а как предупреждение. Кто дал ей смелость говорить с ним так дерзко? Как посмела она его предостерегать! Старый Дедушка Вэй был в ярости и тяжело опустился на скамью.
— Старший брат Вэй, Третий брат Вэй, пустите меня! — закричал старик Вэй Сан, обращаясь к людям снаружи, его голос был полон энергии и гнева.
Вэй Лао Да и Вэй Лао Сан пришли к нему за помощью, чтобы уговорить Цзинъюаня. Они сказали, что Цзинъюаня обманула женщина, и она позволила этой женщине разделить семейное имущество. Он им поверил и попросил своих двух внуков позвать Цзинъюаня.
Когда он увидел, что Цзинъюань был внесён двумя внуками, его сердце замерло.
Вспомнив наставления старшего брата перед смертью, который просил его присматривать за потомками и стараться сохранить гармонию в семье, он обратился к Цзинъюаню с несколькими словами.
Но, к его удивлению, Цзинъюань проигнорировал его, не сказав ни слова. Он был немного зол, но бессилен.
Видя, как Вэй Лао Да, Вэй Лао Сан и два его сына по очереди уговаривали Цзинъюаня, но тот оставался непреклонен и твёрд, старик решил больше не вмешиваться в эти хлопоты.
Тао Цюи пришла к нему домой, требуя чьей-то помощи, разрушила его ворота и избила двух его внуков. Он был зол, но вынужден был признать, что Тао Цюи была права. Его обманули старший и третий сыновья.
Когда Вэй Лао Да и Вэй Лао Сан услышали крики, их тела затряслись.
"Всё кончено, всё кончено", — подумали они.
Остальные люди во дворе боялись вымолвить и слова.
— Сестрица, вы вышли, — увидев, как Тао Цюи выпорхнула из дверей, Ли Цзы, ожидавшая у входа, поспешила навстречу.
Тао Цюи взглянула на нее, потом обвела взглядом двор.
— А где Сяо Хуай?
http://tl.rulate.ru/book/143457/7839795
Готово:
