Упоминание пса Чэн У вызвало ярость на лице Одноглазого, и взгляд его стал пугающе диким, словно он готов был сожрать того Чэн У.
- Ха-ха-ха… – Одноглазый рассмеялся, когда гнев его достиг предела. – Конечно, я мечтаю сам прирезать этого ублюдка! Это он выколол мне глаз! А моих жену и детей он держит запертыми в своей резиденции!
Император Сяо сразу понял, почему Одноглазый так люто ненавидит Чэн У; почему перед воинами Чжао Лея он обзывал Чэн У псом, но при этом продолжал помогать ему разбираться с проблемами на руднике Цишань. Оказалось, что жена и дети Одноглазого были в руках Чэн У!
- Одноглазый, что, если мы объединим усилия, проникнем в Пустынный Город, прирежем этого пса Чэн У и спасём твоих жену и детей? – предложил Император Сяо.
- Что?
Одноглазый опешил, удивлённо глядя на Императора Сяо. Проникнуть в Пустынный Город и убить Чэн У – это было слишком дерзко, на такое даже он, Одноглазый, не осмеливался помыслить.
- Император Сяо, ты можешь уйти прямо сейчас, тебе нет нужды рисковать, – сказал Одноглазый. Чжао Лэй и сотня его воинов были мертвы. Остался лишь трусливый Гоу Ань, и Одноглазый не мог поднять руку на Императора Сяо, так что тот мог просто сбежать, не подвергая себя опасности.
Отправиться в Пустынный Город, проникнуть в резиденцию городского лорда и убить Чэн У – всё равно что броситься в логово тигра. Малейшая ошибка, и ты мёртв.
Ведь в резиденции городского лорда находился не один мастер уровня Сформированного Моего «Я».
- Я не из тех, кто легко прощает оскорбления и предательства! Даже если ты не пойдёшь, я сам отправлюсь в Пустынный Город и прикончу этого пса Чэн У, чтобы клан Цанлань знал, что их принц сбежал! Пусть они каждый день живут в тревоге, пусть их сердца дрожат от страха! – решительно произнёс Император Сяо. Чэн У был подкуплен кланом Цанлань, чтобы убить его на руднике Цишань. Но для Императора Сяо Чэн У был лишь мелкой сошкой, и убийство его не было главной целью. Важно было дать понять Императору Ланю, что он не погиб в Пустынном Городе!
- Хорошо! – воскликнул Одноглазый, его глаза будто загорелись боевым огнём. Он решил рискнуть всем. Если даже не получится, ну что ж, смерть в резиденции городского лорда – не худший исход. А если удастся, он сможет забрать жену и детей, покинуть Пустынный Город и жить спокойно, втроём, до конца дней.
Император Сяо с ехидной улыбкой посмотрел на Гоу Аня. «Хорошо, что этот трус остался в живых», – подумал он. Он знал, что в резиденции городского лорда обязательно сидел сильный воин уровня Сформированного Моего «Я», а Чэн У, этот пёс, тоже был не слаб, так что идти напролом не имело смысла!
Убийство!
Таков был план Императора Сяо: проскользнуть в резиденцию городского лорда под покровом ночи, никем не замеченным, найти комнату Чэн У, внезапно напасть на него и взять под контроль. Затем спасти жену и детей Одноглазого и покинуть Пустынный Город.
От одного взгляда Императора Сяо Гоу Ань невольно вздрогнул и заговорил дрожащим голосом: – Вы… что вы собираетесь делать?
- Гоу Ань, ты, должно быть, знаешь, в какой комнате будет спать этот пёс Чэн У, верно? – спросил Император Сяо.
[Плюх!]
Гоу Ань тут же рухнул на колени. Услышав разговор Императора Сяо и Одноглазого, он, конечно, понял, что они собираются сделать.
Убить городского лорда Пустынного Города Чэн У!
Это было слишком безумно, слишком дерзко. Городской лорд – разве это тот, кого так легко убить?
Если бы эти двое сбежали сейчас, они бы просто сбежали. Мир велик, и им было бы где спрятаться. Даже если бы у Чэн У были невероятные способности, найти их было бы сложнее, чем иголку в стоге сена, практически невозможно.
Но эти двое, наоборот, собирались в Пустынный Город, чтобы свести счёты с Чэн У. Разве это не самоубийство?
Это было просто безумие!
И что самое ужасное, эти двое собирались убить Чэн У, так ещё и его за собой потянуть!
Для Гоу Аня это было настоящее стихийное бедствие!
Он едва выжил в схватке со свирепым зверем и совершенно не хотел ввязываться в эту мутную историю.
- Я не знаю, я всего лишь ничтожный слуга, я ничего не знаю! Пожалуйста, отпустите меня! Пожалуйста, отпустите! Пожалуйста! – умолял Гоу Ань, стоя на коленях и без остановки кланяясь, сопли и слёзы текли ручьём – зрелище было крайне жалкое.
[Бум!]
Император Сяо отбросил Гоу Аня ногой на три чжана, так что тот врезался в дерево.
- Прекрати тут ныть передо мной, это отвратительно.
Император Сяо с презрением смотрел на Гоу Аня, не испытывая ни малейшей жалости. Если бы Гоу Ань проявил хоть немного стойкости, он, возможно, заслужил бы уважение Императора Сяо.
- Если ты что-то знаешь, возможно, ты выживешь. Если же ты ничего не знаешь, если от тебя нет никакой пользы, я убью тебя прямо здесь!
Гоу Ань поднялся, отплёвываясь кровью. Он понял, что девятнадцатый принц не оставит его в покое. Причина, по которой он спас его от клыков свирепого волка, заключалась в том, что Гоу Ань всё ещё представлял ценность для девятнадцатого принца.
Тогда девятнадцатый принц уже решил проникнуть в резиденцию городского лорда и убить Чэн У, иначе он бы не стал спасать Гоу Аня, а просто позволил бы хищнику разорвать его.
Теперь же, если он согласится стать проводником, у него есть шанс выжить. В противном случае он умрёт прямо сейчас. Он ничуть не сомневался в безжалостности девятнадцатого принца. Чжао Лэй и множество солдат, все они погибли от руки девятнадцатого принца. Что уж говорить о слуге, которого девятнадцатый принц убьёт без всяких колебаний.
- Ну что, обдумал? – бесстрастно произнёс Император Сяо.
- Городской господин… – начал было Гоу Ань, но тут же понял, что так называть Чэн У перед девятнадцатым принцем и Одноглазым как-то неуместно, и поспешно поправился.
- Нет-нет, это Чэн У, этот пёс, он очень распутен. В резиденции городского лорда он построил целый гарем, где собирает красавиц для своего развлечения. Я отвечаю за многие дела в гареме. Там пятнадцать комнат, и Чэн У каждый день меняет комнату, чтобы повеселиться с разными женщинами. И женщины там тоже могут меняться. Но по обычаю, если ничего не изменится, сегодня вечером этот пёс Чэн У должен быть в четырнадцатой комнате.
Император Сяо улыбнулся. Гоу Ань всё ясно подсчитал.
Подумав, он понял, что если бы Гоу Ань не мог так точно всё подсчитать, то Чэн У не стал бы так доверять ему, доверяя даже такие важные дела, как убийство его на руднике Цишань.
- А ещё что-нибудь? – спросил Император Сяо.
- Ещё? – Гоу Ань замер, но вдруг что-то вспомнил. – Да! Я знаю, где держат жену и детей господина Одноглазого!
- Тогда пошлите, – Император Сяо улыбнулся и, потянув Гоу Аня, направился к месту, где располагался лагерь Чжао Лэя и его людей. К счастью, там ещё оставалась повозка. Верёвки, которыми были привязаны лошади, оказались очень крепкими, и лошади, хоть и испугались во время нападения зверей, так и не смогли вырваться.
Одноглазый гнал повозку, Император Сяо и Гоу Ань сидели внутри, направляясь в Пустынный Город!
Заговор с целью убийства Ди Сяо теперь обернулся нападением Ди Сяо на Чэн У.
Ди Сяо сидел в колеснице, погружённый в медитацию, восстанавливая силы. Рядом лежали два запасных комплекта одежды воинов. Он уничтожил Чжао Ле и всех его солдат, но сам получил серьёзные ранения. Теперь ему предстояло проникнуть в резиденцию городского лорда и убить Чэн У. Восстановление сил было критически важным: каждая крупица мощи могла решить исход битвы.
Гоу Ань замер, не смея пошевелиться, его нервы были на пределе. Он понятия не имел, что произойдёт, когда они доберутся до резиденции лорда, и что он сам сможет предпринять. Если план девятнадцатого принца по устранению Чэн У увенчается успехом, Гоу Ань станет соучастником. Но если Ди Сяо и Одноглазый сбегут, куда податься ему? А если покушение провалится, а Чэн У узнает, что именно Гоу Ань провёл Ди Сяо и Одноглазого в его владения, то это будет верная смерть.
Любой путь вел лишь к гибели.
Он хотел спрыгнуть с колесницы, но один взгляд на Ди Сяо лишил его всякой смелости. Страх перед этим человеком сковал его.
Тем временем сознание Ди Сяо уже проникло в Древнюю Башню Пустоты.
– Ну что, теперь ты понял, насколько я силён? Без моего рёва того тупого медведя ты бы давно превратился в кровавое месиво! – высокомерно заявил Пожиратель Зверей.
Этот малыш, не достигающий и бедра Ди Сяо, детёныш Пожирателя, нагло именовал себя «почтенным». Его рёв, и впрямь напоминающий крик древнего чудовища, внушал благоговейный ужас и, безусловно, демонстрировал мощь первобытных демонических зверей. Однако он был способен лишь напугать и отпугнуть толпу обычных зверей.
– Что это за Древняя Башня Пустоты? – произнёс Ди Сяо. Именно этот вопрос не давал ему покоя. Ведь сам Пожиратель Зверей, чистокровный потомок древних демонов, первый и самый свирепый из них, добровольно оставался внутри башни. Это говорило о крайне таинственном происхождении Древней Башни Пустоты.
http://tl.rulate.ru/book/142463/7787633
Готово:
