Янь Шулун давно положил глаз на одну первогодку и с немалым энтузиазмом добивался её внимания. Он не только каждый божий день рассказывал о ней, но и беспрестанно хвастался перед Ци Хуань.
— Смотри, она использовала этот каомодзи*, это чертовски мило!
П. п.: горизонтальные японские смайлики.
— Боже мой, это выражение лица такое милое!
— Я звонил вчера, вы, ребята, не представляете, у моей малышки такой нежный голосок...
Но все прекрасно знают, что за человек Янь Шулун. Когда он влюбляется, то восхваляет девушку до небес, но как только восторги утихают, он уходит к следующей. Такое поведение вызывает лишь крики «убирайся».
Конечно, Ци Хуань не «завидовала», но из-за этого она внезапно вспомнила, что они знакомы с Чэнь Жаном уже некоторое время, но у неё даже не было его номера.
Чем больше она об этом думала, тем больше раздражалась.
На выходных у кого-то был день рождения, и Янь Шулун воспользовался случаем и пригласил ту первогодку, чтобы укрепить их отношения. Ци Хуань, естественно, тоже собиралась пойти, поэтому приглашение Цзо Цзюньхао на ужин пришлось отложить. В разговоре с ним она мимоходом затронула тему контактов Чэнь Жана.
— А какой номер у Чэнь Жана? Можешь прислать его мне?
Цзо Цзюньхао без лишних слов продиктовал номер, но всё же напомнил ей:
— Ты же заешь Чэнь Жана. Когда я звоню ему, если у него нет каких-то дел, он никогда не говорит больше десяти слов за раз. Так что не слишком усердствуй.
— Хорошо, — поблагодарила его Ци Хуань.
Вечером, приняв душ, Ци Хуань несколько раз покрутилась под одеялом. После более чем получасового бдения над полученным номером, она, наконец, решилась набрать его.
Длинный гудок, подобно кошачьей лапе, скрёбся по её сердцу, вызывая страх и панику.
— Алло, кто это?
Три отчётливых слова, произнесённых низким голосом, донеслись до её ушей, и Ци Хуань нервно сжала края одеяла.
— Это, это я, Ци Хуань.
На другом конце трубки вцарилась тишина.
— Что-то случилось?
— Просто... —Ци Хуань редко заикалась. Начиная с младшей средней школы, она часто выступала перед учениками «Миньсюэ» на сцене для поднятия флага. Она никогда так не нервничала. Она сглотнула и с трудом объяснила причину: — У меня есть задание... Э-э, я не могу его сделать, и хочу спросить у тебя.
Он не издал ни звука.
Она же осторожно продолжила:
— Это тебя не беспокоит? Ты не занят?
— Занят.
Услышав такой грубый ответ, она забеспокоилась:
— А! Занят... чем ты занят?
— Дрочу.
— ...
Лицо Ци Хуань запылало. Застигнутая врасплох, она некоторое время сидела, прислонившись к изголовью кровати, не зная, как ответить на подобные слова. А одеяло как будто стало ещё толще.
Она считала про себя и, казалось, что число уже перевалило за десять...
Она неловко произнесла:
— Я тебе мешаю.
Его голос звучал неторопливо, он не стал продолжать тему, а просто сказал:
— Задача.
— Что?
— Задание какое?
Ци Хуань помолчала, затем резко вскочила с кровати и начала листать тетрадь на столе:
— Подожди, я найду его... найду, это... это...
Отыскав, наконец-то, немного трудный вопрос, она прочитала его, потребовалось повторить три раза, чтобы понять смысл задания.
— Понял, — сказал Чэнь Жан: — Я читаю порядок решения, а ты записываешь.
— А? Ах! Хорошо.
Он объяснил порядок и в нескольких словах рассказал весь процесс решения задачи.
Чтобы перекинуться с ним ещё хоть парой слов, она сделала вид, что хвалит его:
— Ты потрясающий, так быстро решил такую сложную задачу!
Чэнь Жан прислушался к её наигранному тону, помолчал пару секунд и выдал:
— Для тебя что первый год прошёл в пустую?
Ци Хуань: ...
— Если ничего существенного нет, то вешай трубку, — он не собирался тратить время на пустые разговоры.
— Подожди, подожди, подожди, — заволновалась Ци Хуань, — Не вешай пока трубку, не вешай трубку! Подождите минутку!
— Что ещё?
— Ну-у, я... — она ломала голову, пытаясь быстро что-нибудь придумать, но, как назло, ни одна подходящая причина не лезла в голову, и в итоге она смогла только сказать: — Прости, что побеспокоила тебя так поздно. Как насчёт того, чтобы поесть вместе, когда у тебя будет время? Спасибо ещё раз за то, что помог решить такую сложную задачу...
Из трубки не доносилось ни звука.
— Чэнь Жан?
— Да, — равнодушно ответил он.
— Ты ещё здесь?
— А ты как думаешь?
— ... — Ци Хуань неловко кашлянула, — Хорошо себя чувствуешь?
— Поговорим об этом в другой раз, — ответил он.
Разговор уже подходил к концу, и надо было вешать трубку. Снова пытаться оттянуть неизбежное Ци Хуань не могла, поэтому она поспешно поблагодарила его несколько раз и сказала:
— Тогда, уже поздно, так что тебе следует отдохнуть. Я позвоню тебе завтра, если возникнут какие-то вопросы... Спокойной ночи!
Не дожидаясь, пока он что-нибудь скажет, она повесила трубку.
Сердце так быстро колотилось в груди от страх, что казалось, оно вот-вот выпрыгнет.
Успокоиться было чрезвычайно трудно.
***
Чэнь Жан, одетый в пижаму, стоял, облокотившись на край стола, его волосы были немного мокрыми.
Он небрежно бросил свой мобильник на стол и прижал его к черновику.
Процесс расчёта задачи Ци Хуань, был кратким и ясным, а чернила на бумаге ещё не до конца высохли.
Он закурил сигарету и приоткрыл окно. В комнату ворвался ночной ветер, и тонкий дымок быстро развеялся.
Зазвонил телефон.
Он взглянул на него — это был Цзо Цзюньхао.
Сигарета была зажата между указательным и средним пальцами левой руки, а её кончик тлел алым.
— Алло.
Когда он говорил, дым вырывался наружу и искажал черты лица, заставляя щурить глаза.
Цзо Цзюньхао не произнёс ни единого глупого слова, а его голос звучал очень встревоженно:
— Ли Минци, собака, прессует Цзи Бина, поторопись...
http://tl.rulate.ru/book/142943/7885293
Готово:
